К стоящему в тени дерева правителю Рейтана. Приблизилась на расстояние пяти шагов и, сложив руки у груди, медленно поклонилась, выражая уважение и покорность.


Точно так же сейчас должны были поклониться и все остальные. Но ни посмотреть на них, ни проконтролировать ситуацию я не могла.


И, в принципе, ничего не могла сделать, пока не заговорит сам правитель. Ерхарнагерц выдержал паузу. Долгую паузу, а затем низким, вкрадчивым голосом произнес вовсе «Не рад видеть послов Гайры на Рейтане».


Не то, чтобы это действительно принесло удовлетворение после всех тех сцен, что продемонстрировал мне Сахир,


Но всё же хоть как-то. Однако в следующий миг о Гилбине я была вынуждена забыть. Герхарнагерц приблизился плавно, плотоядно и молниеносно, так наносят удар змея или хищник. Его стальные пальцы сомкнулись на моём подбородке, рывок —


И мою голову запрокинули, заставляя включиться рефлексы. «Я не знаю, как удержалась. Не знаю, каким образом вообще смогла сдержать порыв и взглянуть в глаза того, кто вынуждал это сделать, причем подло и властно».


Но я удержала свой взгляд на уровни его квадратного подбородка, давя инстинкты и рефлексы на корню,


В отличие от самого правителя, обильно изукрашенного позолотой мрамором фресками с изображением местных легенд.


И, несколько засмотревшись, я пропустила момент, когда правитель бросил через плечо небрежное.


«Я прошу прощения, что посадка состоялась в таком отдалении от входа во дворец».


«У тонаркцев есть нечто подобное, но там спецы подвергаются куда большему воздействию, и эмоции у них почти полностью атрофируются. У вас не так?» «Саи».


Ответила я, пояснив, что ситуации бывают разными, как и подразделения и кадеты. Ирхар Нагерц принял мой ответ с недоброй усмешкой, но продолжил разговор все так же на Гаэрском. «Знаете, забавно».


«Вы, элиты сил Гаэра, убеждены, что нет ничего лучше и достойнее, чем звание кадета, и позднее специалисты из класса».


«Вы ошибаетесь, моя красавица». Обернувшись через плечо, улыбнулся мне правитель. «Их было четверо. Их остается четверо».


И мне крайне интересно, почему моя тень решила вдруг присоединиться к встрече. Это был вопрос не ко мне, несмотря на то, что фраза прозвучала на Гаэрском.


Я как-то не была готова к тому, что услышу его голос. «Я всегда говорил, что полон пороков».


Любопытство лишь один из них. Ехидна, без акцента и на гаэрском ответил Сахир. «Мой Сахир». Я удержалась от того, чтобы повернуть голову.


Я удержалась от улыбки, я сдержала все свои порывы. Несмотря на то, что их неожиданно для меня самой оказалось так много, я продолжала идти за повелителем Рейтана, всё так же опустив взгляд. «Любопытство?» — ехидно переспросил Герхарнагерц.


«А с каких пор моя тень позволяет себе проявлять любопытство в отношении Гаэры?» Причем оба говорили на гаэрском.


«Оба!» — превосходно говорили с той лишь разницей, что Сахир и вовсе выражался без акцента, а у правителя он все же был.


Но по всему выходило, что Гаэрой интересовались оба. «Самаар Дан Ликан? С тех пор, как у вас появились друзья?»


«Собственно, танаркских друзей?» «О, несомненно!» «Катарханг!» — склонила голову я, обещая, естественно, молчать. «Просто не то, чтобы у меня был выбор».


Тут либо я молчу, либо мой язык и в целом голова останутся лежать где-нибудь здесь, среди кустов и, собственно, отдельно от тела». «Плохие новости. Вышел вдруг на связь капитан Наррен».


«На космодром правителя приземлился еще один танаркский корабль. Нам приказано переместиться на общую космическую базу. Это в трех часах лету от дворца».


«Выполняйте приказ», — тихо ответила я. «Угу», — обернулся Гирхорнагерц. «Ваш капитан?» Молча кивнула, искренне не понимая, какого бракованного навигатора они убирают наш корабль.


предупреждающий о неприятностях взгляд. Мгновенно опустила глаза и больше не поднимала, ни когда мы вышли в парадную часть дворца,


Никогда шествовали мимо охранников, практически слившихся с колоннами, едва заметных,


И лишь когда, вновь резко свернув, вышли в огромный позолоченный, отделанный черными салом цветами зале, я позволила себе вновь взглянуть в глаза мужчинам.


Не рейтанским, естественно. Что ж сказать, что я была шокирована, не сказать ничего. Танаркская делегация представляла собой пятерых Гаракхай, генетически измененных солдат,


Гаракхай отреагировали куда более спокойно. Они вообще были убийственно спокойны, спокойнее даже наших асов и сильнее на порядок. Несмотря на всю заботу о своих гражданах,


Солдат-тонарк не берег. Жуткие генетические эксперименты, изнурительные тренировки, запредельные дозы стероидов, усиленные связки и сухожилия, постоянные боевые учения и «кто не выжил, того не хоронят».


Рассказ капитана Эринс про съеденную на ее глазах команду был детской сказочкой на ночь.


Результат, по мнению Танаркского правительства, того стоил. Элитные войска этого тоталитарного государства становились практически неуязвимыми. Не ощущающие боли, не ведающие сомнений,


В наших инструкциях значилось «стрелять по глазам и не дышать». Это, в принципе, был единственный способ выживания при столкновении с Гаракхай.


И то не факт, что поможет. Некоторые из данных особей обладали способностями ощущать тепло тела врага. В этом случае вариант не дышать не срабатывал. В общем и целом, я почувствовала себя абсолютно незащищённой. Да, я видела, как двигается гирхарнагерц.


И всё же после тренировок Гэса у меня был шанс уйти от удара при желании. Но выжить при столкновении с пятью Гаракхай невозможно. И единственное, чего я не могла понять —


На лице Танаркского толстяка промелькнула крайне похабная усмешка, а его мизинец едва заметно приподнялся. Это было приказ на убийство. Прямой приказ на убийство, отданный Гаракхай. На вне уже прямо сейчас можно было ставить крест.


«Приятно знать, что Гаэра вам так дорога», — был мой ответ. Тяжелый взгляд правителя Рейтана я ощутила, даже не глядя, но это был его просчет. Не стоило переводить официальный диалог в область флирта.


протянув руку за свитком. В плане дипломатии все было максимально классическим, к примеру, бумага вместо одноразового сейра. Но я не взяла свиток, не успела. «Благодарю», — с явной издевкой и на гаэрском произнес Сахир,


Но взгляд, фиксированный на уровне подбородка, позволял увидеть выражение его лица. Холодное, неприязненное, высокомерное выражение. И странное дело...


Место по левую руку от самого Герхарна Герца. С другой стороны от меня место занял Сахир, взявший салфетку и принявшийся лениво демонстративно вытирать ладони от пепла.


А я, вынужденная проследить за тем, как ГЭСы усаживают рядом с моей командой, на удаленной части стола нервно подумала, что у меня явно неподходящая специализация для работы в подобных условиях.


поинтересовался моей специализацией. Вежливо ответила я. Ратар Хессе. Мгновенно исправился Сахир, сообщив имя и звание дипломата. Ратар. Забавно.


Рядом с ним сидел целый Риантан, а это звание в армии Танаргана порядок выше. Так значит, толстяк здесь не главный. О, мне бы сейчас специалиста по диппереговорам или просто переговорщика, спецпопсихологии тоже не помешал бы, но...


«Все эти спецы прилетят в том случае, если я правильно проведу подготовительную работу»,


И не нарываться, хотя бросить на смешливый взгляд на сидящего рядом с Ротаром Хессериантана


Но на тонарге улыбка мужчины — это практически предложение к определенному времяпрепровождению.


Поджав губы, раздраженно произнесла. «Не могу ответить тем же. Я ведь даже товар не видела». «Исправлю», — мрачно пообещал Риантан.


«Напрасных обещаний высшие чины Танаркской армии, как известно, не дают. Следовало бы как-то помягче сообщить, что у меня нет никакого желания видеть его голым. Но вот насчет лысым... Вы же понимаете, что в увиденном должно быть полное соответствие».


Я продолжала держать руки на коленях, сидя с неестественно прямой спиной. «Саэрто!» — произнес с видом радушного хозяина правитель Рейтана, предлагая мне приобщиться к местной кухне.


«Ас-Атар-Ангх». «Я чту традиции гостеприимных хозяев», — учтиво ответила, склонив голову.


Я через весь стол посмотрела на Сейли. Разведчица, как и я, сидела, не прикасаясь к еде. Умница. Ерхарнагерц же, полностью перейдя на Энерийский, выпросил.


«Разве на Гаэре отказ вкусить еду не является оскорблением?» «Нет», — также на языке рейтана ответила я.


Еда имеет последствия. Для кого-то состояние здоровья уничтожает возможность попробовать то или иное блюдо. Кто-то вынужден придерживаться определенного рациона, некоторые в силу религиозных причин вынуждены отказывать себе в определенной еде.


«Гаэра — многонациональная и многорелигиозная планета. Мы с уважением относимся к выбору каждого нашего гражданина». Правитель внимательно выслушал меня и холодно произнес.


«Традиции Рейтана едины, и потому я с уважением чту их», — вновь склонила голову я, отмечая, что танаркский переводчик за нашими переговорами не успевает.


Мы с правителем использовали идиомы, такие как, к примеру, «accast», что в зависимости от контекста сказанного переводилось и как «оскорбление», и как «знамение», и даже как «смерть».


«Ваша речь подобна речам дочери Иритана», — похвалил мое произношение Гирхарнагерц. «Благодарю за добрые слова. Я уже устала кланяться, а все только ведь начиналось». Повелитель тоже склонил голову в ответ,


и принялся за еду. Я, соответственно, молчала, не смея мешать приему пищи. Спустя несколько минут Герхарнагерц принялся вытирать пальцы салфеткой и перешел к деловым вопросам.


Танаркские представители затребовали для своего дипломатического представительства «здание в центре моей столицы, обслугу и содержание». «Что потребуете вы?»


Затребование прозвучало как «градан», что фактически переводилось как «получено по требованию», то есть можно привыкать к мысли о том, что у танаркцев уже есть свое дипломатическое представительство на Рейтане.


Слова для ответа я подбирала очень тщательно. Гаэра и Галактический Союз уважают традиции иных миров. Задача моя и моей команды — досконально изучить обычаи и язык рейтана,


для того, чтобы мое правительство могло достойно подготовить своих дипломатов для исполненной уважения работы специалистов нужного уровня.


«Саарта», — задумчиво произнес правитель Рейтана, выражая удивление, а затем перешел к неприятному. «То есть вас, Лея Картнер, нельзя назвать дипломатическим представителем Гаэры».


«В мои непосредственные обязанности входит подготовка базы для специалистов более высокого уровня. Языковая служба входит в состав подразделения Министерства инопланетных дел», — ровно ответила ему.


Тяжелый взгляд Гир Харнагерца ощутил и всей кожей. «И что требуется вам?» — наконец спросил правитель Рейтана.


«Лояльность и талеко уважение», — сообщила я. «Все остальное, включая съем жилья и бытовые вопросы, я и моя команда решим самостоятельно, не обременяя столь несущественными проблемами ваше величие».


И это был хороший астероид в сторону Танарга. Действительно хороший, такой увесистый. «А с вами приятно иметь дело», — усмехнулся Герхарнагерц.


«Мы с уважением относимся к чужому свободному времени», — склонив голову, ответила я. И получила в ответ. «Вам я готов уделять всё своё свободное время».


Снова флирт. После всего? У меня было ощущение, что я запуталась в паутине. Я рву ее, вырываясь отчаянно, но липкая гадость лишь сворачивается удавкой вокруг тела, блокируя руки и ноги. «Добро пожаловать в джунгли, рейтанские!»


С трудом подавила вздох, нервно улыбнулась, вновь с почтением склонила голову и произнесла «Отнимать ваше время было бы преступлением с моей стороны».


Я старалась быть максимально корректной, сверхкорректной. Я сочла эту фразу наиболее правильной для данной ситуации, и я... я просто не до конца поняла, куда попала».


«Кстати, о преступлениях!» — невозмутимо произнес Сахиртень. И, повысив голос, крикнул. «Гелбенам вой!»


Страх я испытала мгновенно. Но это я, а Гилбен, решив, что я провалилась, настал его звёздный час, подскочил, едва не снеся за одно стул Иринс,


И даже не извинившись, поспешил к нам с самым радостным выражением лица. Он, казалось, был просто окрылен.


Даже всегда прилизанные пепельные волосы длиной до шеи сейчас вздрагивали с каждым шагом улыбающегося специалиста языковой службы.


«Полностью согласен с принятым вами решением», — как-то мгновенно расслабился Ротар Хессе. «С мужчинами дело иметь всегда проще, а женщинам место вы знаете, в каком месте и...»


Его словесный поток остановил одним взглядом сидящий рядом с ним Риантан, так же, как и я, отчетливо ощутивший разлившуюся в воздухе опасность.


Но её ощущали только мы, военные. Гюлбен нет. Сияющий, довольный, не скрывающий улыбки, он практически паря над полом подошёл к нам, склонился сообразно всем риетанским традициям, выпрямился, держа руки у груди.


Чётко, как и следовало, произнёс «Искренне благодарен за предоставленную возможность быть полезным Рейтану». Сидящий рядом со мной Сахертинь лениво обернулся к нему.


Блеск высвобожденной стали, удар, прямо в сердце, четким выверенным движением, затем рывком вниз, вспарывая тело, еще не верящего в свою смерть Гилбина.


И сталь вернулась к владельцу, без единого следа крови на ней, абсолютно чистая, все такая же сверкающая опасностью. Растерянная Лея, взгляд серых тускнеющих глаз на меня, и Гилбин рухнул на колени, заливая кровью алый ковер.


Всё это произошло настолько быстро, что я ничего не успела сделать. Запоздала пришла мысль, что могла хотя бы попытаться перехватить лезвие. Мои перчатки это позволяли, и так же запоздала, не успела бы.


«Преступления против граждан Рейтан караются смертью», — безразлично произнес Сахир, убрав меч опять непонятно куда, взяв нож и принявшись нарезать мясо, которое с удовольствием начал есть.


Он ела рядом в шаге от нас, бился в агонии убитый им человек. Невольно растерянно посмотрела на Риантана. В его глазах прочла то же, что думала сама.


«Да какого дьявола творится на этой планете?» Асахир ел. Точно так же, с аппетитом и абсолютно равнодушно к звучащим рядом хрипам умирающего, абсолютно спокойно ел и повелитель Рейтана.


А мы с танаркским представителем высшего эшелона военной иерархии потрясенно смотрели друг на друга, потому что, в отличие от того же Ротара Хесса, которому сейчас тоже кусок поперек горла встал,


Мы были спецами и увидели нечто большее, чем непосвященное, к примеру, скорость и собственный удар, смертоносный, четкий удар, нанесенный далеко не из самого удобного положения.


«К слову, сейчас я покарал исполнителя, но уверен, в ближайшем времени доберусь и до заказчика», — на Энерийском произнес Сахир. «Безразлично», — произнес, «буднично».


Ротар Хесса побелел так, что очевидное стало. Очевидно всем. Холодный взгляд на толстяка


Брошенный Риантаном армией Танарга и сказанное совершенно равнодушно. Танарг уважает право Рейтана на месть. Жест Сахира и Толстяка задушили те самые слуги, которые только что разносили нам еду.


Удавкой, простым шелковым шнуром. Один душил, двое других следили за тем, чтобы рефлекторно пытающийся выжить ротар Хессе не сбил руками какое-либо из близстоящих блюд.


Просто отодвинули все, до чего он мог дотянуться. Мне стоило большого труда сдержаться. «Не закричать, не попытаться сделать хоть что-то, не реагировать».


Я отчаянно напоминала себе, что я кадет из класса, что приговор Ротару Хесса вынесло его, вышестоящее руководство, что там на Гаэре Гилбин убил инерейского старика».


Того самого, который проверял мое произношение. Я... я пыталась напомнить себе о многом, а на моих глазах равнодушно и профессионально убивали человека.


Убили. Также профессиональные без эмоций убрали тело, после вынесли и Гилбина. Сахир потянулся за вином, налил полный бокал, молча протянул мне.


Потрясённое и оглушённое случившимся я уже собиралась было взять, как уловило, как быстро потемнел взгляд сидящего напротив Риантана.


Накатило чёткое ощущение, что я иду по острому лезвию, только что едва не сделала неверный шаг. «Может быть, мой бокал?» — издевательски поинтересовался Герхарнагерц.


Вот только было такое ощущение, что стекло сейчас лопнет. Но я не посмотрела мужчине в глаза, просто... Все его шутки больше не казались шутками. И даже хуже. Я вдруг поняла, что шутками это и не было вовсе.


Долгая напряженная пауза Исахир, поставив бокал, четко передо мной произнес.


В повисшей тишине отчетливо прозвучал насмешливый голос повелителя. «Возражение? Разве что у самой мисс Карнер, определенно не осознающей происходящего».


И, повернувшись ко мне, Герхарнагерц объяснил как ребенку. «Устройство власти на Рейтане имеет некоторые отличия от привычного вам государственного строя Гаэры, мисс Картнер».


«Я являюсь верховной религиозной властью. В ведении Сахира Света, внешняя политика рейтана, тень занимается внутренней».


Исходя из поставленных перед вами руководством Гайера задач, в данный момент вы переходите в область юрисдикции тени.


Правитель выдержал паузу, внимательно глядя на меня, и продолжил.


Но у вас всегда есть выбор ли мой бокал или переход вашей дипломатической миссии на уровень, планируемый по завершении года вашей работы. В этом случае вы вызываете дипломатов и переходите под юрисдикцию света.


У меня не было слов, но, как выяснилось, их никто и не ждал. «Выбора нет», — поднимаясь, произнес Сахир тень. «Дипломатическую ноту я сжег на ваших же глазах».


А попытка вручить бокал моему работнику — это прямой вызов мне лично. Кстати, на работу я принял только мисс Картнер.


И одновременно с этим сообщение от капитана Нарына. «Капитан Картнер, нам приказано вернуться на ближайшую ко дворцу стоянку и покинуть Рейтан не более чем через четверть часа».


Я в ужасе посмотрела на вставшего Сахира. Тот, ответив мне полным лютой ненависти взглядом, развернулся и ушел прочь, не оглядываясь.


Одновременно с этим всю мою команду заставили встать и недвусмысленно указали на дверь. «Я искренне прошу прощения», — пробормотала, стремительно поднимаясь.


Ир Хорнагерц встретил мою попытку сделать хоть что-то со снисходительным пониманием, а затем как-то с сожалением посмотрел на свой бокал. «Идиотская планета!»


Выскользнув из-за стола, я поспешила к тому выходу, за дверями Коева исчез знакомый мне Сахир, с как оказалось крайне высоким званием на рейтане.


Распахнула дверь и шагнула в полумрак, и задохнулась, когда меня жестко схватили за горло. Рывок и впечатав стену, Сахир навис надо мной и прошипел, сверкая в полумраке нечеловеческими глазами.


«Да что с тобой?» Вместо ответа он издевательски произнес. «Ты очень наивная, знаешь об этом?» И разжал пальцы.


Я рухнула на пол, только сейчас осознав, что меня держали на весу. С трудом удержалась, чтобы не упасть, а теперь стояла, растирая шею, на которой точно синяки останутся, и мрачно глядя на стоявшего рядом Сахира.


Он, засунув руки в карман, также мрачно смотрел на меня. В наушнике послышался голос Гэса. «Лея, нас выдворяют с планеты. Один из асов ранен. Через конвой нам не прорваться».


«Твои люди паникуют», — с насмешкой поинтересовался Сахир. «У них есть на то причины», — нервно ответила я. «Не буду спорить». Усмешка на его губах стала почти зверской.


А затем Тень ответил на вопрос, который я задала ранее. «Ты спрашивала, что со мной? Всё отлично!»


Одного не поняла. «Шикарную женщину?» — переспросила, чувствуя себя так, словно в моем сердце медленно проворачивает тупой нож. На рейтане особо отличившихся Герхарнагерц награждает женщиной,


«Кстати, со своими сотрудницами я сплю. В интимном плане. В принципе, это очевидно. Но, учитывая твою наивность, решил пояснить». Сопроводив его ход потрясенным взглядом, я осталась стоять.


При том, что ноги практически не держали и ослабли сильнее, едва в наушнике раздался голос Сейли. «Мне запретили передавать тебе твои вещи».


«В данный момент мы вынуждены покинуть Рейтан. Попытаемся вернуться чуть позже. Держись, картнер». А затем голос Гесса. «Мы тебя вытащим, слышишь?» «Слышу. Но танаркцы отдали своего беспрекословно, что говорило о многом».


И снова Сейли. «Что бы ни случилось, ты должна выжить, помнишь, да?» «Помню», — едва слышно ответила ей. «Запись твоего разговора с Тенью будет передана полиглоту. Мы не поняли, Нидерсенга».


Продолжила она. «Она и к лучшему, что не поняли. Полиглот поймет». «Да, я не представляю, как шеф переживет это. Сахир, похоже, использовал всех, от меня до Багора».


Просто использовал, чувствуя себя сломанной. «Только держись, Лея, мы тебя вытащим», — сказала Эринс. «Не вытащите». И это стало лишь очевиднее, когда связь прервалась, а следом в наушнике раздалось лишь шипение.


Рука инстинктивно дернулась к поясу в поисках Хэйенга, но там было пусто. «Вы ведь понимаете, это анаркский», — на своем языке спросил меня Риантан, скинув руки и демонстрируя, что не собирается причинять мне вред.


Гаракхай усмехнулся, чуть подался ко мне и произнес. «Решать вам. Но мы вернемся, для меня нет невыполнимых миссий. К тому времени мне хотелось бы, чтобы вы были все еще живы». И, оттолкнувшись от пола, Риантан армии Танарга взмыл вверх, как его сопровождающий.


Гаракхай с нечеловеческой ловкостью добрались до окон и, открыв, спрыгнули вниз. А тут был этаж третий, не меньше. Но едва я подошла к окну, поняла, что переживала напрасно. Гаракхай, подняв руки в жесте, который тут никого не мог обмануть, под конвоем удалялись проще дворца.


Похоже, тонаркцев выдворяли с планеты так же, как до этого выдворили мою команду. Шагов подошедшего и нерейца я не услышала, видимо, окончательно оглушенной ситуацией.


Молча кивнув, я последовала за направившимся к выходу пожилым инерейцам. Но душе было муторно до невозможности. Перед глазами стояли последние слова моего отца, «Служи Гаэре».


В моей семье статус кадета С-класса имела только я, а отец мной очень гордился.


Нарейтани передвигались двумя способами — по земле и по воздуху. Но, учитывая количество летательных аппаратов, можно было смело предположить, что подобный способ передвижения


Ехали недолго, что, впрочем, неудивительно. Едва ли заместитель повелителя по внутренним делам планеты жил бы далеко от дворца, так что, когда мы свернули с магистрали комплексу дворцов-крепостей,


Я удивлена не была. Удивилась позднее, когда мы проехали мимо трёх внушительных дворцов,


Машина мягко въехала на дорогу, почти бесшумно продолжив путь. Мы трижды останавливались на блокпостах, но появлявшаяся словно из ниоткуда охрана проверяла молча. И так же молча мы ехали дальше, словно всё сильнее погружаясь в сумрак этого леса. За очередным поворотом показался дом.


Дом, который тоже был крепостью, только значительно более основательный, чем иные, виденные мной. Пять этажей, серый каменный забор, доходивший до середины второго этажа.


Охрана на внешнем периметре, охрана на дворе, внутренняя охрана, стражи, стоящие у дверей, ведущих уже непосредственно в дом, спущенные с цепи генномодифицированные псы, которым при моем появлении отдали приказ охранять.


Псы синхронно, единым порывом повернули головы ко мне, с шумом втягивая воздух и запоминая запах. «Выходить из машины мне не хотелось и до этого, сейчас нежелание усилилось».


Но выбора просто не было. Молча соскользнула с сиденья, шагнула на каменный двор, вопросительно посмотрела на Сахира Нейте.


«Прошу вас», — произнес он, указав на дверь, которую охрана уже открыла для меня.


«А вы?» — нервно спросила, вспомнив, что ранее мне следовало идти за ним. «Вход на личную территорию тени мне запрещен», — с поклоном ответил Энни Рейтс. Медленно кивнув, я отправилась в дом.


Мысль о том, что из этой крепости меня не вытащат даже газ с асами, я старательно от себя гнала. В принципе, старалась ни о чем не думать, но едва поднялась по пяти ступеням и вошла в дом,


В лестнице, ведущей наверх крутыми каменными ступенями, на которых были видны сколы, их явно разбивали.


Старой мебелью, видимо. «Сахтини Лея!» раздалось в потрясенной тишине дома, заглушаемой для меня глухим биением моего сердца.


Резко повернувшись, я увидела женщину, Энерейку, и мгновенно поняла, чем местные женщины отличаются от мужчин.


Письменный стол, почти идентичный тому, что стоял в моей квартире, картины с пейзажами Гаэры на стенах и муляжа Энга над камином. Муляж был сущим издевательством.


Следующий миг над камином, затмевая фальшивое оружие кадета С-класса, вспыхнул экран. Я увидела Сахира, сидящего за внушительным столом черного цвета.


«Судя по всему, Тень был на работе, и, насколько я понимаю, при его должности работы ему хватало. Непонятно только, с чего тогда этот звонок». «Хотел полюбоваться выражением твоего лица».


С издевательской насмешкой сообщил он, явно не скрывая, что получает от этого истинное удовольствие. «И как?» — нервно спросила я. Тень улыбнулся и отключился.


Я застыла, мрачно глядя на место, где только что был экран. «Отдыхай!» — вдруг появилась надпись на стене, а следом и вторая.


«Едва ли я дам тебе возможность поспать этой ночью». Несколько секунд я стояла, глядя в пространство невидящим взглядом,


Затем резко дернула завязки плаща, срывая с себя ткань, сняла перчатки, ощутив, насколько похолодели ладони, развернулась и ушла в дом искать оружие.


«Потому что я не гора Кхай. Убивать голыми руками я не способна. А статуэтки и прочие подручные средства против конкретно этого и нерейца бесполезны. В этом я уже убедилась».


Мне нужен был нож как минимум. Через полчаса я стояла на кухне, под потрясенными взглядами слуг, проверяя,


Кухонные же ножи на балансировку и остроту. К этому моменту я успела изучить дом сверху донизу, и впечатления были нерадостными. На первом этаже располагались хозяйственные помещения,


и внушительная гостиная с камином, которую едва ли когда-нибудь стопили. На втором спальне самого тени и моей комнаты.


«Спальня, кабинет, гардеробная, в которой уже были сложены мои вещи. В смысле, не мои, а купленные для меня».


Но они были там, на полках, вешалках, в шкафах и прочее. На третьем этаже имелись комнаты для гостей, судя по всему, никогда не использовавшиеся.


На четвертом кабинет Сахира и его же тренировочный зал. Я его обошла весь. Оружия там не имелось. На пятом наименее защищенном жили слуги. Их здесь находилось 12 энерейцев, четверо мужчин в годах, остальные женщины.


Мужчины при моём появлении испарялись, не рискуя даже взгляд на меня поднимать. Но мужчины и их реакции меня не интересовали. Интересовало оружие. В доме не оказалось ничего.


Выбросы из крепости и попытаться отобрать что-нибудь у охраны не вышло. Окна не открывались и не разбивались.


Двери не открывались так же, а внутри дома охрана не присутствовала. Пришлось осваивать кухонные ножи, и вот тут меня ожидало хоть что-то приятное. В этом доме часто разделывали мясо,


Судя по ассортименту ножей, разделывать приходилось целые туши, а потому нашлось всё. Ножи для отделения шкуры от мяса, мясницки для рубки мяса и костей,


Тонкие для нарезания овощей, острые для резки мяса на порционные куски. Полный комплект. Я проверяла каждый из ножей, откладывая для себя те, что имели наилучшую балансировку.


Едва ножа с длинным лезвием выбрала для ближнего боя. Прислука мне не препятствовала, возможно, причина крылась в моем выражении лица, но, вероятнее всего, им были даны соответствующие инструкции.


И последнее предположение подтвердилось, едва я услышала насмешливо сказанное на Гаэрском. «Ситуация в гостиничном номере «Ранос Спрингс» тебя ничему не научила?»


Скинув голову, увидела стоящего в дверях Сахира. Как давно он вернулся и присутствовал в этом доме, мне было неизвестно. Но сейчас он стоял, прислонившись плечом к косяку и поигрывая мускулами на обнажённом торсе.


Из всей одежды на сахире имелись лишь светлые широкие брюки, и больше ничего, даже никакой обуви не наблюдалось. «А чему конкретно она должна была меня научить?»


Поинтересовалась я, на всякий случай взяв заготовленный для ближнего боя нож и сжимая его рукоять. Тень повелителя Рейтану усмехнулся, обнажив клыки,


Вытянул вперед правую руку, казалось бы, совершенно пустую, но миг, и на его ладони уже лежал меч, слегка искривленный, обоидоустрой, со скушенным клинком.


«Технология наподобившего Йенга, перехватывая рукояти, позволяя мне в подробностях рассмотреть меч, сходу посрамивший все заготовленные мною ножи как минимум длиной», — произнес Сахир.


«Сколько прочнее — это первое, и вживленное в кожу, а значит, всегда доступное — это второе».


Соответственно, в ближнем бою тебе рассчитывать не на что». И он заставил меч исчезнуть, издевательски продемонстрировав мне вновь совершенно ничем не обремененную открытую ладонь.


после чего сложил руки на груди и предложил. «Метание ножей?» Оставлено самый крайний случай. А пока что, раз уж Сахирс не зашел до разговора, я решила прояснить ситуацию.


«А если бы я надела ваш красный плащ? Это что-то бы изменило?» В багровых зрачках полыхнуло так, что синий цвет глаз почти перестал иметь значение.


И возглавляющий внутреннюю политику Рейтана Тень ответил, сжав зубы. «Да, мне не пришлось бы терпеть попытки повелителя присвоить себе моего специалиста языковой службы, и я бы не мечтал сейчас свернуть шею Риантану Картару».


«Покивав, я сделала свой вывод. То есть ничего бы не изменилось?» «Для тебя нет», — честно ответил Сахир. «Для меня — да».


«Это был цвет моего дома. Как минимум, он гарантировал тебе неприкосновенность». В этот момент я искренне порадовалась тому, что послушалась совета Эринс. Хорош был бы представитель Гайеры в плаще цвета дома одного из правителей Рейтана. «В твоих глазах нет ни капли раскаяния».


Очень нехорошо протянул Сахир. «Не вижу для этого причин», — ответила я. Тянь улыбнулся. «В смысле, если подобный оскал можно назвать улыбкой».


В любом случае выглядело так, словно он собирался заставить меня раскаиваться по поводу случившегося долго, мучительно и неизбежно. И от этой его усмешки испарились и так старавшиеся не привлекать внимания слуги. Просто сбежали через противоположную от Сахира дверь.


А я повторно вспомнила о словах Риантана про паршивую репутацию тени. Невольно мысли перекинулись на дом, а замалчивать очевидное я не имела смысла. «Что произошло в этом доме?»


Прямо спросила у мгновенно переставшего ухмыляться Сахира. «Здесь живет страх. Я бы даже сказала, животный ужас». «Хм, с каких пор языковые специалисты медиумами подрабатывают?» — вопросил тень.


А я смотрела на него и не узнавала. Лицо было всё то же. Хищные резкие черты, квадратный подбородок, внушительный нос, высокие скулы, чуть прищуренные глаза с гораздо более ярким, чем на Гаэре зрачком.


И движения чуть более резкие, дёрганные, казалось бы мелочи, но прибавить к этому резкую смену эмоций не становилось не по себе. И чем больше я смотрела на Сахира,


тем больше видела разницу между этим человеком и тем, что обучал меня в гостиничном номере «Ранос Спрингс».


Из его багря на синих глаз на миг исчезли издёвка и снисходительная небрежность,


Но всего лишь секунды и вновь всё то же выражение презрения, которое тень не особо скрывал, и вопрос свысока. «Перестал притворяться?»


Учитывая, что вся мебель в гостиной была в основном из светлых или красных пород древесины, складывалось впечатление, что лестница была тут из какого-то другого.


«А может, дело в том, что кое-кто просто больше доверия не заслуживает», — ответила я. «Ухмылка стала шире и при этом провокационнее».


А взгляд потемнел ещё сильней. Один нож на бедре, второй за рукавом, на левой руке прикрывая тыльную сторону запястья. Третий за воротником, в позиции, с которой мне даже уже интересно, как ты умудришься его достать.


На кухне тоже камеры. Удовлетворяя любопытство моего фактического поработителя, плавным движением достала нож и почти молниеносно запустила его так, чтобы лезвие прошло в сантиметре от уха Сахира. Я ожидала, что тендёрница попытается уклониться, сделает хоть что-то.


Но Сахир стоял, даже не шевельнувшись, будто изначально знал, куда конкретно полетит нож. «Знал», словно прочитав мои мысли, произнес Энерейц, широко ухмыльнувшись моему плохо скрываемому напряжению.


«Или не на твоём? Ты знала, что та милая девушка из разведки обладает двумя дополнительными парами ребер?» «У Эринса дополнительные ребра?»


«Зачем?» «Не знала», — сделал верный вывод Сахир. «Лея, с твоей наивностью тебя в базарный день страшно из дома выпускать». «Мое нежелание считать чужие ребра имеет какое-то отношение к наивности?»


Прикосновение всего одним пальцем, ибонитовый браслет стёк чёрной, будто живой каплей по его ладони и трансформировался в кинжал.


Движение кистью, и оружие вновь вернулось на запястье, став всё тем же браслетом, который сняли и повторно протянули мне со словами.


«В моё отсутствие поиграешься с видами и формами, а сейчас у нас с тобой есть дела поважней. Смени перчатки и надень плащ».


Протянув руку, молча забрала вложенный в мою ладонь браслет, закрепила на запястье, повторив движение Сахира, трансформировала браслет в кинжал.


Сжала рукоять, удовлетворилась и остротой оружия и идеальной балансировкой вернула в браслет,


Подняла взгляд на тень и спросила. «А если нет?» Тень правителя Рейтана очень и очень показательно скользнул взглядом по моему телу и издевательски произнес. «А если нет, Лея?»


то мы займёмся крайне приятными и долгожданными для меня вещами. Мы ими в любом случае займёмся. Но мне бы и не хотелось сделать тебе как минимум неприятно, а как максимум больно».


«Ты ведь на корабле ела стандартную для С-класса пищу, не так ли?» «Я в очередной раз потеряла нить твоих рассуждений».


Вновь трансформируя браслет в кинжал, честно ответил ему. Сахир усмехнулся и ответил. «Поймешь со временем. У тебя минута». И оставив меня в тренировочном зале, сам сбежал вниз, видимо, тоже одеваться.


И усадил меня на сиденье летательного аппарата быстрее, чем я успела его рассмотреть. Щелкнули ремни безопасности. Из сумрака наступившей ночи шагнула женщина с бутылкой,


«Он всё приготовил для меня!» «Он, да, пугал, откровенно говоря». «А почему я должна жить в твоём доме?» — спросила, делая ещё один глоток. «А почему нет?» — издевательски прозвучало в ответ.


«Да, действительно. И как я об этом варианте не подумала? Логичный же вариант».


И также с улыбкой, но очень серьезно ответил. «Я четко знаю, чего я хочу. И получаю это. А ты нет».


С явным недоумением, посмотрев на него, все же возразила. «В данный конкретный момент я очень четко знаю, чего я хочу. Более чем четко».


«Это как-то позволит мне получить желаемое?» «Нет». Всё с той же усмешкой ответил Тень. «Но это позволит тебе осознать одну из причин, по которой ты живёшь в моём доме». Откинувшись на спинку кресла,


Мрачно посмотрела на Сахира. То есть ему прекрасно известно, что я хочу домой. И это желание зашкаливает в связи с практически проваленной миссией. Ему также известно, что меня попытаются вытащить с Рейтана.


«Я ещё жаловалась на пилотирование Эринс. Зря, с ней всё было ещё очень комфортно. Мы больше минуты падали вниз в режиме свободного падения, и мне пришлось крепко держать эту бутылку, чтобы не вылетело и не выбило нам стекло».


Или я не знаю, что здесь в иллюминаторах используют. А затем Сахир резко выровнял флайт,


Даже не заметила, как перехватила бутылку наиболее удобным для нанесения удара по голове некоторых способом. Усахир произнес время, отобрал бутылку, забрал меня с сиденья, опустив на каменный пол.


«Держу», — предупредил Сахир, дёрнув на себя и прижав так, что теперь я не летала больше. «Интересный лифт», — произнеслась с некоторой заминкой.


Обратила внимание на то, что на Сахира никакое свободное падение не действовало и добавила. «Интересный ты». «О, я да!» — насмешливо отозвался он.


Затем рывком схватил меня на руки и прижал к себе на порядок сильнее, чем прежде. Видимо, знал, что сейчас лифт остановится. Без какого-либо заметного торможения, без оповещательных звуковых сигналов эта стальная махина просто с грохотом приземлилась.


Кровь была здесь повсюду. На полу, видимо, по этой причине Сахиры продолжал держать на руках.


«Еще десятерых охранников сюда, а потому не удержалась от вопроса». «Зачем?» Тень внес меня в помещение, мгновенно вспыхнувшее приглушенным зеленоватым светом, и, глядя на то, что находилось за стеклом, спокойно ответил.


«Ты моя сверхценность, Лея, и я предпочитаю перестраховаться лишний раз, чем позволить кому-то или чему-то тебя ранить». «В принципе, я способна позаботиться о своей безопасности», — вполне резонно заметила я. И получилась нисходительный взгляд и издевательская «не смеши меня».


Дверь распахнулась, вошли 10 охранников, в основном с огнестрельным оружием, причем, насколько позволяли мне мои знания, я заподозрила в этом оружии наличие разрывных, наносящих максимум повреждений пуль.


А в следующий миг Сахир власно обнял меня за талию, прижал к себе и, чуть наклонив голову, тихо сказал на Гаэрском. «Я задаю вопрос, а ты переводишь?» «Он отвечает, переводишь мне».


«Без самодеятельности, заминок или попыток солгать. Поверь тебе, лучше никогда не сталкиваться с тем, как я умею наказывать».


Не то чтобы я ранее не работала на допросах, но едва стекло стало прозрачным, открыв интерьер допросной моему взгляду,


Я увидела мясо. Это уже с трудом можно было назвать человеком или даже его подобием. Это было разделанное мясо со снятой кожей, местами разрезанное до кости, местами вместе с костью.


«Это Гаракхай», абсолютно не испытывая жалости к тому, кого пытали, и пытали откровенно зверски. Хотя я не уверена, что даже звери на подобное способны, произнес Сахир, прижимая меня к себе еще сильнее.


И уже не мне. «Сааа». То есть увеличить изображение справа. Да, и Нерейский был далеко не самым простым языком. Но местные его понимали даже вот в таких кратких формах. И техник мгновенно увеличил изображение даже не разреза, а разрыва тканей на правом бедре.


Там был разрыв мышцы и слом кости, там... Я задохнулась, увидев, как там каким-то совершенно неведомым мне образом медленно, но заметно срастается костная ткань.


«Хорошо», — проговорила с трудом. Сахир подал знак технику, техник подключил двустороннюю связь. «Цель прибытия», — произнес тень, крепко держа меня.


Я, в принципе, не знала, способно ли это разложенное на пыточном столе мясо говорить,


Последующая фраза, находящегося полностью в сознании Гаракхай, который, похоже, попался исключительно, чтобы поговорить со мной, будет только для меня. И замерла, ожидая последующего вопроса Сахира, чтобы ответ Гаракхай не выглядел странно. Но тень почему-то медлил.


Его ладонь, удерживающая меня поперёк живота, мягко скользнула чуть ниже задумчивым, поглаживающим движением, и следующее, что он произнёс, было «Достаточно». «Серьёзно?» — ровно спросила я.


«То есть больше никаких вопросов, это все?» Сахир рывком прижал к себе с такой силой, что я вскрикнула и прошипела моего уха. «Я бы спросил, но ты задержала дыхание».


«Да мне здесь дышать страшно». И в этот момент Гаракхей произнес на доконфликтном наречии «Религия яд».


Следующим звуком, раздавшимся в наблюдательской, был писк, подключенный к его сердцу аппаратуры. Сердце перестало биться. Я стояла оглушенной этим писком,


И как сквозь толщу воды наблюдала за тем, как в допросную ворвалась группа медиков, как то, что уже сложно было назвать телом, перекладывают на носилки,


Как ему в шею единственное нераскуроченное место вкалывают что-то белого цвета и как мгновенно после этого отпускают взведённое оружие охранники. «Он выживет».


Произнес Сахир. Произнес спокойно, уверенно и буднично, словно только что вообще ничего особенного не произошло. И также буднично задал вопрос. Что он сказал? «Религия яд».


Перевела я один из тонаркских лозунгов. Перевела абсолютно точно и дословно. Вот только скажи Гаракхай это на официальном, она бы звучала как лозунг.


Но он сказал на доконфликтном, соответственно, скорее «святое яд». А что является священным на рейтане? «Священные грибы каю».


«Ты сказал, что он будет жить», — произнесла, нервно обернувшись к Сахиру.


«Не вижу смысла его убивать», — ответил тень и указал мне на выход из комнаты, которую покинули уже все, кроме двух техников. Оставаться действительно больше не было смысла, и я шагнула в темноту абсолютно неосвещенного коридора,


Запаха крови здесь стало меньше на порядок, но он всё равно ещё витал в воздухе и ощущался привкусом на губах. Другим привкусом, гораздо более мерзким, было осознание того,


«Так значит, Каракхай будет жить?» Едва Сахир взял меня за руку в этой абсолютной мгле, тихо спросила я. «Да, естественно». Всё так же насмешливо ответил Тень. «Я не повелитель».


И склонности к бессмысленным смертям за собой никогда не наблюдал. И он пошел быстрее, увлекая меня вперед. Несмотря на мрачность и беспросветность данного помещения, я идти быстрее не хотела, я хотела понять.


«То есть он останется жить и...» — продолжила допытываться я. «И на рассвете будет возвращен в то место, где его исхватили».


Уже несколько раздраженно ответил Сахир, а затем пояснил. «Мы планомерно довели его до пограничного состояния, в котором даже запрограммированный танаркскими спецами мозг способен выдавать лишь правду».


«Мы допросили его на Танаркском, ты подтвердила полученную нами информацию на исконном доконфликтном Танаркском наречии. Парень фактически чист».


Так что нет смысла ни убивать его, ни содержать далее за государственный счёт». «Как? Пусть будет любопытно».


Одного я не могу понять, почему в таком случае Риантану Картеру было так важно передать мне сообщение до освобождения Гаракхай.


«В чём разница между Гаракхай сейчас и Гаракхай, к примеру, завтра? В том, что он восстановится?» «Сильно сомневаюсь. Похоже, этому военному подобное выпадало не раз».


Но именно сейчас он попытался остановить свое сердце. Даже не попытался, остановил. То есть уже умер, но везли его не как труп. «Сахир, что ему вкололи?» — прямо спросила я. И на этот раз ответ последовал не сразу.


Мы миновали тёмный коридор, вышли в едва освещенный, зашли в стальную махину лифта, и лишь когда тот рванул вверх, тень ответил. То, что заставит его сердцу биться. Рейтанская медицина на данный момент существенно лучше гаэрской. Возможно, утверждать не берусь, но...


Но Гаракхай сам остановил своё сердце, намеренно остановил, и это говорило о многом. Опять же формулировка Сахира. Он мог бы сказать то, что позволит его сердцу биться,


Тень усадил меня во флайт, пристегнул, вручил снова, лежавшую до того на сиденье бутыли приказал. «Пей». Даже не подумаю. Но отшивыривать от себя питьё, несмотря на всё моё желание, не стало.


Смысл провоцировать конфликт там, где ты не способен даже защититься в случае перехода этого самого конфликта на новый уровень. Когда Сахир занял свое место, и мы взлетели, он обратил внимание и на нарушение своего прямого приказа, и на то, с каким мрачным выражением лица я сижу.


«Я как сидела, так осталось сидеть», — Сахир же добавил. «Танаркские технологии в сравнении с нашими детский лепет».


«Что ж, после дипломатической миссии на тонарк наших весь дипкорпус лечит до сих пор. Их технологии психологического программирования стали тем, против чего у Гаэры до сих пор нет ничего».


«Мы боремся с последствиями не в силах остановить само вторжение в мозг наших специалистов». «Ириетан обладает чем-то еще более сильным?» «Ты же понимаешь, что я обязана сообщить об этом своему руководству?»


Напряженно спросила я. «Отчетливо», — кивнул Сахир и улыбнулся. «Мне очень не понравилась эта улыбка».


В его дом-крепость мы вернулись глухой ночью. Мне до сих пор было неясно, как добрались с целыми,


Летели в кромешной тьме, я не обнаружила в кабине никаких датчиков, символов, виртуальной карты. Ничего. Руль в сильных руках Сахира и полная темнота вокруг.


Каким-то образом он чётко знал, куда лететь, как сумел приземлиться, лавируя между кронами гигантских деревьев, для меня оставалось загадкой. И мне явно предстояло пребывать в неизвестности, потому что едва приземлились, тенец стегнул меня, открыл дверь флайта и указал на выход. Молча.


«То есть я могу идти, куда хочу?» — поинтересовалась я, озираясь во мраке. Словно в ответ на мой вопрос вспыхнул весь каменный двор дома Сахира. Отдельно ярко засияла лестница, открылась дверь в дом,


а в воздухе замигали указующие на вход алые неоновые стрелки. «Можешь, но следуй указателям», — издевательски произнес тень. Выпрыгнув из флайта, мстительно забыла бутылку на сиденье.


Словно не заметив этого, Сахир стартовал резко вверх, едва не сбив с ног порывом ветра и мгновенно исчезнув в тёмном беспросветном небе, на котором, из-за закрывающих его крон деревьев, не было видно даже звёзд.


А я осталась стоять, игнорируя требующее моего выдворения в дом светопредставления. Прошлась по двору, изучив его вдоль и поперёк, и вдыхая свежий лесной воздух, в котором отчётливо ощущался привкус надвигающейся грозы.


Идти в дом не хотелось. Я бы с гораздо большим удовольствием прогулялась по лесу, хотя бы просто прогулялась.


И тут заметила девочку. Ребёнку было около девяти, не больше. Огромные глаза смотрели на меня испуганно, волосы были растрёпаны, в ручках какая-то поделка из дерева, напоминающая куклу.


«Кота Ээа», — произнесла я приветствие, каким на риетане следовало обращаться к детям, причём именно к девочкам. Она заметно вздрогнула и посмотрела на угол дома, за которым, кажется, хотелось спрятаться, но там стояли охранники с псами.


«У меня возникло ощущение, что ребёнка выпустили поиграть под покровом ночи, а тут я, света представления собаки с охранниками».


«Катаэа», — повторила, плавно делая шаг к малышке и стараясь не напугать ее своим приближением. «Ааса», — нервно ответила она и поклонилась, как того требовали традиции. «Жуткий мир».


Женщин тут учили кланяться с детства. Подойдя, присела перед ребенком и из положения ниже ее роста мягко спросила, «Что ты здесь делаешь?»


Ребёнок заметался, причём практически буквально. Она переступала с ноги на ногу, но так, словно металась из угла в угол в ограниченном пространстве. Затем посмотрела на меня из-под лоб и прошептала.


«С бабушкой». «А, то есть твоя бабушка работает в этом доме?» — догадалась я. Ребёнок явно ожидал какой-то другой реакции, причём нехорошей. А потому теперь девочка смотрела на меня как-то странно, но очень напряжённо. Я в ожидании максимально худшего».


«Знаю, но не все, — уклончиво ответила я. — Научишь меня?» Уловка должна была сработать, но не сработала. Девочка прижала куклу к себе и тихо, вообще едва слышно, выдохнула.


«Вы забудете». «Забуду, что?» не поняла я. «Вы всё забудете». Очень грустно, глядя на меня, пояснила девочка.


И добавила, «Все забывают плохое». Помолчала и сказала вообще едва различимо. «Я тоже буду забывать, когда вырасту».


«А сейчас мама отправляет меня к бабушке, когда наступают плохие ночи. Здесь безопасно. Как сидела, так и осталось сидеть».


«Идём, проведу тебя через дом», — сказала я, поднимаясь и протянув ребёнку руку.


После я провела Ротену на кухню, где её встретил явно дедушка. Взгляд у мужчины был откровенно злой, и дитё сжалось, предчувствуя похожую пурку.


«Не наказывайте ребёнка, это я к ней подошла и заговорила». «Она не имела права отвечать, Сахтине», — не глядя на меня, сообщила Нереец. «Это было бы невежливо с её стороны. Я прошла к столу, села, усадив ребёнка рядом».


«Не могли бы вы рассказать мне, что еще я не имею права требовать от окружающих?»


«Мы не имеем права отвечать на ваши вопросы, смотреть на вас, прикасаться, сидеть за одним столом, заговаривать прежде, чем вы обратитесь к нам». «Звучит совершенно дико», — честно сказала я. Мужчина усмехнулся, глядя исключительно в сторону, и сказал...


У каждого мира своя история выживания, соответственно, свои правила сосуществования.


«Сахиры — сила и защита Рейтана, в наших же интересах подчинятся». Мне вспомнился повелитель этого самого Рейтана, и я позволила себе осторожное замечание. «Сахиры не всегда ведут себя адекватно». «Большая сила имеет большие последствия», — усмехнулся и нереец.


Я обратился к вошедшей на кухню, видимо, жене. «Мирана, Сахтини голодна». Своеобразное проявление заботы. «Если честно, то нет», — улыбнулась я.


После спецрациона на корабле я могу не есть до пяти суток без ущерба для организма.


И кинувшееся было к плите, служанка застыла со сковородкой в руках, вопросительно глядя на мужа. «В любом случае», — решил тот. Решив не оскорблять их отказом и улыбнувшись девочке, которая рядом с родственниками немного расслабилась,


Я поднялась и направилась к холодильной камере. Открыв, убедилась в том, что тут едят в основном мясо,


И практически только мясо. Я не обнаружила никаких упаковок, что говорило бы о наличии продуктового производства. Исключительно всё в натуральном виде.


«Зелень, мясо, зелёные яйца, синие яйца, жёлтые яйца, фиолетовые». «А их вообще как едят?» — поинтересовалась Умирана. «Сахир пьёт сырыми», — ответила она с поклоном.


А вот затем мы все услышали раздражённое, да, развлекаясь в свободное от работы время,


«Сказано было на Гаэрском, так что и нерейцы не поняли ни слова, но им достаточно было услышать тон, каким это было сказано, чтобы мгновенно покинуть кухню, оставляя меня наедине с владельцем этого дома». Сахир на их бегство не обратил никакого внимания,


Я всё так же продолжала стоять напротив холодильной камеры, изучая ассортимент. «Но согласись, яиц многовато», — заметила я. «Я бы спошлил на эту тему, но наши отношения и так начались с совместного просмотра порнухи, так что говорить пошлости раньше времени не буду».


И Сахир подошёл, встав позади меня так, что это можно было бы назвать скорее впритык. «Наши отношения?» Обернувшись, вопросительно посмотрела на мужчину. Он же в этот момент невозмутимо изучал содержимое собственного холодильника.


«Хочешь омлет?» — поинтересовались у меня. И так как я продолжала вопросительно взирать на него, пояснил. «Сомневаюсь, что после пыточной ты согласишься есть мясо». А вот в этом он был прав на сто процентов.


Но вместо ответа или подтверждения его выводов я напряженно спросила, «Что значит наступление плохих ночей?» Мы стояли очень близко друг к другу, я и практически вплотную прижавшая меня к себе Сахир.


Я, запрокинувшая голову, глядя на него и ожидая ответа, и он, молча взирающий на меня сверху. «Это наступление плохих ночей, Лея!»


Тихо сказал он, глядя в мои глаза. «С сегодняшней ночи начинается празднование цветения Каэ».


после которого произрастают каю. Пыльца Каэ дает силу Сахирам, великую силу, но вместе с ней просыпается и желание.


«После плохих ночей в каждом доме рождаются дети, сильные дети от сильных женщин». Я побоялась спросить, что происходит со слабыми. Спросила другое. «И ты пропускаешь такое важное для Рейтана событие?»


Спокойный взгляд и почти издевательская. «В моём доме слишком слабая женщина, чтобы я мог позволить себе присоединиться к правителю и свету в праздновании ночей К.Э.


И я, возможно, и была наивной, но не до такой степени, чтобы осознать главное. Похоже, мной просто прикрыли нежелание участвовать в сомнительных развлечениях с Герхарнагерцем и вторым соправителем Рейтана».


«Еще один повод поселить меня в своем доме», — покивав, заметила я. «И не говори. Ты у меня сплошное преимущество, столько проблем решила одним своим появлением, даже не представляешь. Так омлет».


«Конечно», — потрясённо отозвалась я, «сейчас только выберу яйца». «Поверь, конкретно себе ты их уже выбрала», — всё же спошлил Сахир. И пока я возмущённо смотрела на него,


Обнял, нагнулся к холодильнику, выбрал яйца в крапинку и, направившись к плите, объяснил. «Это единственные птичьи. Змеиные ты вряд ли станешь есть, не так ли?»


Готовил для меня сахир с явным удовольствием, словно ему нравилось готовить именно для меня. Странное ощущение. И вскоре передо мной стояла тарелка с омлетом,


украшенном веточкой зелени, а для себя он взялся готовить мясо, если лёгкую прижарку с двух сторон можно охарактеризовать термином «готовка».


«Так, значит, тебе известно о пагубном влиянии ваших священных деревьев?» — осторожно спросила я, берясь за нашу вилку. «Естественно».


Легко отозвался Сахир, поливая пылающие огнём мясо ещё и маслом сверху. Пламя взметнулось едва ли не до потолка, после чего его виртуозно накрыли крышкой, и это был финальный этап приготовления мяса.


Едва огонь затух, лишённый доступа кислорода, Сахир перекинул шмат остекающего соком мяса на внушительную тарелку, бросил её на стол рядом со мной,


Хотя я ожидала, что он сядет напротив. Я ушёл в подсобное помещение, откуда вернулся с бутылкой вина».


«Видишь ли, в чём дело?» — начал он, располагаясь рядом со мной, опять впритык, и воруя у меня кусочек омлета с тарелки, причём моей же вилкой, которую меня отобрал.


«Наши традиции учат, что сила всегда берёт плату». Мне вернули вилку и скорбно сообщили. Не досолил. «Да нет же, всё очень вкусно», — возразила я.


«Ты мне льстишь», — не поверил тень и, отламывая кусок чёрного хлеба, продолжил. «И каю, и каэ дают очень многое, Лея».


«Возможности, превосходящие способности генномодифицированных Гаракхай, и силу, с которой, как ты уже могла убедиться, даже кадетам из класса приходится считаться. Но цена, цена нашей силы все же слишком высока».


«Этого не понимаешь, пока живёшь здесь, на Рейтане, но тем, кто покидает планету, многое предстаёт в ином свете». И он принялся есть с аппетитом явно голодного человека.


Я сидела, задумчиво ковыряясь в свои тарелки, и аппетита не испытывала вовсе, за что я поплатилась. В какой-то момент мне впихнули в рот кусок полупрожаренного мяса,


Полупрожаренного это потому, что кусок был отрезан с краю. В середине мясо явно было вообще непрожаренным. И, пресекая моё недовольство, Сахир продолжил.


«К примеру, возьмём ваши десантные войска». Я продолжала возмущённо смотреть на него, нервно жуя мясо. Но всё же да, не возражая, слушала, потому что самой стало интересно, что там у нас с десантными войсками. Тени пояснил. «Огромная сила, поддерживаемая стероидами, гормонами, тренировками».


«Ваши десантники — уникумы, созданные и тренированные так, чтобы по возможностям превосходили киборгов. Они их и превосходят, значительно превосходят, но...»


По завершении срока службы десантники, как мужчины, так и женщины, возвращаются к нормальной жизни. У нас такого не происходит.


Он потянулся за вином, наполнил свой бокал, сделал глоток и, вновь взявшись за нож и вилку, продолжил. «Сахир — звание пожизненное, хуже того, ритуально подпитываемое дважды в год».


Видела дом. Я кивнула. Я не помню, как разнес его в прошлый раз. Едва слышно произнес тень. Мой аппетит пропал окончательно. Его и так не было, но сейчас, проглотив, наконец, прожеванный кусок мяса, я поняла, что абсолютно больше не хочу есть.


«Да, плохие ночи», — задумчиво выдохнул Сахир и тут же продолжил.


Уменьшение дозировки, уменьшение способностей. Не сразу, в течение пяти месяцев, но ты это ощущаешь. Возможности утекают меж пальцев, как вода.


Попытки синтезировать препараты с КАЮ, который бы давал преимущество, не воздействуя на психическое состояние, не удались.


«Я привлекал многих, включая спецов свободного братства, результат нулевой. От каюты получаешь либо всё, либо ничего». Он помолчал и добавил. «Махинация, которую я провернул с тобой, дала мне ещё год на решение этой проблемы».


«И в целом ты приносишь удачу, так что попробуем снова». Поковырявшись в омлете из непонятных, но гарантированно птичьих яиц, скептически переспросила. «Я приношу удачу?»


«Конкретно мне да», — уведомил Сахир и добавил. «А остальным точно нет. Кстати, передатчик сама отдашь или мне его снять?» Медленно повернув голову, мрачно посмотрела на Энерийца и ответила.


«Не отдам». «Хорошо, сам сниму», — беззаботно ответил он. Даже не поняла, в какой момент перехватила ей вилку и нож с захватом, явно для еды непредназначенным.


Одно могла сказать точно. Передатчик был вовсе не той вещью, с которой я хотела бы расстаться. Потому что до тех пор, пока он на мне, я считаюсь условно живой».


«А если его снять, мгновенно перейду в разряд условно мёртвых». «Расслабься. Конкретно сейчас снимать не буду». Снисходительно сообщил Сахир с аппетитом, продолжая трапезу. «А конкретно когда?»


Нервно спросила я. «Конкретно дня через три, плюс-минус сутки», — повел плечом тень.


Сахир повернул голову, пристально посмотрел на меня и спокойно ответил. «Абсолютно». И вновь занялся ужином. «И куда я должна бежать?» — вполне резонный вопрос, учитывая обстановку. «К себе», — последовал ответ.


«В твоих комнатах внедрена система защиты от меня в нестабильном состоянии. По идее, меня не пропустят даже на входе, но если нет, закроешься в ванной». Он прожевал очередной кусок мяса, пожал могучими плечами и невозмутимо заметил. «Но это так, на крайний случай».


«В принципе, я получил дозу до твоего приезда и несколько в обходы закона, традиции и религии в целом. Я откровенно нарушил все правила, которые только мог».


«Ты представил меня как любимую женщину?» «Пытался», — ровно ответил он. «Но ты не тот плащ на дело».


«Вот оно как». «Неважно, у меня был план «Б», — невозмутимо сообщил Сахир и снова налил себе вина. «Хорош такой план».


«Так, у меня несколько пересохло в горле, поэтому, пользуясь нашими крайне странными отношениями, я отобрала бокал у тени, сделала глоток, вернула бокал ему и прямо спросила, «А что мне делать, если я не успею скрыться у себя, или же система не сумеет остановить тебя?»


Сахир медленными глотками, пристально глядя на меня, выпил всё вино до дна и задал неожиданный вопрос. «Честно?» — нервно кивнуло. «Не сопротивляйся. Холодно», — сказал он.


«Бесполезно это раз, разозлит это два». Даже не знаю, чем руководствовалась с надеждой, спросив. «Ты шутишь?» «Я бы хотел, чтобы все это было шуткой, правда», — тихо ответил он.


«Но ты сводишь меня с ума даже в нормальном состоянии. Я могу предсказать со стопроцентной вероятностью, что под воздействием Каю начну проламывать стены на пути к тебе».


«Не всегда справедливо». И так же, не меняя тона, вдруг спросил, «Что будет, если я тебя сейчас поцелую?» Недоуменно глянув на него, ответила, «У меня есть нож, вилка, бутылка и теоретически выданный тобой кинжал». «Значит, нет». Сделал вывод он.


«Тогда пошли спать. Завтра будет совершенно безумный день». Недоумения стало только больше, но я все же спросила. «А как же спрашивай?» «Мы оба явно переоцениваем мое благородство, рассудительность и прочие положительные личностные качества».


Усмехнулся Сахир, поднимаясь. «Лея, спать. Иначе нас двоих ждёт долго и совместно, и не спать. И это сейчас тоже не было шуткой».


К себе я ушла с бутылкой воды, но в итоге, осмотрев спальню, обнаружила маленький холодильник, забитый водой из Гайеры, едой из Гайеры, сухпайками с моей родины,


И даже спецпайками для кадетов С-класса, находящихся на задании. Пайки, судя по маркировке, утащили с нашего корабля. И вот это напрягало.


Около часа потратила на попытки достучаться до наших. Передатчик глох и отказывался работать. И это тоже напрягало. Теоретически я знала, что он должен в любом случае мигать зелёным на карте управления, демонстрируя, что я жива. И, собственно, мигающий зелёным огонёк сменит


не мигающий красный, демонстрирующий последнюю точку, в которой я находилась в случае, если меня убьют или передатчик снимут.


Утешившись тем, что, по крайней мере, Гэс, Сейли и Ассы в курсе, что я жива, я сняла мундир и отправилась в душ. У местной воды странными мне показался как привкус, так и запах.


Причём запах не затмевало даже моющее средство, невольно мысленно поблагодарило тень за заботу и привезённую им воду.


Едва ли я смогла бы пить эту. Сон провалилась, стоило только лечь, день был дико изматывающий, но и сон спокойствия не принес. Я интуитивно ощущала опасность, вздрагивала и просыпалась,


Засыпала снова и вскакивала, словно слыша крики вдали. Не знаю, в какой момент рядом раздалось скорбное «Да чего ж ты впечатлительная!»


И я вырубилась, уже ничего не слыша и ничего не боясь. Проснулась от того, что рука, крепко прижимающая меня к телу, даже не буду угадать кого,


Резко дёрнулась, следом сонный голос хрипло ответил кому-то. «Эна, сэра». Я это даже перевести не смогла. Сахир же развернул меня, уложив на спину.


убедился в том, что я уже проснулась, весело подмигнул и, сообщив «собирайся, позавтракаем на месте», поднялся и ушел, продолжая разговор на явно каком-то местном наречии,


которым я лично не поняла ни слова. Пару секунд приходила в себя, потом, резко поднявшись, ушла в душ, запоздала, вспомнив о запахе воды.


Сильно удивилась, обнаружив, что сегодня запах стал явно менее выражен. Или я начинаю привыкать? «Лея, три минуты!» — раздалось, когда сушила волосы.


Бросив это неблагодарное дело, собрала ещё влажные волосы в пучок на затылке, выйдя из ванной, отправилась к шкафу. Откровенно понервничала, обнаружив, что ни моего костюма,


«А как на Энерийском можно послать очень, очень, очень далеко?» Мрачно поинтересовалась я. Застегивая манжеты черные, как ночь рубашки, Тянь усмехнулся и ответил.


«Поверь, тебе очень не понравится результат, но мы всегда можем вернуться в постель, если хочешь». Молча надела плащ и взяла перчатки. «Надевай перчатки». Тихону как-то угрожающе потребовал Сахир. «Это привычка, которую тебе следует отработать до автоматизма».


«Если ты не хочешь ежедневно видеть, как я убиваю посягнувших на тебя мужчин».


Когда пролетели лес, окружающий резиденцию тени, я осторожно спросила, «А кто еще может прилетать на территорию твоего дома?» Я спокойно последовал ответ.


«И?» — задала наводящий вопрос. «Только я», — конкретизировал Сахил. «Любой флайт, в котором нет меня, система защиты уничтожит на подлете к первой линии ограждений».


«Радикально», — вынуждена была признать я. «Оправданно», — парировал он и без перехода произнёс.


«Я говорил, что имею право спать с любой из женщин, работающих на меня». Искосо посмотрев на третьего правителя этого мира, осторожно напомнила. «Ты говорил, что спишь с ними?» Слегка преувеличил, даже не покраснел он. «У меня есть право, оно неоспоримо».


«Таким образом, любая из работающих на меня женщин находится фактически под моей защитой». Помолчал и добавил. «Но не ты». «В смысле не я?» — переспросила, ощущая под всем этим очень нехилую подоплеку в рейтанском стиле.


И интуиция не подвела. «А ты», снижая флайт у тех трех дворцов, которые мы проезжали вчера с Сахиром Нейта, едва сдерживая улыбку, произнес «Тень».


«Просто моя женщина», — возмущенно развела руками, выражая этим «Да какого дерсенга?» «Ты с утра такая агрессивная, пока не поешь».


Сокрушенно протянул Сахир, уже открыто и издевательски улыбаясь. Несмотря на довольно мягкую посадку, настроение все равно было «дать в рожу». Я даже знаю конкретно в какую.


На миг у меня возникла идея о побеге прямо здесь и сейчас. Но стоило обернуться, и я увидела, как флайт блокировала охрана. Выходы с площадки также, и глаза у всех присутствующих были ярко-алые. Маловменяемые, откровенно говоря.


И, возможно, я бы временно вывела из строя одного-двух, но не пятнадцать сахиров. Пришлось, гордо подняв голову, последовать за сахиром Нейта.


На Рейтане наличествовал свой особый стиль обустройства зданий. Они имели довольно небольшие входы, коридоры, простреливаемые насквозь встроенной и торчащей дулами огнестрельного оружия системой.


Зеркала, за которыми я заподозрила также наличие и камер, и оружия, и повсеместно багряными коврами из довольно странной, но, как я понимаю, великолепно впитывающей ткани.


На ней следов крови не было видно, на стенах в паре мест имелись. И вот это всё, как я понимаю, Министерство внутренних дел Рейтана.


«Конечно, мы зашли не из главного входа, но всё же. Кровь в Министерстве внутренних дел. Система охраны золотого запаса Гаэра выглядела менее опасна».


«Точно знаю, я там бывала неоднократно». В этот момент из-за поворота показался неизвестный мне Сахир, поклонился и произнёс.


И я, в принципе, надеялась, что меня проведут к нему самому, но, к моему искреннему удивлению, Сахир Нейта открыл двустворчатую дверь за шесть поворотов от входа и отступил, пропуская меня вперёд. Это оказался зал, в котором сидения были устроены по типу амфитеатра, и вмещал он в себя не менее тысячи человек.


Сахир Нейта впустил меня в боковые двери, так что я прошла по проходу под прицелом взглядов всех служащих.


одновременно заметив, что моё восшествие транслируется по огромному экрану, перед которым без трибуны или ещё чего-либо стоял тень в своём неизменном чёрном одеянии.


Сахир, удостоверившись, что меня рассмотрели все его сотрудники, выдал эпичное. «Моя женщина. Рассмотрели, запомнили, исчезли. Даггер и Эшвер в мой кабинет». И вся толпа, поднявшись, поклонилась для начала тени следом мне, так же низко, как и ему,


А после покинула зал, организованно, без шума и через различные выходы так, что вообще никто мимо меня не прошёл. Мой очень вопросительный взгляд тень проигнорировал полностью.


«Кто пустил этого Эркая в мою приемную?» — возмутился Тень.


потому что следом охранники выкинули двух, вероятно, монахов. Я видела подобное одеяние в одном из мультфильмов, продемонстрированных мне Сахиром».


Одеяния были серо-призрачно-оранжевыми, а прически судить было сложно, потому что монахов вышвырнули стремительно».


Причем у последнего на голове был, кажется, торт. «А разве так можно поступать с представителями религии?» — потрясенно спросила я. «С представителями религии, нарушившими закон, да».


«Снисходительно пояснил, как ребенку Сахир. Закон, который вы тут только что придумали, напомнила я. Незнание законов не освобождает от ответственности».


Величественно ответили мне. Глянула на тень, в его глазах плясали смешинки, но лицо было абсолютно серьёзным и даже основательно надменным. И в принципе я понимала, почему. Свет, не глядя, перешагивая через своих стонущих на полу сторонников, решительно направился к нам.


стиснув рукоять меча так, что его пальцы побелели. Но еще до того, как он успел подойти, тень очень угрожающе произнес. «Рядом со мной женщина».


При изучении культуры и языка рейтаны я не заметила каких-то особых поведенческих условностей по отношению к женщинам, но, судя по всему, они были.


Сахир свет приблизился на расстояние пяти шагов, остановился с каменным выражением лица и произнес. «Вы слишком вольно обращаетесь с законами, тень».


«Всегда отличался ревностным отношением к своим обязанностям», — так же холодно и спокойно ответил Сахир, едва ощутимо поглаживая мою ладонь большим пальцем. «От таких жестов невольно начинаешь чувствовать себя соучастницей преступления как минимум и пособницей как максимум».


«А потому, когда Свет обратился ко мне, я невольно попыталась высвободить руку, но кто бы мне позволил». «Мисс Лея Карпнер, как я полагаю?» — выпросил Свет.


Приветственно поклониться мне не дали тоже. Более того, тень издевательски поправил света, сообщив «Сахтини Арнар».


Он допустил палузу, в течение которой свет откровенно испепелял его взглядом и добавил.


«Исключительно из чувства заботы о вашем здоровье я счел долгом обозначить статус моей женщины до того, как вы опрометчиво попытаетесь претендовать на нее».


Свет, помолчав, произнес очень странное. «Да, вы крайне ревностно относитесь к своим обязанностям, тень. Я бы даже сказал чрезмерно, но усмешка и ядовитая».


Я был готов к чему-то подобному. И не глядя больше на продолжающего удерживать меня Сахира, Свет обратился ко мне с вопросом. «Капитан Лея Картнер».


«Вам требуется дипломатическая неприкосновенность?» Я ощутила, как напрягся тень, как сжалась его ладонь, недвусмысленно давая понять. «Не отпустит, ни за что не отпустит».


И я хорошо помнила предупреждение Риантана Картера, но при всём этом я только что видела, как тот, к защите которого мне рекомендовали обратиться, шёл к нам, переступая через своих людей. И для меня это было дикостью. Представить себе, что полиглот, багор или даже Иссенхай —


Вот так вот спокойно переступая через своих корчащихся на полу сотрудников просто невозможно. И в то же время вопрос, что я знаю о тени.


Что было притворством в его отношении ко мне, что расчётом, а что правдой. «Выбор, Лея, нужно делать выбор. Ещё бы знать, какой выбор будет верным».


«Три удара ускорено забившегося сердца. Воспоминания о предательстве Гилбина, которому я так доверяла».


Все слова Сахира. Угроза отнять передатчик, сообщение о Гаракхай, перед тем, как ему вкололи средства с экстрактом каю,


Взгляд на монаха, сейчас пытающегося подняться и стирающего с головы и лица остатки чего-то беловоздушного, тёплая рука Сахира, сжимающая мою руку.


«Нет», — едва слышно проговорила я. «Благодарю вас не требуется. Сахер-тень полностью обеспечивает мою безопасность». И ощущение, что прыгнуло с головой в умут, мгновенно поглотивший меня.


Жуткое ощущение. Лицо света сохранило столь же каменное выражение, но глаза... Я внезапно поняла, что он в линзах.


«Что ж», — медленно произнес Свет, — «в таком случае желаю вам достойно пережить плохие ночи». Когда он развернулся и ушел, я ощутила безумное желание броситься за ним следом, но меня остановило то, что Свет...


Даже не взглянул ни на кого из своих. Приказ о том, чтобы людям оказали помощь, отдал тень».


Он же окликнул стражников, приблизившихся к монаху в торте, и те, явно забывшие о правилах техбезопасности, тут же активировали маски и защитные скафандры. Что бы то ни было в условном торте, к безвредным веществам оно явно не относилось.


И лишь только после того, как появились медики, а белую воздушную хрень отскоблили с монаха со всем чаянием и унесли в спецконтейнере, мы уже только с Сахиром покинули коридор, путем не для всех пройдя в его кабинет.


Он отпустил мою ладонь только там, и, пользуясь тем, что обо мне, кажется, совершенно забыли, я подошла к панорамному окну.


Отсюда открывался вид на основную часть данного дворца и нехилый, на два близпостроенных. Невольно заметила фигуру света, которая, сбежав вниз по ступеням, запрыгнул в свой флайт и стартовал также отвесной вверх,


как это делал тень. Похоже, несмотря на небольшие внешние различия, между этими двумя было много общего. «И глюченный сканер. Надеюсь, я не ошиблась с выбором».


«Могу организовать связь с твоим руководством, но вечером и под моим контролем. И всё же, что с подарком? Ты его заслужила, правда».


«Чем это?» — мрачно поинтересовалась я. Тень улыбнулся, и это была очень загадочная улыбка.


Ещё, пожалуй, немного коварное, но развивать тему Сахир не стал. Плавно крутанувшись в кресле, он вернулся к прерванному диалогу с кем-то, кто сообщал о волнениях на севере планеты.


Я же, так как никаких распоряжений с его стороны не было, принялась рассматривать кабинет фактического министра внутренних дел.


Разница была в том, что этот конкретный министр имел, ко всему прочему, явно неограниченную власть. Мне было крайне интересно, какие функции в таком случае выполняет сам Герхарна Герц. Нет, правда, очень интересно. И я медленно отправилась гулять по помещению...


представляющему собой по форме равнобедренный треугольник с закругленными концами, в остром углу которого были двери.


«То есть Багор не знал, к кому меня отправляет?» «Единственное, к чему у меня не было вопросов, так это к причинам его обращения к пиратам». «Все объясняла сказанная накануне фраза. Я привлекал многих, включая спецов свободного братства. Результат нулевой». «Имя не то, чтобы моё».


Завершив переговоры и набирая кого-то следующего, сообщил Сахир. «Как это?» — не поняла я. «Арнгейт» переводится как «тень», «старый и нерейский».


«Сатарт, рождённый на крови, означает, что моя мась на момент моего зачатия не принадлежала отцу, он отобрал её кровью».


Арнар — родовое имя. После чего сам тень вновь связался с кем-то, и язык их общения вновь же едва ли был мне понятен. Я улавливала только общие слова плеями, традиции, дети, запрет, закон и общий тон разговора.


Сахир, судя по всему, был в бешенстве, но это не помешало ему, едва в кабинет вошла женщина, не глядя на неё приказать мне. «Следуй за Кейри».


Софтине Кейри, к которой следовало обращаться как к Сае Кейри, что указывало на ее гораздо более низкое, чем у меня положение,


«Была одета, в отличие от меня, в платье. Длинная, багрово-алая, но более темного оттенка, чем мой плащ. На ее руках были тонкие перчатки, но едва ли ей попытались бы вручить что-либо».


Мужчины склоняли головы при нашем появлении, не смея даже смотреть на женщину. Мне вот правда доставалось. Украдкой, но смотрели все. «Служба в департаменте тени — самая престижная на Рейтани».


Едва мы свернули в лифт, гордо сообщила мне Саи Кири. «Конкурс, 12 тысяч человек на место!» Она обернулась, удовлетворилась моим нескрываемым удивлением и, вновь повернувшись ко мне спиной, продолжила.


«Простите, а сколько часов в сутках на Рейтане?» «26», — последовал ответ.


Лифт прибыл на нужный этаж. Я определила его как шестой сверху, при том, что само здание было пятиэтажным, а кабинет Сахиры располагался явно не на самом верхнем из этажей, так что фактически мы были сейчас на втором подземном уровне.


«Ваш кабинет оборудовали сегодня», — выходя из лифта и жестом предлагая следовать за собой, произнесла Саи Кейри. «В смысле, оба ваших кабинета?»


«Один расположен наверху и примыкает непосредственно к кабинету нашего господина. В нем вы будете находиться во время присутствия Сахира Арнгейда в департаменте».


И второй, значительно более охраняемый, здесь. «Подвале», мысленно обозначила для себя. Здесь было на удивление светло.


Яркий свет под потолком, освещение, встроенное над полом, по стенам, редкие встречные в основном женщины, каждая из которых уважительно кланялась мне, я старалась отвечать тем же, и стеклянные двери, ведущие в кабинеты. Просматривался каждый чуть ли не насквозь. Не только просматривался.


Мне хватило знаний, чтобы определить в прозрачных дверях бронированное стекло. Толстое бронированное стекло.


«Более того, это была единственная дверь, перед которой сидели две собаки, огромные и очень напоминающие тех, что храняли дом самого Сахира. В ваш кабинет имеем право заходить я».


как ваш непосредственный начальник и руководитель языковой службы, Саи Ниар, мой секретарь, и Саи Арана, мой второй секретарь.


Ваш уровень доступа к внутренней информации нашего отдела неограниченный. Внешний ограничен исключительно до связи с самим Сахиром. Если вы пожелаете внести изменения в интерьер,


С одной стороны, я номинально ваш начальник, с другой, вы женщина моего господина, следовательно, находитесь гораздо выше по положению, исходя из социального устройства рейтана.


Выпрямившись, я всё же позволила себе замечание. «Всего лишь женщина это несколько оскорбительно как для меня, так и для моего положения на рейтане, и едва ли ставит меня на какую-либо ступень социума».


Саекири посмотрела на меня с очень странным выражением ярко-синих глаз истинной Энерейки и осторожно заметила. «Сахтини — это женщина своего господина»,


«Это очень значимое положение для любой из женщин, Сахтинелия. Мне многое известно о Гаэре, и я подозреваю, что вы несколько путаете свое положение с положением любимицы, любовницы». Она произнесла последние два слова на гаэрском.


Затем, передернув плечами, продолжила. «В любом случае попробую объяснить».


Женой Нарейтани называют ту женщину, что сумела родить трех сыновей, и все эти сыновья смогли дожить до возраста сознательности, это статус которого нелегко достичь с Ахтенелея.


И это очень почетный статус. Что касается вашего нынешнего, то по меркам Гаэры вы фактически жена Сахира Арнара.


Я могла бы сделать вид, что приняла эту информацию с достоинством и выдержкой, но это было бы ложью.


Не попрощавшись с Сайей Керри даже поклоном, я прошла в свой подземный кабинет и рухнула на белый, ещё пахнущий новой кожей диван. Меня и два ноги держали.


Точнее, будем откровенны, не держали вовсе. Напротив меня на стене имелся ковер, отражающий сцену, в которой размытая толпа мужиков танцевала вокруг дерева, и я так понимаю, что этим деревом были Ка-Э.


Но затем ковер мигнул изображением Сахира, на меня внимательно посмотрели Багрова синими глазами, и кое-кто лениво поинтересовался. «Злишься?» «Я тебя убью», — сообщила совершенно искренне. «Уже сел писать завещание», — издевательски ответил он.


«Тебе сколько домов завещать? Все или пяти хватит?» Медленно оглядела свой кабинет в поисках, чем бы запустить как минимум в экран, а максимуме я подумаю позже. Проследивший за моим мечущимся взглядом Сахир,


«Если б я знал, что ты наплюешь на предупреждение Риантана Картара и не впечатлишься героической гибелью Гаракхай...»


«Не стал бы столь стремительно менять твой статус с работника на спутницу жизни».


Синь поправил воротник, тяжело вздохнул и сказал. «Я опасался, что ты воспользуешься помощью света и перестраховался. Как выяснилось, напрасно. Так что с меня подарок за то, что сомневался в тебе».


«С тебя упорная работа на благо Гаэры. Как видишь, наше соглашение в действии». И он отключился, оставив меня в полной растерянности. Посидев еще немного на диване,


Я поднялась, прошла, села за стол, такой же белый, как и практически всё здесь, и сильно удивилась, обнаружив собственный сейер. Мой сейер. Первое, что я попыталась сделать, связаться с полиглотом.


И просто дышать перестала, когда шеф ответил практически мгновенно «да». А я не смогла сказать ни слова. Шеф был в больнице.


Он ответил на мой вызов, видимо, поставив входящий от меня в приоритет, но сам он находился в палате. Я видела капельницы, датчики, трубки, подключенные отслеживающие биение сердца аппаратуру.


«Шеф!» — прошептала растерянно. «Всё в норме, подлатая, отвернусь на службу», — бодро соврал полиглот. «Всё в норме не было. То, что в норме, лечат геликсом за четверть часа».


В худшем случае за сутки. В госпиталь попадают те, кому Геликс уже не поможет, потому что Геликс, как бы ни был совершенен, восстанавливает тело за счет внутренних ресурсов человека. «Так, не смей молчать!» — прорычал вдруг шеф.


«У меня на режиме приоритета жена, министр инопланетных дел и ты, так что я слушаю». Я попыталась, но у меня словно вообще голос пропал. «Так», — начал заметно нервничать полиглот.


«Хорошо, начну с того, что знаю я. Первое, Багор связал тебя ни с тем и ни рейцем». «Знаю», — прошептала едва слышно. Шеф просто мрачно кивнул и продолжил.


«Рейтан представил нам доказательства причастности Гилбина к убийству их подданного».


а также предложил пенсию на содержание его жены и детей. Скажу сразу, я не был в восторге, но министр решил, что постфактум ругаться смысла нет. Гайра приняла извинения и компенсацию.


«Со мной всё хорошо». «Насколько хорошо?» — требовательно спросил шеф. «Без каких-либо повреждений», — отрапортовала я. Полиглот взвыл.


Сексуальных контактов не было, поспешила я успокоить полиглота. И не стала добавлять, что, судя по словам Сахира, они в дальнейшем планируются. Я вообще ничего не стала добавлять на эту тему, прекрасно понимая, что шеф будет переживать.


«Мы все ему как дети, а я так и вовсе была очень похожа на его погибшую дочь, так что за меня шеф всегда переживал немного больше, и я просто очень надеюсь, что он сейчас в больнице не из-за меня». Полиглот обессиленно откинулся на подушке, подышал, успокаиваясь и спросил.


«И не Рейтс, которым ты была на Гаэре. Кто он?» «Соправитель Рейтана. Арнгейт Саттарт Арнар. Его звание переводится как «тень».


«Мне так же не нравится, что Рейтан наотрез отказался тебя возвращать, никак это не мотивируя».


«Все, что мы получили, заверение в твоей безопасности». «Я в безопасности», — подтвердила данную информацию.


«И каков уровень безопасности?» — прямо спросил шеф. «Уровень хрен вытащишь». Мрачно охарактеризовала ситуацию. Полиглот посмотрел на меня так, что сходу стало ясно. Попыток меня вытащить никто не прекратит.


У Светы, вероятно, противоположная позиция. Задумчиво кинув шеф, хотел что-то сказать, но не стал. Обессиленный лежа на подушках, он, наконец, произнес. «Хорошо ли, работай?»


И отключился. Несколько минут после разговора я сидела, потеряно глядя на экран Сейра,


в основном предпочитая самостоятельно изучать язык предполагаемого места назначения. Собственно, за год мне предстояло создать гаэрско-энерейский словарь,


В любом случае минимальная база синапса — 10 000 слов. Их предстояло собрать, обозначить перевод, транскрипцию, значения, и, учитывая особенности языка Рейтана, работа предстояла адская.


И не нашла практически ничего. Мой тихий, отчаянный стон заставил сидящих за дверью псов поднять и поставить острые уши торчком. Мне это никак не помогло.


В какой-то момент заходила Саи Кейри с предложением пообедать с девочками и отказалась. Ей с ней хотелось совершенно...


Хотелось биться головой о стол, долго старательный со вкусом. Я сидела над разграфленной базой для синапса и, поминая все интимные позы между навигатором и плазмой,


Вносило шестьдесят восьмой перевод слова «яйцо». Обычное яйцо, обычное треклятое птичье яйцо. На иенерейском у него было шестьдесят восемь названий.


«Мы не можем позволить себе прислать на рейтан дополнительных специалистов твоего уровня». «Знаю», — тихо сказала я. «Действительно знала. Рискнуть одним переводчиком управления ещё могло, двумя уже нет».


Я постараюсь пробить возможности прибытия на рейтан командой из стандартных специалистов, но на данный момент Герхорна Герц ясно дал понять, что подобное не встретит положительных эмоций с его стороны.


То есть нашим могут просто поотрезать головы в порыве плохого настроения, а потом выплатить компенсации семьям. Прецедент уже есть.


Подумав немного, предложила другой вариант. «Я напишу программу для сканера. Основываясь на моих занятиях с командой в полёте, можно будет прогнать по спецам для более качественного отбора и подготовить людей, с которыми я смогу работать на расстоянии». «Проблематично», — честно призналась Барб.


Используя тонаркские технологии психолингвистического программирования, Гилбин напрочь заблокировал у ребят долгосрочную память.


«Знаешь, с огромным удовольствием пересмотрела запись его гибели раз сто. И, в принципе, это лучшее видео на ночь». А я понимала её ярость. Он загубил жизни двенадцати человек.


12 прекрасных специалистов с превосходными данными. И это даже был не С-класс, то есть у них у всех были семьи, жены, мужья, дети. А есть шанс, даже договорить не смогла.


И вдруг довольно жестко спросил «Что тебя так расстроило?» Мотнула головой, не желая отвечать, да и особо говорить не желая тоже. Я была безумно подавлена известием о загубленных жизнях, просто загубленных, и ради чего?


«Лея!» пропустила момент, когда Сахир обнял, притянув к себе. Сама удивилась собственной реакции, едва прижалась к нему, спрятав лицо на широкой груди.


Отстраняться не хотелось. Не хотелось отходить в сторону, хотелось стоять вот так, чувствуя его силу и тепло. Капитан Эринс назвала бы это инстинктивным поиском эмоциональной поддержки. Или как-нибудь ещё. Но нюансы едва ли имели сейчас для меня какое-либо значение.


За свою слабость было стыдно, но чувство неловкости на фоне осознания трагедии было мимолетным. Сохранив всю информацию, еще и на серии,


Я прошла вслед за Сахиром к ожидавшему нас служащему. Едва ли я запомнила дорогу по департаменту внутренних дел и остановилась как от толчка, как только мы вышли в риетанскую ночь, следуя на стоянку автомобилей.


В воздухе разливалось чувство опасности. Опасность унесло из-за каждого куста, из-за стен, оттереющихся в сумраке деревьев. Привкус смерти горчил на губах.


Я застыла на пороге служебного выхода департамента, неосознанно активируя подаренный Сахиром кинжал и краем зрения отметив, как мгновенно изменился Сахир Нейта.


Пожилой нереец? Не в этой жизни. В один миг мужчина распрямился, плечи стали заметно шире, настолько, что затрещал его мундир. В правой руке сверкнув, появился меч, левую он протянул мне.


«Сахтини» — начал было спокойным тоном, в котором едва ли читалась настороженность.


Но я её чувствовала в любом случае, а потому оборвала Сахиры простым. «Да, я ощущаю опасность. Засада?» «Возможно», — заметно удивившись моей реакции, но даже не обернувшись, произнёс Сахир Нейта.


Что сильно удивило меня, он не предлагал вернуться, при том, что выход был открыт.


Я осталась стоять на месте просто потому, что каков процент вероятности того, что этого приказа ожидали нападающие, процентов двести, не меньше.


Вспыхнувшая алая сеть, мгновенно взвывшая сирена здания, сеть с моим плащом, рванувшая ответственно вверх, унося свою добычу.


«Как видите, это была плохая идея», — с невеселой усмешкой сказала я потрясенному Энерийцу.


А в следующее мгновение оказалось сжато до хруста костей. Не ударило кинжалом исключительно по одной причине. И объятия были знакомые, и запах, в особенности руки.


Объятия были краткими, после чего на меня был наброшен мундир Сахира, а сам он набросился на окружающую и уже заполненную охраной территорию. За несколько минут они причесали всё,


А я впервые увидела, что образное на Гайере выражение «рыть землю» на Рейтане, оказывается, имеет буквальное значение. Землю вскопали в нескольких местах и оттуда достали частично живых охранников, частично неживых.


Ощущение тепла его ладони на моём лице было таким, что я с трудом удержалась от того, чтобы не прильнуть щекой сильнее к его руке. Но сдержалась, естественно, и негромко спросила. «А ты?» «Закончи дела и вернусь. Ужин принесут к тебе».


Сахтиньи Лея, голос служанки вырвал меня из состояния полудремы, в котором я пребывала уже, вероятно, около получаса. Поднявшись к себе, я набрала полную ванну воды,


Залила в воду, которая продолжала тревожно пахнуть в лакон мятного масла, вставила наушники от сейра и отмокала, загрузив собственный мозг, повторением всего систематизированного и выученного сегодня.


а потому ее робкий зов услышала не сразу. «Сахти не лея!» — уже чуть ли не кричала она, что, собственно, стало очевидным мне, едва я извлекла наушники. Торопливо выбравшись из ванной, я закуталась в халат,


Вышла и посмотрела на стоящую в дверях моей спальни женщину, которая являлась бабушкой той маленькой девочки. Быстро, глядя в комнату, поняла, что ужин мне уже принесли.


«Омлет. К слову, надеюсь, яйца были птичьи. Но не суть. Суть в том, что появление женщины явно не относилось к ужину». «Что-то случилось?» — мягко спросила я.


Женщина опустила взгляд, принялась нервно мять правый рукав, а затем произнесла.


Прибыла сахтение станир и напряженный из-под лобья взгляд на меня. Несколько недоуменно посмотрела в ответ, просто не понимая, в чем сложность момента и чего хотят от меня. Женщина, осознав, что я не понимаю, нервно пояснила.


«Вы — Сахтини Арнар, но она — Сахтини Тейнар, и мы — охрана». А затем, набравшись смелости, она практически взмолилась.


Переговорный пункт охраны находился в подвале дома. Помимо вошедших с манерой нас, там присутствовали еще шесть действительно сахиров, которые посмотрели на меня с неожиданной...


«Надежды?» — это сильно удивило. Один из мужчин склонил голову, приветствуя меня, и, вырубив связь, видимо, с внешним переговорным пунктом, произнес.


Я думаю, Сейли Эринс высоко оценила бы как внешний вид местной жительницы, так и глубокого цвета сине-фиолетовые глаза, возмущенно сложенные на груди руки, которые выглядели изящно и утонченно даже в перчатках, и надменный взгляд, которым представительница планеты окинула меня —


Нарейтане демонстрируемое презрение являлось неприкрытым оскорблением. Я посмотрела на Сахира, заговорившего со мной, и, насколько я понимаю, главного здесь и поинтересовалась. «А это вообще что?» — унизив Энерейку на порядок значительнее, нежели она меня.


Выражением «это» Ния фактически обезличила ее, не признав за ней даже принадлежности женскому полу. Сахир, начальник охраны, пассаж определенно оценил —


С большим трудом сдержав улыбку и пока светловолосая девица хлопала ресницами и стояла с открытым ртом, пояснил. «Это нечто, пытающееся проникнуть на территорию дома Сахира Арнара с формулировкой «Меня ожидают».


Вопрос либо придется решать мне, либо у меня же спрашивают разрешение связаться с тенью, учитывая, что практически только что было нападение на его департамент, которое Сахир в данный момент явно расследует,


«Эхарти» — в зависимости от интонации переводилась внушительным спектром слов и выражений от, собственно, «милочка» до «милашка», «любезнейшая шлюшка», «подстилка», «тварь недостойная беседы». Судя по интонации светловолосой нерейки, меня только что назвали «подстилкой».


«Неприятно, конечно, но не смертельно, переживу». «Нет», — ответила, спокойно глядя на девушку. «Мне неизвестно, кто вы, и я также сильно сомневаюсь, что сотрудникам пункта внешней охраны известно, кто вы такая».


«Нет». Девушка подобная возмутила, и она, срываясь на виску, заорала. «Да что вы себе позволяете? Я дочь Сахиры Тейнара».


пытающиеся проникнуть на объект повышенной охраны с формулировкой «меня ожидают». На меня шокировано уставились с таким выражением лица, словно я только что вылила ведро жидкого азота на сахтине.


Она даже не мигала теперь. Я же продолжила. «Это не кодовое слово, не пароль, не пропуск, не соответствующее разрешение».


«Уставом Гаэры ваши действия характеризуются как попытка незаконного вторжения на особо охраняемый объект. По законам моего государства».


«За подобное правонарушение полагается лишение свободы сроком от 24 месяцев до 5 лет». И взглянув на стоящего рядом со мной главу охраны, я поинтересовалась. «Что говорит по этому поводу законодательство Рейтана?» Он не был уверен, что ему следовало отвечать на данный вопрос, но всё же ответил.


Учитывая уровень охраняемого объекта, преступление квалифицируется как особо тяжкое и карается смертью. В пункте внешней охраны раздался перепуганный вскрик.


Мы едва ли обращали на него внимание, так как Сахир продолжил. «Данный же случай можно квалифицировать как попытку проникновения по предварительному сговору».


Сайя сама назвала имя своего вероятного сообщника, или же как попытку незаконного проникновения с целью кражи и распространения сведений, касающихся Сахира Арнара и являющихся государственной тайной. Таким образом, приговор может быть исполнен без суда и следственных мер.


Истеричный вопль и нерейка, нарушив собственное заверение в том, что не сойдет с места, рванула прочь из помещения внешней охраны и отразилась на камере, убегающей в ночь,


дёрганной и далёкой от изящества фигурой. Мы все молча сопроводили взглядом её стремительное отступление, после чего я невозмутимо произнесла «Перево».


«Пожалуй, и мне пора». «Спасибо». Глухо, но абсолютно искренне поблагодарил Сахир. Просто кивнув в ответ, я направилась вслед за благоговейно оглядывающейся на меня служащей. Спать хотелось зверски.


А вот есть омлет из сомнительных яиц не хотелось совершенно. Так что, захватив пакет спецпайка из холодильника,


На кухне никого не обнаружилось. Выбросив омлет в мусорку, я сложила грязную посуду в углу, не обнаружив приспособлений для её мытья.


и уже собиралась выходить, когда сработала сирена. В один миг я трансформировала ибонитовый браслет в кинжал,


Постучавшись, вошла в пункт управления охраной. На меня едва ли взглянули. Трое присутствующих здесь сахиров напряженно следили за камерами. Два взрыва по внешнему периметру не повредили его никак.


В любом случае первый периметр устоял, а он наименее крепкий из пяти. То есть стен вокруг дома даже не три, а пять. Внушает уважение.


Попрощавшись с охраной во второй раз уже, я поднялась к себе, еще раз сходила в душ, вернувшись, свалилась в кровать и была уверена, что засну в то же мгновение.


Но сон не шёл. Ощущение надвигающейся угрозы давило, не позволяло расслабиться, не давало хотя бы просто отключиться.


Проснулась, как от удара, едва он встал, и услышала в темноте насмешливое «Лея, ты хуже ребёнка». Тень вернулся на кровать, вновь обнял меня и


прижав лицом к своей обнаженной груди. И я так поняла, что в этом положении мы и спали весь остаток ночи. «Это несколько неприлично. Все же нашла я в себе силы заметить очевидное».


«Даже не начинай. Поверь, я в этой ситуации у гораздо большей степени жертву, чем ты». Все с той же издевкой, произнес он, осторожно погладив по волосам.


Капитан Лея Картнер в очередной раз подумал о том, что всё это крайне неприлично и не сдвинулось с места. «Ты у меня умница, ты знаешь?» — вдруг спросил Сахир.


«Я же сказал, ты у меня умница, а у неё действительно не было с собой никаких удостоверяющих личность документов». Приподнявшись на локте, с сомнением посмотрела на Арнара. Смотреть на него в темноте было очень удобно. Светящиеся глаза чётко указывали, куда, собственно, смотреть нужно.


«Действительно, дочь?» – переспросила с сомнением. «Действительно, младшая дочь», – совершенно серьезно подтвердил Сахир.


И продолжил в своём иронично насмешливом тоне. «Милая, кстати, девочка. Слук из её дома пачками выносит». «Я как лежала, так и осталось лежать».


«И с какой целью она пыталась прорваться в твой дом?» «Наш дом», — поднеся моё прядь волос к губам и поцеловав, тихо, но очень отчётливо произнёс Сахир.


И все это он проделал, пристально глядя в мои глаза. Я молча отобрала волосы. Он осмехнулся и уже серьезно продолжил. «Причина очевидна — это ты».


«Как думаешь, каковы были бы у тебя шансы выжить в противостоянии с Гаракхаем?» И он легко разместил меня на себе, откинулся на подушку и, положив руку за голову, принялся демонстративно ожидать от меня ответа.


Ответа не было. Я потрясённо спросила. «Она Гаракхай?» «Я полагаю, что да», — спокойно произнёс Тень. «В любом случае, из девяти дочерей она такая единственная».


О чём думал Тень, я не знала, но его рука по-хозяйски обосновалась у меня на спине, и теперь он гладил не только волосы.


Традиционная священная сладость, с которой у нас принято встречать дорогих гостей.


«Вот и мне интересно». И он снова погладил то, что вообще право не имел трогать. «Руки!» — прошипела я. Беспрекословно вернул ладонь на спину и продолжил.


«Интуиция — прекрасная штука, ты знаешь?» «Это я знала, да». Сахир же продолжил. «С самого первого взгляда так и понял, что за тобой нужно приглядывать».


«Ты сказал, что мне лучше его не знать», — вспомнила в итоге. «Видишь, я вообще никогда тебе не лгал». В полумраке сверкнула его довольная улыбка. Но на этом игры закончились. «Сможешь без меня поспать?»


Как ни паршиво было в этом признаваться, но... «Не уверена», — тихо сказала я. «Плохо», — серьезно констатировал Сахир.


«У тебя смена климата и обстановки часового режима. Ты работаешь как проклятая. Серьёзно, даже я впечатлён. И при этом два часа сна за ночь. Леет и свалишься». Я промолчала, в очередной раз подумав о том, что полу-лежу на полуобнажённом представителе Рейтана и отпускать его не хочется.


«Снотворное?» — спросил тень. «Не уверена в эффективности», — честно призналась ему. Сильная ладонь мягко спустилась опять на пониже спины, и Сахир коварным шепотом сообщил.


«У меня есть потрясающее снотворное средство. Знаешь, секс, в принципе, очень для здоровья полезен». «Руки!» — прошипела я.


Руки были убраны с тяжёлым скорбным вздохом, после чего меня уложили на подушку, и тень, поднимаясь, сказал «Спи, сейчас вернусь» и ушёл.


Спать без него, как я и опасалась, не вышло. Я лежала, нервно прислушиваясь к звукам в доме, и успокоилась только, когда Арнар вернулся.


Сахир устроился полусидя поверх покрывала, погладил меня по щеке, точно как ребёнка, и, подключившись к системе департамента, начал просматривать какие-то отчёты.


«А ты уже выспался?» — сонно зевнув, спросила я. «М-м-м?» — отозвался он, уже полностью погруженный в работу. И с некоторой задержкой, осознав мой вопрос, ответил, не отрываясь от тускло светящегося призрачного экрана.


«Эс, Сахир, нам, в принципе, двух часов сна достаточно. Спи, котёнок». Заснула минут через пять, придвинувшись ближе и ощущая тепло его тела.


Даже не хочу думать, что со мной, из чего такая реакция на эту планету и на этого мужчину. Но ночь измучила до такой степени, что я уже просто хотела...


Только спать. Проснулась, к сожалению, опять из-за того, что тень встал. Сонно зевнув потянулась, растягивая затекшие мышцы, и спросила.


«Работаю, конечно». Я села на кровать, изевая, и пытаюсь проснуться окончательно. «На Гаэре мне подберут команду, но...»


Так как тут я одна, то с фонетикой и транскрипцией работать придётся мне самой. Не уверена, что за год справлюсь.


«Учитывая происходящее, не уверен, что сумел бы обеспечить безопасность еще кому-либо помимо тебя». Отстраненно ответил Тень и ушел к себе.


В свете всего случившегося, боюсь, что он был прав. Посидев ещё немного, поднялась и ушла в душ. Наверное, окончательно я проснулась только там, устроив себе малоприятные контрастные обливания.


Когда вышла, вытирая влажные волосы, услышала крик Сахира. «Спускайся завтракать. Можешь прямо в полотенце, я тут один».


С подозрением, оглядев каждый угол в спальне, всё равно не нашла ни одной камеры и мрачно ушла переодеваться в ванну, надеясь, хоть тут камер нет. «Ванной двенадцать», — раздался голос откуда-то из-под потолка.


«Я, в принципе, не люблю ограничивать себя в любовании прекрасным». Застыв, как была, в смысле прижимая к себе только что снятое полотенце, потрясённо переспросила.


«Ты что, за мной подглядываешь?» «Естественно», — нагло ответил тень. «Я тебе даже больше скажу. Мы ещё и спим в одной постели. Лея, спускайся уже, твой кофе остывает».


Спустилась я полностью одетая, даже волосы собрала, а еще злая, как дерсенк в период линьки. Мой суровый вид вообще никого не впечатлил. Полуголый сахир занимался тем, что сурово бил яйца.


Разбивал в смысле. Перед ним на столе имелся весь набор из холодильника. И синие, и зелёные, и фиолетово-малиновые, и жёлтые, и голубые, и... в общем, все.


И вот эти все он разбивал в стакан, чётко отсчитывая, то есть, к примеру, фиолетовых разбил два, зелёных — три, синее — вообще одно. Это для голосовых связок, подходя к столу и садясь перед тарелкой с внушительным бутербродом из хлеба, зелени, сыра и ветчины, невинно поинтересовалась я.


«Нет, для потенции», — сурово отсчитывая и разбивая следующие яйца, ответил Тень. «Кофе там». И он мотнул головой в сторону плиты.


Сходила, забрала свою чашку, вернулась за стол и, продолжая наблюдать за разбиванием разноцветных средств для потенции, поинтересовалась ещё невиннее. «А у тебя с ней проблемы?» «С тех пор, как ты появилась в моей жизни, ещё какие?»


Сурово заверил Арнар, продолжая заниматься разбиванием яиц разной величины и окраски. Закончив с этим на полном стакане, насмешливо посмотрел на меня и сообщил.


«Это яд Лея, в приемлемом и вполне усвояемом белковом виде».


«Яд в малых количествах и вызывает привыкание у организма. В результате отравить меня становится делом крайне непростым и хлопотным». «И часто тебя пытаются отравить?» — с подозрением, глядя уже на свой завтрак, спросила я.


«Время от времени», — уклончиво ответил Сахир. «Вспомнила, что на Гаэре он готовил нам сам, и сейчас, в принципе, тоже, следовательно, правит довольно часто». «Через месяц-два начну я тебя приучать к ядам», — сообщил Тень.


«Естественно, не в таких дозах, и, вероятно, начнём не с яиц, но начнём». И быстро съев свой завтрак, Сахир покинул меня, уйдя собираться. За всеми этими откровениями я так и не высказала своё возмущение по поводу камер. Потом уже просто не успела.


После завтрака мы улетели на работу. Меня Сахир Арнар передал с рук на руки Сахиру Нейта и еще двум обнаружившимся женщинам,


с лицами, говорящими о преклонном возрасте, и телами тренированных бойцов. Ил ехал на всё том же лифте, причём, кажется, вниз. Сахир Нейта, едва тень нас покинул, низко поклонился...


«Картнер, как?» «Что как?» — не поняла я. Заместитель полиглота посидела, пристально глядя на меня, затем сдержанно сообщила. «Вчера, в течение часа после нашего разговора, Багор привёз человека в институт мозга».


«И не рейтся, Карпнер. Четверо наших сегодня вернулись на работу, остальные вернутся в течение недели. Мозг восстановлен полностью». Я, не успевшая сесть до нашего разговора, медленно опустилась на стул.


В голове прокручивались слова Сахиры о том, что медицина Рейтана на порядок выше Танаркской, как, впрочем, и технологии программирования сознания, но в то же время я просто понять не могла, как.


«Дело утрясал Багор», — продолжила Барбара. «Всю ответственность он взял на себя. Естественно, и нерейского спеца не допустили бы к специалистам С-класса».