Datasets:
Oimasi
/
OIMASIRUTEXT

Dataset card Data Studio Files
xet
 Community
1
text
stringlengths
0
1.16M
Администратор низко склонила голову и беззвучно заплакала, умоляя своего
ангела-хранителя защитить её жизнь.
Альберт Везбин по лестнице поднялся на второй этаж, выбил ногой дверь с
услышанной приметой и навёл на Пашу-гнома Глок 27.
Отвернувшись от экрана телевизора, на котором демонстрировалась серия
мексиканской мелодрамы, Паша-гном смахнул слезинку из-под нижнего века,
узнал своего обидчика на платформе Ярославского вокзала, увидел пистолет
и рухнул на колени.
-- Не убивай, -- прошептали его пересохшие губы. -- У меня мама больная,
отец хроменький, двое братьев и сестёр ещё в школе учатся. Не убивай.
-- Верни евро, что взял у Нины, из-за которой я усадил тебя в урну, --
потребовал Альберт и ткнул стволом пистолета в висок сутенёра.
-- Не убивай, умоляю, не убивай, -- Паша-гном на коленях приблизился к
напольному сейфу, достал из него пачку евро.
Альберту Везбин положил деньги в борсетку, Нокаутировал сутенёра ударом
колена в подбородок и вышел из номера в коридор, в который из других
номеров высунулись любопытные мужские и женские лица. Не обращая на
зрителей внимания, Альберт Везбин вернул пистолет в боковой карман
пиджака, спустился по лестнице в холл и вышел на улицу. В борсетке
зазвонил смартфон.
-- Слушаю дядя, -- соединившись с абонентом, сказал Альберт.
-- Клавдия Назаровна пожаловалась мне, ты много шумишь, ты сломал дверь
в мою квартиру. Короче, -- произнёс сердито Борис Иванович. -- Альберт,
ты хочешь поссориться со мной?! Так это просто.
-- Нет, дядя. Больше никаких жалоб от соседки на меня ты не услышишь.
Отдыхай спокойно, -- ответил Альберт.
-- Я прилечу в Москву завтра утром, -- сообщил дядя Боря и, промолчав о
бегстве Аллы с испанцем в Европу, прервал разговор.
Альберт Везбин прошёл пешком в гостиницу «Ленинградская», где вселился в
номер на сутки.
Утром в «Ленинградскую» заехал из аэропорта Борис Иванович и увёз
Альберта в свой особняк на Рублёвском шоссе.
** **
## **ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ** {#глава-четырнадцатая .chapter}
Валентин Валентинович и Нина спали валетом голыми на кровати в тёмной
спальне. Темнота царила и в других комнатах старинного дома. Лишь в
операционной комнате, не имевшей окон, горел свет. Четверо крепких
мужчин в чёрных дорогих костюмах стояли навытяжку перед Савелием --
личным водителем и приёмным сыном Валентина Валентиновича.
-- Я выслушал вас, но не понял: как умер Густав Эрнестович, -- подвёл
Савелий итог докладу охранников и брезгливо тронул носком туфли плечо
трупа.
Странно выглядела на затылке трупа кровавая рана, а предмет, причинивший
её, не был даже после тщательного обыска операционной комнаты.
-- И мы не понимаем, -- подал голос черноволосый охранник с узкими
бакенбардами, обнаруживший во время полуночного обхода помещений труп
врача. -- Валентин Валентинович давно запретил записывать происходящее в
доме, когда он развлекается с проститутками. А Густав Эрнестович здесь
запретил ставить камеры наблюдения -- оберегал свои опыты.
-- Теперь мы по уши в говне, потому что мой отец боялся появления на
порно сайтах кадров своей сексуальной жизни, -- проворчал Савелий и
выругался матом.
-- Что же нам делать? -- спросил охранник с назревшим угрём над верхней
губой. -- Чую селезёнкой, нас всех повяжут и отправят в КПЗ.
-- Мы работаем вместе не один год, -- спокойно сказал Савелий и опять
брезгливо тронул носком туфли плечо трупа. -- Мы пережили вместе много
хорошего и плохого. Мне и отцу будет трудно подобрать в нынешнее время
таких верных людей, как вы. Я предлагаю продолжить наш совместный труд.
Я уверен, вы не забыли, как канул в вечность господин Щещебик,
отказавшийся продать отцу акции своей фабрики? Как закончил жизненный
путь несговорчивый фермер из Подмосковья, владевший всей землёй
разорившегося колхоза?
-- Не забыли, -- подтвердили охранники и почему-то дружно посмотрели на
свои руки.
-- Я уверен, вы не забыли Гасана Ландышева, который кинул отца с
покупкой дома на Невском проспекте? -- равнодушно спросил Савелий и
после короткой паузы заключил: -- Не будем нарушать многолетнюю
традицию.
Охранники ответили молчанием и ледяными взглядами. Они помнили, как
весной в этой операционной комнате задушили кусачего бизнесмена из
Санкт-Петербурга, а потом вынесли и скинули его в канализационный
коллектор.
-- Мне точно известно, старика Густава никто искать его не будет. Он
посветил всю жизнь свою науке и сторонился людей. Так не будем осложнять