Прокол мы закрыли достаточно быстро. Камнев, как и в прошлый раз, не дал жабам-недомеркам выйти из воды. Стоило нам появиться на берегу, как воин просто исчез в озере и через какое-то время вода пошла пузырями и позеленела.


Дмитрий явно не церемонился, стремясь побыстрее раздобыть ядро силы и закрыть прокол. Рябь обратного портала появилась спустя 15 минут с момента нашего прибытия.


А еще через минуту из озера вышел Камнев. Мне было жутко интересно, как воин решит проблему о транспортировке, но все оказалось до банального просто.


Дмитрий заключил все жемчужины в каменный валун и выкинул его на берег. «Ну а что ты хотел?» — хмыкнул Виш в ответ на мой удивленный взгляд. «Девятый ранг, как-никак, точнее, уже десятый».


«Почему же тогда мне так сильно досталось от каменных осколков лича?» «Поверь, Виш с интересом наблюдал, как валун, следуя по велению воина, рассыпается песком».


Если бы он тебя тогда не прикрывал, мы бы не вышли из того прокола. Ну а потом стало как-то не до разговоров.


Сначала я сортировал и убирал в инвентарь, принесенный Дмитрием жемчужины, их оказалось порядка трехсот.


Потом, вернувшись в зону отчуждения, дважды описал воину свой план. Ну а когда мы вернулись в портальный зал храма, события и вовсе закрутились. Первым делом смотритель незаметно сунул мне сложенный в несколько раз лист бумаги.


Затем дожидающийся нас Крысин повел меня и Камнева к князю, ну а в кабинете князя состоялся очередной неприятный разговор. «Опять ты, Огнев!» — князь так и излучал недовольство.


С тобой сплошные проблемы. Объяснять что-то человеку, у которого обо всем есть собственное мнение, да еще и власть, чтобы это мнение продавливать, бесполезно.


Поэтому все, что мне оставалось, прикинуться тупоголовым солдафоном. Как там, подчиненный перед лицом начальствующим должен иметь вид лихой и придурковатый, дабы разумением своим не смущать начальство?»


«Виноват, господин полковник. Исправлюсь, господин полковник». «А ты?» Михайлов перевел взгляд настоящего рядом со мной Камнева. «Ты понимаешь, что сделал?» «Никак нет, господин полковник. Камневу тоже было не впервой общаться с разгневанным начальством».


«Ты создал прецедент, майор!» — князь с силой жахнул кулаком по столу. «Теперь каждый новик и послушник будет всеми правдами и неправдами добиваться высшего исцеления».


«Тебе сказать, сколько оно стоит?» «Виноват, господин полковник». «Исполнял приказ, господин полковник». «Чей?»


Отвечать «ваш» в нашем положении было изощренным способом самоубийства. Поэтому Камнев сделал так, как мы с ним договаривались.


Наставник Крысин не внес Огнева в официальные списки храма. Пришлось это исправлять. Но по инструкции без прохождения изолятора допуск в стеле запрещен, господин полковник.


Огнев уже контактировал со Стеллой? Официально нет, господин полковник. Мы чуть ли не открытым текстом предлагали повесить всех собак на Крысина, и мне было очень интересно, какое решение примет князь.


«Крысин у меня свое получит», — откинувшись на спинку кресла, протянул Михайлов. «Но с тебя Камнев и тебя Огнев эта вины не снимает».


Князь сделал театральную паузу, давая нам время проникнуться и осознать всю глубину нашего проступка.


Поэтому мне пришлось пойти ва-банк. При всем уважении, господин полковник, дворяне не выполняют кое-какую работу. Стоило этим словам вырваться из моих уст, как на меня уставились три пары глаз.


«Князь Камнев и Виш синхронно повернулись ко мне. Я же никак не мог понять причину их удивления. Портальный смотритель прав».


Рано или поздно слухи о появлении родичей Пылаевых просочатся за пределы храма. Да что там, Крысин первым доложит Уваровам о произошедшем.


Поэтому тянуть не было смысла, и я планировал во всеуслышание заявить, что я Пылаев. Да, с вероятностью почти в 100% на меня начнется охота, ведь не случайно же был убит Алексей Николаевич.


Но других вариантов я не видел. Мне так или иначе нужно примкнуть к какому-нибудь роду,


поскольку еще слишком рано заявлять о том, что я пожарский. Так пусть уж лучше меня считают последним из Пылаевых, как говорится, дерево нужно прятать в лесу.


«Какой ты дворянин, Огнев!» — нахмурился князь. «Ты в нашем мире всего несколько дней».


«Дворянами не становятся», — высокопарно ответил я. «Ими рождаются, и не важно, в каком мире». Михайлов скривился, но и не подумал отступить.


«Не важно, что было в твоем мире, сынок. Я почувствовал, как невидимая сила наваливается мне на плечи и начинает вдавливать меня в пол. У нас свой табель о рангах».


В таком случае ненавижу, когда на меня пытаются давить. Запрашиваю официальное разбирательство данного инцидента. Пусть императорская канцелярия решит, кто понесет ответственность за махинации с храмовой стеллой. Ах ты! Князь аж задохнулся от возмущения.


«Вот как ты заговорил, щенок!» Князь медленно поднялся из-за стола, а невидимая тяжесть навалилась на меня с удвоенной силой. «Можешь забыть о досрочном выпуске!»


И любую агрессию в его адрес я буду воспринимать как вызов лично мне. «Зря вы это затеяли, конечно», — буркнул Виш. «Гораздо проще было бы сделать вид, что согласны на все его условия».


В словах фамильяра присутствовала определенная логика «вот только сейчас Виш был неправ и я это чувствовал».


Это одаренные добившиеся тем или иным образом привилегированного положения.


И не дай бог ты покажешь слабость, тебя сожрут и не заметят. Если раньше, будучи простым форточником, я мог позволить вести себя как обычный новик,


то сейчас, заявив права на фамилию Пылаев, резко сузил себе пространство для маневра. Да, перспектив у дворянина больше, но конкретно здесь и сейчас мне не оставалось ничего другого, как пойти с Михайловым на конфликт.


Ну а прав я или нет, покажет будущее. Главное, что внутри я абсолютно уверен, что поступил правильно.


«Я готов вести с вами дела», — я посмотрел князю в глаза. «Но на взаимовыгодных условиях». «Тут даже дурак поймет мой посыл».


Михайлов дураком определенно не был. Да, он заигрался во власть имущего. Да, у него свои интересы и планы, вследствие чего он ведет себя как негодяй. Но он точно не дурак.


Сотни проколов. Михайлов, по всей видимости, принял какое-то решение. И самое главное, пылай вы. Князь посмотрел мне в глаза. Объявят войну Уваровым.


«Нужно именно объявить?» — поморщился я. «Или втянуть?» «Неважно!» — отмахнулся князь.


«Мне нужен официальный повод поддержать дружественный род». «Молодец, Макс. Не успел заявить о себе как о дворянине. Лови первый сюрприз». «И это не просто какая-то сделка, а самая настоящая война».


Впрочем, князь не оговорил сроки и тип войны, а на этом можно сыграть. «Принимается», — кивнул я, не обращая внимания на удивленный взгляд Камнева. «Что насчет Крысина?»


«А что с ним?» — поморщился князь. «Он работает на Уваровых. Я и не надеялся, что князь сдаст скупщика, который, судя по всему, ему нужен, но хотел прояснить этот вопрос».


и создает проблемы. «Крысина не трогать», — поморсился князь. «Если будет наглеть во время приема ингредиентов с проколов...»


Дайте мне знать, я его угомоню. Кстати, насчет ингредиентов. Но раз уж Михайлов сам поднял эту тему, грех не воспользоваться. Видели самострелы фон Штерна?


«Видел?» — кивнул Михайлов. «Он уже подал заявку на прохождение инженерного экзамена». «Так, а вот этот момент нужно будет обдумать. Наверняка и мне такое предстоит».


Может изобрести, ха-ха, застежку-молнию, скрепку. Или чего уж мелочиться командирскую башню на Т-34. В любом случае, надо будет обсудить этот момент с Вишем.


«Есть информация, что один из ингредиентов, необходимых для производства самострелов, некие жемчужины, я заговорщически понизил голос».


Но фон Штерн все яростно отрицает. «Неудивительно», — усмехнулся Михайлов, окончательно сворачивая разговор в деловое русло.


Нам бы, к слову, эти самострелы очень пригодились. Послушникам в проколы самое оно. Пригодились бы, согласился Камнев.


«Есть у меня пара идей, в каких проколах их можно достать». «Действуй, майор». Князь разрешающе махнул рукой.


«Сможешь к концу месяца вооружить всех послушников храма самострелами, сменя премия?» «Хорошо», — кивнул Дмитрий и замолчал, всем своим видом демонстрируя, как ему малоинтересен завязавшийся с князем торг.


«Насчет крысина ясно, я поспешил вернуть разговор в нужное мне русло». «Что насчет убийцы Илона?» «Так это же был худяж», — дело наудивился князь.


И он уже понес свое наказание. Я вас понял. Несмотря на то, что внутри меня вспыхнул огонь возмущения, я сумел сдержать себя в руках.


В таком случае, с вашего позволения, я наведу порядок среди новиков. Это будет способствовать повышению качества обучения.


«Я уже отправил приказ о присвоении тебе звания командира взвода», — благосклонно кивнул Михайлов. «Делайте с Камневым все, что посчитаете нужным, в разумных пределах».


«Несомненно», — кивнул я, — «что до Уваровых в храме наши возможности ограничены, а вот досрочный выпуск поможет быстрее, скажем так, создать подходящие условия для втягивания их в войну».


«Хорошо», — поморщился князь. «Если сумеете за два месяца поставить на поток подготовку новиков к закрытию проколов, будет вам досрочный выпуск».


Но спрашивать буду строго, по каждому экзамену. Договорились, я с достоинством кивнул, делая вид, что мы решили все вопросы.


В таком случае я вас больше не задерживаю. Всего хорошего, князь. Стоило нам выйти из кабинета Михайлова, как Камнев негромко выругался.


— Полностью поддерживаю, — усмехнулся Виш. — Ситуация, мягко говоря, критичная. — Для начала предлагаю пообедать, — ответил я.


Что до беседы с князем для нас ничего не изменилось. Ты, Дмитрий, готовишь Новиков, я тренируюсь, учусь и провожу сделки. Ты хотел сказать «позавтракаем», — поправил меня Камнев.


«Что до остального, согласен. Вот только страшно представить, что нас ждет через два месяца». «Да жить сначала надо», — отмахнулся я.


Главное, что князь в высшей степени разумный человек, и с ним можно иметь дело. Камнев с подозрением на меня покосился, но говорить ничего не стал, в отличие от Виша.


«Ты сейчас серьезно, Макс?» «Конечно нет, Виш», мысленно ответил я. «Но ты сам говорил, что в храме у всех стен есть уши». «Это да», Виш тут же сбавил обороты. «Тут ты прав, что-то задумал».


«Очевидно, что для Михайлова мы разменные монеты», — принялся размышлять я, следуя за Камневым. «Он хоть и сменил гнев на милость, но я ему не верю».


«И правильно делаешь», — усмехнулся Виш. «Прямо сейчас он активировал переговорный амулет и дает распоряжение графу Назырову присматривать за тобой».


«Ну а про то, что Михайлов прикрывает Крысина, ты и сам уже догадался». «Было бы до чего догадываться», — хмыкнул я. «Ты вот что мне скажи, Виш».


«С какой поры дворяне покрывают убийц?» «Ты про Илона?» — уточнил фамильяр. «Как тебе сказать, Макс? Я вижу это так. Храм для Михайлова промежуточная ступень».


Это ссылка. Он не считает послушников своими людьми. Они, точнее вы, для него оловянные солдатики. Вот-вот, мысленно покивал я, аж противно.


«Да брось, Макс!» — Виш демонстративно зевнул. «Зуб дают» — и точно так же относился к своим сотрудникам. «Я не...» — начал было я, но тут же осекся.


Ну серьезно, когда на кону миллионные убытки, личные проблемы водил кажутся чем-то абстрактным и неважным. А сколько я в свое время уволил людей за пьянку на рабочем месте?


И да, некоторых работников я бывало использовал в своих интересах, запуская через них нужные мне слухи. Да уж, и чем я лучше того же самого Михайлова, хотя нет, лучше.


Я, по крайней мере, не покрываю убийц. А если бы это был очень ценный для тебя сотрудник? Видимо, последняя мысль прозвучала слишком громко. Незаменимый. Что бы ты сделал в таком случае?


Вот умеет же Виш вывернуть все так, что и ответить нечего. Надеюсь, я не попаду в такую ситуацию. Неохотно отозвался я.


«В любом случае у нас всего два месяца». «Согласен», — фамильяр взмахнул хвостом. «Нужно выбираться отсюда как можно быстрее».


«И это я молчу о ежегодном аудите?» «Виш, мне нужна будет твоя помощь». «Ты про учебу?» — с полуслова понял меня дракончик.


Я помогу тебе с историей Российской империи, дворянским этикетом и магическим искусством, с фехтованием и физподготовкой подсобит камнев.


А вот инженерное дело уж прости целиком на тебе. Что нас ждет после выпуска? Обычно форточники вступают в род, и дальнейшее назначение зависит от главы рода.


Единственное условие храма – провинции с проколами. В твоем случае, я думаю, тебе позволят самому выбрать провинцию. Нам нужно только доказать твою принадлежность к роду Пылаевых.


«Что-то мне подсказывает, что Михайло все устроит», — усмехнулся я. «Мы с Кавневым нужны ему для конфликта с Уваровыми». «И снова согласен», — кивнул Виш.


Плюс, учитывая, что ты хочешь создать свою финансовую империю, я рекомендую тебе выбрать самую дальнюю северную провинцию и постепенно расширяться.


«Село Николаевка», — перебил меня Виш. «Зима восемь месяцев в году. Одна единственная дорога, которую часто наглухо заметает, непроходимые леса и один единственный промысел — рыболовная ловля. Предлагаешь заняться торговлей рыбой?»


Самый оптимальный вариант. Есть еще два неплохих места, но Николаевка расположена на севере, где, как ходят слухи, и находится заброшенное поместье Пожарских.


«Север, говоришь?» «Во мне тут же проснулся логист». «Снега, заметенные дороги и всякое такое?»


«Кажется, вишь, я знаю, какое изобретение будет у меня первым». «И какое? Скоро узнаешь», — усмехнулся я, заходя вместе с Камневым в столовую. «Уже не знаю, случайно или нет, но левая часть столовой была практически полностью заполнена новиками».


Я же машинально свернул направо и, приветливо улыбнувшись поварихе, направился за наш скамневым столик.


Алла Ильинична, нам как обычно. Наверное, чтобы не отрываться от коллектива, следовало расположиться в левой части столовой.


Но мне настолько сильно хотелось поскорей перекусить и самое главное прочитать письмо, которое сунул мне смотритель, что я слишком поздно об этом задумался. «Молодец, Макс!» — буркнул Виш, слетая на стол в ожидании своего стакана молока.


тщательно пережевывать, наслаждаться вкусом и так далее. Парадокс, но соблюдение этих нехитрых правил улучшает пищеварение и, соответственно, самочувствие. Но в этот раз я нарушил свои привычки и развернул переданную смотрителем записку.


Приветствую вас, юный господин. В тот момент, когда я понял, что ключ вас признал, мой мир перевернулся с ног на голову.


Я устроился работать в храм, год за годом ожидая появления наследника. Я заводил полезные знакомства, щедро платя за информацию.


Но шло время, и ничего не происходило. Я родил трех сыновей и отправил их, согласно семейному наказу, в боевые маги, осуществляя тем самым главную цель нашего рода — служение Отечеству. Моя дочь стала одним из лучших целителей Империи,


а потом и вовсе совершил ошибку, пытался перечить вашей воле. Прошу меня понять, юный господин, ваш возраст ввел меня в заблуждение, и я запаниковал. Забыл, что все мужчины нашего рода всегда отдают себе отчет в том, что делают.


Ведь это гениальный ход, взять в оборот служаку Камнева и заявить права народ Пылаевых. Лучшего прикрытия и не придумать.


И если раньше я сомневался в вас, то сейчас приму любое ваше решение. Я приношу вам искренние извинения и уверяю, я беспрекословно выполню любые ваши последующие распоряжения.


Засим, заканчиваю свою исповедь и жду от вас, юный господин, дальнейших указаний.


Искренне ваш маг седьмого ранга, мастер порталов, коллежский асессор, портальный смотритель храма Иннокентий Жарков. Постскриптум. Мое предложение насчет южных провинций все еще в силе.


Пост-постскриптум. К сожалению, я не знаю, где находится ваше родовое поместье, но точно знаю одно. Официальный адрес, указанный в имперских архивах, ловушка.


Пост-пост-постскриптум. Когда решите призвать ваших покорных слуг на службу, достаточно будет одной единственной фразы. Друзья, пора возвращаться к истокам.


Пост-пост-пост-пост скриптум. После прочтения сожгите это письмо. Дочитав послание портального смотрителя, я в задумчивости уставился в чашку с фирменным рагу Аллы Ильинишны.


С одной стороны, здорово, что у меня появился союзник. С другой, я пока не представлял, что с ним делать.


Машинально сложив письмо Толстячка, вернее Иннокентия Жаркова, я сжал его в кулаке и представил, как бумага обращается в пепел.


«Зачем так грубо?» — тут же поморщился Виш, выныривая из стакана с молоком. «Ох, Макс, тебе еще учиться и учиться!»


Грубо не грубо, но результат, оставшийся в кулаке пепел, меня более чем устроил. «Дмитрий, я поднял взгляд на воина. Что сегодня по плану?»


Построение, притирка, обед, урок истории, боевая практика, ужин и отбой.


но я намерен устроить отсев». А слова князя насчет командира взвода «На данный момент в храме 34 Новика, включая тебя».


Дмитрий кинул на меня испытующий взгляд. «Справишься?» «Разберусь», — кивнул я. «Поскольку человек в отделениях...»


«Выходит, по одиннадцать. И это отделение? Когда я служил, в моем отделении было восемь бойцов. И то сержант зашивался, пытаясь уследить за всеми нами».


Князь приказал не церемониться, камнев пожал плечами. «Думаю, через месяц в строю останется только половина, а остальные?»


«Макс», — поморщился Дмитрий, — «не задавай глупых вопросов. Проколов много, послушников мало. Дальше продолжать?»


Дальше продолжать было не нужно. Я лично был в том отделении, на котором Михайлов обкатывал новый подход закрытия проколов.


И если потери нашей пятерки составили полтора человека, худяши оторванная ступня ростика, то что уж говорить об остальных.


К тому же завтракающие сейчас новики, в отличие от старичков, бездарные. «Будет непросто», — подытожил я. «Это мягко сказано», — усмехнулся Камнев.


Наверняка потенциальные потери можно как-то уменьшить. Можно, не стал спорить Камнев. И мы обсудим это позже, после вечерней поверки.


«А смысл, не понял я, если это можно сделать прямо сейчас?» «Давай для начала переживем притирку», — притормозил меня Камнев.


Не забывай, многие из новиков попали в храм совсем недавно. Да, Стелла приглушает эмоции, но первые дни это всегда головная боль.


Для этого и существуют наставники, нет? Не забывай, что князь отменил все испытания, а значит те же самые Уваровы перестали забирать большую часть форточников.


«И?» «Я никак не мог понять, к чему клонит воин». «Штат храма не рассчитан на такое огромное количество новиков», — пояснил Камнев.


Поэтому справляться придется своими силами. Вот это поворот. До меня только сейчас дошло, что командовать всей этой оравой предстоит мне.


«Я-то думал, что моей задачей будет координация действий командиров отделений, а выходит, что их для начала нужно назначить». «Вот-вот», — кивнул Камнев.


«К тому же среди новеньких есть ребятки с гонором». «Притирка будет непростой», — сообразил я. «Без дуэлей точно не обойдемся», — подтвердил Дмитрий.


«В таком случае, я с сожалением посмотрел на пустую тарелку из-под рогу, мне нужно кое-что сделать». «Рассчитываешь на Бура и фон Штерна?» — догадался Камнев.


«Да, я же успею до построения». «У тебя десять минут», — прикинул воин. «Сбор в главном гимнастическом зале». «А это...» «Подскажу», — шепнул Виш с интересом, следя за нашей беседой.


«А, впрочем, разберусь», — закончил я, поднимаясь из-за стола. «Тогда увидимся на построении». «Увидимся», — подтвердил Камнев. «Молоко», — напомнил Виш.


Времени искать, куда вылить молоко не было, и я убрал стакан в инвентарь. Надеюсь, оно там не расплещется.


Изначально я планировал идти до лазарета, но Виш любезно указал мне на стол, за которым сидели мои соседи по кубрику.


И я, не обращая внимания на любопытные взгляды новеньких, прошел на левую часть столовой и подсел к своим. «Здорово, парни!»


Всего за столом было место для шестерых новиков, но поскольку Ростик до сих пор находился в лазарете, оставался один свободный стул.


Бур с Фонштерном были рады меня увидеть, а остальные, Линок, Кирик и Хлостя, смотрели с опаской.


На последних троих я рассчитывать не мог, а вот бур и ландер сходу поняли, чего я от них хочу, и согласились стать командирами отделений.


Из 29 новичков 15 были крестьянами, 7 разбойниками, 4 ремесленниками и 3 профессиональными солдатами.


Возраст форточников колебался от 16 до 42, и у каждого была своя история попадания. Кто-то шагнул в портал из-за накопленных долгов,


Кто-то, чтобы избежать смерти, а кого-то просто продали за три воза пшеницы. Естественно, настрой был соответствующий.


Кто-то излучал недоверие, кто-то фонил глухой злостью, но самой распространенной эмоцией был страх.


Новики, прибывшие в храм в течение последних нескольких дней, до сих пор с трудом соображали, где они и чего от них хотят.


Как я понял, из-за убийства Худиша и последовавших за этим событий, новичков прогнали через изолятор и расселили по кельям, где они и провели последние два дня.


Единственное занятие, которое они посетили, была боевая практика, которую вел Камнев. Выходит, днем он выполнял задание Михайлова, а ночью закрывал вместе со мной проколы.


По всему выходило, что новики, можно сказать, дикие. Утешало одно. Граф Назыров лично пообщался с каждым из попаданцев.


Странно, меня он почему-то своим вниманием обделил и объяснил форточникам, куда они попали. А вот объяснить, чего от них ждет храм, по всей видимости, была наша задача.


Храм уже, если отбросить в сторону высокопарные слова о чести, достоинстве и справедливости, нужны были послушники.


А именно, бойцы, которые будут выполнять суточную норму по закрытию проколов.


Наверняка парни могли рассказать мне много всего интересного, но завтрак подошел к концу, и мы направились в главный гимнастический зал.


на построение и последующую притирку. «Господин майор, страшно сказать, сколько трудов стоило нам с Буром и фон Штерном построить эту толпу в шеренгу».


«Первый взвод новиков по вашему приказанию построен. Встать в строй». Камнев, отпустив меня на место, прошелся вдоль шеренги, внимательно рассматривая всех новиков. И судя по тому, как он то и дело морщился, увиденное ему не понравилось.


Итак, как вы попали в наш мир, вам объяснят на уроках истории. Моя же задача сделать так, чтобы вы смогли выжить.


Воин сделал паузу, давая новикам прочувствовать важность момента. Скажу сразу, каждый из вас может стать серьезным человеком.


пойти на государеву службу, влиться в дворянский род, выбрать военную стезю. Вчерашний крестьянин может получить личное дворянство, а то и потомственное.


Камнев задержал взгляд на Труицы за ухмылявшихся солдат. Российская империя щедро награждает воинов, защищающих Отечество.


Для получения личного дворянства необходимо закрыть всего лишь 30 проколов во время обучения в храме. Ну а для поддержания выданного дворянства нужно будет регулярно выполнять ежемесячный план.


С одной стороны, сомнительное предложение, считай вечная служба, с другой, оно того стоило.


«Неважно, что вы выберете», — Камнев, заметив, что по струю начали пробегать шепотки, повысил голос. «Служба империи или одному из дворянских родов?»


Военная стезя или личное дворянство. Важно дожить до этого момента. Камнев прищурился и от него во все стороны ударила волна всесокрушающей силы.


«И я с моими помощниками, — кивок в мою сторону, — сделаю все, чтобы вы выжили в своем первом проколе».


И не просто выжили, но и получили за его закрытие награду — один боевой или мирный дар. Воин замолчал, давая возможность всем, без исключения новикам, проникнуться важностью момента.


А теперь по отделениям «Разойдись» 10 минут на знакомство, 10 минут на то, чтобы выбрать командира отделения, 10 минут на то, чтобы изучить полосу препятствий.


Два часа на прохождение полосы. Работать будете двойками. Камнев кивнул на многочисленные спортивные конструкции, расположенные за его спиной. Ну и последнее. Любые разногласия решаются посредством дуэлей. Еще раз.


Любые разногласия решаются на дуэлях. Если кто-то пустит вход кулаки в неофициальном порядке, я лично сломаю этому идиоту обе руки.


Дмитрий говорил спокойно и даже негромко, но стоящие в шеренге новики слушали его, затаив дыхание.


От воина веяло такой силой, что даже самый недалекий разбойник понимал, это не угроза, это констатация факта.


Мне, честно говоря, не хотелось снова вступать в эту реку, с лихвой хватило срочки, но других вариантов свалить из храма я пока что не видел.


Увы, как бы сильно мне не хотелось побыстрее начать строить свою финансовую империю и отправиться на поиски казны пожарских. Я понимал. Придется потерпеть.


И только от меня зависит, как я проведу следующие полтора-два месяца. Буду учиться для галочки или возьму от храма максимум возможного, да еще и заработаю на этом.


А раз так, придется вспомнить службу в армии и работу на Илюху. Что ни говори, но отдел логистики это та же самая армия.


Только люди по мотивировании, да и средств воздействия побольше. Ну да не впервой, найду чем их замотивировать. Можно договориться с фон Штерном насчет самострелов и выдавать их за успехи в учебе.


А можно помогать с закрытием проколов. Про торговлю и вовсе молчу. Я тут такой черный рынок в обход крысину устрою. Мама, не горюй.


В общем, при должной талике фантазии и сноровке, боевая практика может стать не только полезным и интересным, но еще и прибыльным времяпрепровождением.


Все эти мысли промелькнули в моей голове за считанные секунды, и я, шагнув вперед, повысил голос. «Отделение! Ко мне!»


Вроде опыт есть, но все равно волнительно. К тому же контингент, собравшийся около меня, был весьма разношерстным.


Кто-то заглядывал мне в глаза чуть ли не щенячьей преданностью, кто-то смотрел с опаской, кто-то с нескрываемым превосходством.


Из 11 человек в мое отделение попали два солдата, два ремесленника, три разбойника и четыре крестьянина.


У меня не было личных дел, чтобы понять, кто есть кто, но поза, выражение лица и взгляд могли о многом сказать.


Два сорокалетних мужика с военной выправкой и с нисходительными взглядами наверняка бывшие солдаты. Два мужичка, держащие себя с достоинством, скорее всего, ремесленники.


Троица мутных типов с приценивающимися взглядами не дать не взять разбойники. Ну и четверка испуганно жмущихся друг другу здравяков, на которых пахать не перепахать, крестьяне.


«Погоди, начальник, майор сказал, что сначала мы выберем командира». «Я, честно сказать, думал, что проблемы будут от солдат».


Как никак у них есть боевой опыт, и судя по шрамам на головах, эти ребята хапнули неприятности.


К тому же они были старше меня чуть ли не в два раза. И если до попадания в этот мир они, скорее всего, имели проблемы со здоровьем, то после изолятора и высшего исцеления вышли на пик силы.


В общем, претензий на лидерство я ждал именно от них. На крайний случай я предполагал, что зубы покажут бывшие разбойники.


По крайней мере, двое из трех выглядели опасными бойцами. Но предъява неожиданно прилетела от «ремесленников».


Причем сленг походил на разбойничей. Неужели успели спецы строиться и бандитов? Впрочем, с этим можно разобраться и позже.


Я с интересом посмотрел на мастерового, заявившего претензию на лидерство в отделении. На вид лет 35-40. Крепкий, я бы даже сказал, мощный.


Лицо обычное, глаза умные. После работы высшего исцеления проблематично сказать, чем он занимался раньше.


Единственное, что бросалось в глаза, мастеровой, несмотря на бычью шею и мощные руки, сильно сутулился. И даже исцеление не смогло исправить эту многолетнюю привычку.


Что по итогу? Сильные руки, что стальные клещи. Неглупый, по глазам было видно, он прекрасно понимает, что делает.


Уверенный в себе, видимо, не дурак подраться. В общем, мужик не выглядел слабаком, и я видел лишь одно решение образовавшейся проблемы.


«Давай выберем», — улыбнулся я, разминая шею и руки. Столпившиеся вокруг мужики, не сговариваясь, наверняка проснулись заложенные природой рефлексы,


Образовали круг, в котором остались только я и бросивший мне вызов мастеровой.


Несмотря на то, что стоящий передо мной ремесленник был в два раза шире меня и чуть выше, я не боялся проиграть от слова совсем. После закрытия восьми проколов я стал значительно сильнее и крепче.


И это я молчу про поглощенное ядро силы и выносливость, дар Стелла за помощь Камневу. Я просто-напросто знал, что круче любого из форточников.


Вопрос был не в том, чтобы победить, а в том, чтобы наглядно продемонстрировать свое превосходство и право отдавать приказы. И при этом, что самое главное, не покалечить стоящего передо мной Новика.


Как-никак на данный момент это мои люди. До первой крови или до признания поражения. Я обозначил правила дуэли и дождавшись короткого кивка пошел на сближение. Проще всего было бы разбить вышедшему против меня мужику нос или губу.


Однако я решил пойти более долгим, но перспективным путем. С легкостью, уйдя от попытки Новика сгрести меня в медвежьи объятия,


Я пробил ему в грудь и тут же утек в сторону. Сбить дыхание, к моему сожалению, не вышло. Новик успел прикрыть солнышко предплечьем, но и так получилось неплохо.


Сила удара была такова, что мастеровой отшатнулся назад, а в его взгляде появилось искреннее изумление.


«Хватит играть с ним, как кошка с мышкой», — фыркнул Виш, делая вид, что ему совсем не интересен наш поединок. «Ты можешь уронить его с одного удара».


«Дело не в том, чтобы уронить, не согласился я, позволяя противнику схватить меня за одежду. Он и так уже осознал, что победа за мной. Дело в том, чтобы это поняли и остальные».


Довольный мастеровой, еще бы, ведь ему удалось взять меня за грудки. Рванул было на себя, но не тут-то было.


Увы, но Новик, сам того не зная, оказался в анекдотической ситуации, когда якобы охотник поймал медведя, но не знает, что с ним дальше делать.


Я шагнул к противнику и, ухватив его за грудки, сделал банальную подсечку левой ногой. Он видел, что я делаю и даже попытался сопротивляться, но силы были не равны. «К дадах!»


Пол в зале был деревянным, а мастеровой, как оказалось, совершенно не умел группироваться при падении. Хорошо, хоть я его немного придержал, иначе Новик мог заработать перелом ключицы.


Ну а дальнейшее было делом техники. Сначала я взял его левую руку на захват и обозначил перелом локтя, затем зафиксировал кисть, следом заломил плечо.


И каждый прием сопровождался кряхтением и хэканьем Новика. «Какой упрямый!» — восхитился Виш, с интересом наблюдая за покрасневшим форточником, который и не думал сдаваться.


Или тупой, мысленно буркнул я, не понимая, почему мастеровой до сих пор не признал своего поражения. Ладно, сам напросился.


Я с легкостью пресек попытку Новика вырваться из захвата и слегка напитав кулак силой вбил его в пол. «Кранк!»


Деревянная доска с хрустом треснула, а мой противник от неожиданности вздрогнул. «Гришка, сдавайся!» — первым отреагировал второй мастеровой. «Он явно сильнее!» «Сдавайся, Григорий!» — прогудел один из солдат. «Он одаренный!»


«Мужики дело говорят», — согласился худощавый разбойник. «Он нас всех положить может и не запыхается». Крестьяне согласно загудели, и ремесленник Григорий неохотно протянул.


«Сдаюсь, ваше благородие!» «Еще не благородие!» — усмехнулся я, поднимаясь на ноги и протягивая руку Новику.


Тот, хоть и с неохотой, но мою помощь принял, и, поднявшись на ноги, тут же поспешил отойти подальше, потирая ушибленное плечо. «Ну что, бойцы?»


Еще вопросы есть? Я внимательно посмотрел каждому из новиков в глаза. Если да, то давайте решим их все прямо сейчас, чтобы потом времени тратить.


«Никак нет», — усмехнулся тот же самый солдат, который посоветовал мастеровому сдаться. «Господин... Макс меня зовут». Я правильно истолковал заминку Новика. «Макс Огнев, купец первого ранга».


«Купец», — с усмешкой подтвердил я. «Ну так что, перейдем к знакомству или...» «Или...» — один из разбойников, решивший, шагнул вперед.


До первой крови или до признания поражения кивнул я. Вышедший в круг мужик был явно не дурак подраться.


Об этом говорило все, его поза, хорошо развитые мышцы, холодный взгляд убийцы. Я встречал таких на деловых встречах. Обычно это были или бывшие военные, или поднявшиеся в 90-е бизнесмены.


И всех этих людей объединяло одно, их интересы и интересы бизнеса были превыше всего. Этакие волки, не привыкшие никому подчиняться и признающие только силу.


Сам я с такими людьми даже не пытался общаться, зато внимательно следил, как держит себя с ними Илюха.


В те моменты мой босс из Илюхи превращался в Илью Алексеевича и в переговорной становилось на одного волка больше.


Тяжело объяснить словами, но в такие моменты воздух аж звенел от напряжения, а ладони начинали потеть от необъяснимого страха.


Наверняка дело было в первобытных инстинктах. Организм понимал, что рядом находится хищник, который сожрет тебя и не подавится.


Вот примерно такие же эмоции я испытал, заглянув в глаза вышедшему вкруг Новику.


Своё место под солнцем он готов был выгрызать клыками и когтями, и это считывалось, стоило посмотреть ему в глаза. Меня он опасался. Дыра в полу до сих пор служила зримым напоминанием моей силы.


Но выбранный мной путь бывшего разбойника явно не впечатлил. И сейчас он готов был рискнуть всем, чтобы стать командиром отделения.


В принципе, будь я на его месте и, видя перед собой молодого, в общем-то, парня, тоже сделал бы ставку на свой жизненный опыт.


Вот только он не знал, что у меня за спиной почти десяток закрытых проколов, балансирование на грани жизни и смерти, а сам я огнев пожарский.


«Давай, Степан!» — поддержал разбойника его щуплый товарищ, выпуская в меня облачко тьмы, а вместе с явно магической атакой на меня кинулся и мой противник.


«Ай, как неспортивно!» — усмехнулся Виш, не делая ни малейших попыток мне помочь. «Впрочем, чего еще ожидать от бывших головорезов, приговоренных к казни?»


Облачко тьмы, несмотря на мои попытки от него отмахнуться, окружило мою голову, мгновенно снизив видимость. Я вынужденно отступил назад, разрывая дистанцию,


и усилием воли призвал плещущийся в крови огонь. Вокруг моей головы вспыхнула тусклая вспышка пламени, испепеляя чужую магию, но Степан ухватила вынужденной заминки.


Не знаю, откуда у него появился нож, с собой пронести он его явно не мог. Но с этим ножом он, сблизившись на расстоянии удара, пырнул меня в правый бок.


На место удара мы посмотрели одновременно. Я из-за укола тупой боли, он не знаю почему.


Скорее всего, Степан был удивлен, что вместо того, чтобы пробить одеяние послушника и пропороть мне бок, вряд ли он планировал меня убивать, его нож наткнулся на преграду.


«Не зря эти храмовые робы так ценятся во внешнем мире», — отвлеченно заметил Виш, вместе со мной разглядывая место удара.


«Ах да, ну и не стоит сбрасывать со счетов полученную от Стелла выносливость». «Ах ты пес!» Ошеломление, вызванное подлым ударом Степана, прошло, и я схватил его за горло.


Время словно замедлилось, а я наоборот ускорился, и виной тому был полыхающий внутри огонь ярости. Рывок, и вот уже разбойник болтается в воздухе, цепляясь правой рукой за мое предплечье.


Левый с зажатым в ней ножом, он, скотина такая, без остановки тычет мне в грудь. Захват кисти хруст, и нож вылетает из ослабевшей ладони на пол. Я же, дернув Степана к себе, с силой бью лбом ему в нос.


И снова вытягиваю руку вверх, заставляя разбойника извиваться в воздухе. Да, я не хотел калечить своих новиков, но такое прощать нельзя. Кровь хлещет из разбитого носа разбойника, но я и не думаю останавливаться. Хэк, хэк, хэк!


Моя левая рука словно молот врезается ему в живот, раз за разом выбивая из Новика воздух.


Тихая волчья злость в глазах Степана сменяется сначала страхом, затем ужасом, но я и не думаю его отпускать.


И только когда на смену ужасу скорой смерти приходит мольба отпустить и готовность повиноваться, я разжимаю пальцы и разбойник падает на пол. К нему тут же бросается щуплый товарищ, но поймав ухом мой подзатыльник, кубарем летит в другую сторону.


Придется ломать им пальцы, иначе не поймут и примут мое человеколюбие за слабость.


И лишь один Новик, третий разбойник, смотрит на меня из-под лобья со злобой. Шаг к нему, короткий тычок в солнышко и мощная оплеуха объясняют новоиспеченному Новику всю глубину его заблуждений.


«Еще раз так на меня посмотришь?» — ласково рычу оказавшемуся на полу разбойнику. «Все зубы тебе пересчитаю. Понял?» Разбойник что-то мычит, «Ну а я что? Мне не жалко помочь бедолаге ускорить его мыслительный процесс».


Пинок в живот и повторный вопрос. «Понял?» «Понял, ваше благородие!» — хрипит бандит, пытаясь удержать в себе завтрак. Полыхающий в груди огонь стихает, и я медленно возвращаюсь в свое привычное состояние.


«Сильно ты их, Виш поудобнее устраивается на плече. Не жаль?» «По-другому с такими, как они, никак», мысленно выдохнул я. «Осуждаешь?»


Ничуть фамильяры бровью не повел. Наоборот, горжусь. Нужно четко осознавать, кто какой язык понимает. Ты только что показал, что в вашей, хм, стае один вожак, и это ты. Вон на фон Штерна посмотри.


«А что с ним?» – машинально заинтересовался я, соображая, как быть дальше. Он своих разбойников до полусмерти избил. Причем так, чтобы отделение Бура тоже увидело, что происходит с несогласными. Жестоко поморщился я. «Но по-другому реально никак».


«Запомни это», — посоветовал Виш. «И помни всегда. Иначе в один прекрасный день у тебя в боку окажется очередная заточка». «Жесть!» — я покачал головой, обводя взглядом вытянувшихся новиков.


«И это люди, высшая ступень развития природы». «Тебе напомнить законы природы?» – усмехнул Севиш. «Выживает сильнейший».


А человек, на секундочку, самый страшный хищник в любых мирах. Даже зорды и песеголовые никогда не сравнятся с людьми. Зорды?


Даже побитые разбойники уже встали на ноги и делают вид, что их все устраивает.


Владимир, сержант егерского отряда, охотник, хромой был, сюда нас с Иваном в наказание отправили.


Иван, лучник егерского отряда, охотник, азартный молясь. Обыграл офицера, ну и нам с Володей сначала плите и дали, потом в прокол. Илларион, столяр, свое уже отслужил, последние два года мучился с животом.


В прокол сам с Гришкой пошел за долги. Григорий Кожемяка вместе с Ларионом в княжеской дружине лямку тянул, потом вместе в мануфактуру устроились.


А потом столичные шишки свое представительство открыли. Разорились мы в общем. Так здесь и оказались.


Степан, искатель лучшей доли, бывший сотник королевских пикинеров, мастер ножа. Донесли на наш вольный отряд, так здесь и оказались.


«Назар, искатель лучшей доли, бывший лесоруб, разумея в ловушках, глух на правое ухо, остальное Степан уже молвил».


Антон, искатель лучшей доли, сбежал из королевской магической школы, умею в иллюзии и теневую магию, к вольному отряду прибился.


«Вася, землепашец, все вроде». «Ну, в ополчение послужить пришлось. Потом на земле осели. Сюда нас помещик отправил в качестве ежегодной подати».


Как Мечников записал. «Боря тоже землепашец, с Василием на соседней улице жил. Что до минусов? Ну, за воротник заложить не дурак».


«Леня, мельники мы, после пожара вся семья погибла, а я обгорел и был сильно, а тут вон оно как, а меня окрайним оставили и кинули в прокол, а тут вместо демонов люди».


Матвей, землепашец, урожай не уродился, пришлось на дорогу выходить. Там нас искрутили, руку по локоть потерял, а потом на казнь, в прокол.


Из того, что поведали новики, я сделал несколько выводов. Первое, во многих мирах к проколам относились настороженно. Кто-то считал их порталами в преисподнюю,


Кто-то дверью в мир демонов, и зачастую проколы использовались как альтернатива смертной казни.


В некоторых мирах прокола находились под контролем государства, в некоторых под контролем культов, сект и вполне себе официальных религий.


Этим и объяснялась разница в рассказах Новиков. В тех мирах, где паракулы были под культами, их считали чем-то священным и ежегодно приносили жертвы.


Мрак, да и только. Хотя как еще относиться к одностороннему порталу, оживающему в определенные периоды?


Второе. Большинство проколов использовались в качестве наказания, и по сути все форточники были смертниками. По крайней мере дома их уже никто не ждал.


Третье, великое исцеление вылечивало не все. Свежие до года раны исцелялись полностью, а чем дальше, тем хуже.


Свыше семи лет исцеления уже не работало. Этим и объяснялись белые ниточки шрамов на головах у Владимира и Ивана.


Ну и четвертое, большинство новиков имело военную подготовку, даже крестьяне. Наверняка это была не случайная удача, а постоянная практика, что не лучшим образом характеризовала прочие миры.


Впрочем, здесь и сейчас мне это было на руку. Хорошо, стоило последнему Новику закончить рассказывать о себе, как я тут же взял ход беседы в свои руки. А теперь посмотрите на полосу препятствий.


Есть мысли, как ее проходить. Форточники дружно повернулись к выстроенным из дерева конструкциям, но высказывать свои мысли не спешили.


Я же и не думал подсказывать. Моя задача выбрать себе помощника. Я, конечно, могу выполнять обязанности и командира отделения, и командира взвода, но это очень непросто.


Следовательно, лучшим вариантом будет назначить командиром кого-нибудь из новиков. И пока что мне больше всех нравился Владимир. Он был сотником раз.


«А значит, у него уже есть готовый помощник». «Неплохой выбор», — согласился Виш, развалившись у меня на плече. «Что скажешь насчет Степана?»


«После того, что сейчас было, точно нет», — мысленно отозвался я. «Мне в отделении бандитские порядки не нужны».


«Я бы к нему присмотрелся», — Виш лениво взмахнул крылом. «Он не из тех, кто довольствуется малым. Посмотрим, Виш».


Что-что, а в мгновенное перевоспитание разбойников я не верил. Итак, бойцы, ваши предложения. Новики отвечать не спешили.


Не то боялись показаться дураками, не то не знали, что сказать. «Классическая полоса испытаний», — подал голос Владимир.


Первый отрезок он указал на ряд деревянных щитов, выполняющих роль барьеров, на выносливость. Тут главное не сбить дыхалку.


Я согласно кивнул. Мысли бывшего сотника на сто процентов совпадали с моими. Второй отрезок. Он указал на подвешенное в воздухе бревно.


на координацию. Третий, кивок на двухметровую деревянную стену, на сплоченность. Ну а дальше все на силу и выносливость.


«Отлично, Владимир. Новик, сам того не зная, помог мне сделать выбор». «Новик Владимир назначается командиром отделения».


Сам Владимир невозмутимо кивнул, а остальные отреагировали более интересно. Степан недовольно поморщился, ремесленники, переглянувшись, пододвинулись ближе к солдатам. Ну а крестьяне машинально выпрямились.


— Заметил Макс? — Виш кивнул на ремесленников. — Сначала они прибились к бандитам, но сейчас поменяли свое мнение. — Заметил, — усмехнулся я.


Если у Степана и были призрачные шансы подмять под себя власть, то сейчас точно ничего не выйдет. Что крестьяне, что ремесленники, Владимир в качестве командира устраивает всех.


«Пообещаем что-нибудь за победу», — посоветовал Виш. «Хотя чего это я тебя учу, ты и сам все знаешь». «Знаю», — согласился я. «Но все равно спасибо, что напомнил».


Владимир, я посмотрел на подобравшегося Новика. Ставлю задачу. Пройти полосу испытаний лучше остальных отрядов. Сумеете, каждый получит по серебряной монете и доступ к некоторым ингредиентам.


Как только я узнал, что у меня в отделении будет кожемяка, мне сразу же пришла мысль сделать из шкуры червя что-нибудь полезное. Заодно и заложу основу собственного в обход крыси на рынка.


«Придете последними? Все отделение отправится на десятикилометровый марш-бросок». «Не отправимся!» Владимир окинул теперь уже свое отделение тяжелым взглядом.


В колонну по два «Становись» я с удовольствием смотрел, как отделение спора строится.


Иван, не дожидаясь приказа своего товарища, уже подсказывал Новикам, кому добрым словом, кому затрещиной.


Эх, и не зря говорят, человек может бесконечно смотреть на то, как горит огонь, течет вода и работают другие люди.


Я бы последнее немного изменил, и на то, как слаженно работают другие люди.


«Господин... Макс...» Владимир немного замялся, не зная, как ко мне обращаться. «Отделение к прохождению полосы готово!» «Отлично, Владимир!» — кивнул я, глядя на две колонны по пять человек и стоящего во главе командира.


«А теперь подвинься». Владимир хоть и подвинулся, уступая мне место, но в его глазах застыл немой вопрос.


Мне пришлось бы нелегко. Координация, сила, ловкость, выносливость, дыхалка, многочисленные этапы представляли собой серьезные испытания даже для одаренного.


Но после закрытия проколов я действительно стал мощнее, и прохождение полосы не было проблемой для меня, в отличие от остальных.


И если Владимир благодаря моей помощи прошел полосу довольно быстро, то другим новикам пришлось попотеть.


В итоге четыре часа пролетели незаметно. Мы бегали, прыгали, ползали, забирались по канату и уклонялись от мешков с песком, и это было интересно. Но еще интереснее оказалось наблюдение за новиками.


После того, как командиры отделений прошли полосу, Буру пришлось непросто, но он справился. Камнев собрал нас вокруг себя и начал задавать простые, в общем-то, вопросы.


Почему этот Новик выбрал именно этот путь? Зачем тот Новик взял доску с предыдущего испытания? Кто в двойке взял на себя лидерство?


и так далее и тому подобное. Сначала я думал, что таким образом Дмитрий убивает время, но в какой-то момент осознал, что смотрю на преодолевающих полосу Новиков,


как на детали одного механизма. Внезапно оказалось, что действия новиков говорят громче, чем их слова.


Кто-то совершенно не умел работать в паре, кто-то до дрожи боялся двухметровой высоты, кто-то пер на пролом и не думая трезво оценивать ситуацию.


И Камнев, задавая нужные вопросы, подсвечивал нам слабые и сильные стороны Новиков. За какие-то четыре часа я составил представление обо всех без исключения Новиках,


и уже примерно понимал, как каждый из них поведет себя в проколе. Но основное внимание я, конечно же, сфокусировал на своем отделении.


Уж не знаю, что стало решающим фактором. Обещанные мной награды и наказания или руководство Владимира, но отделение первым выполнило установленный Камневым норматив.


Ребята пришли первыми, на несколько минут обогнав отделение фон Штерна, и это не могло не радовать.


Затем был обед, на котором мои новики получили заслуженную награду в виде серебряных монет, а следом наступил долгожданный урок истории.


По крайней мере для меня. После вынужденного признания себя Пылаевым, в моей голове появились часы с обратным отсчетом, и я цеплялся за любую возможность узнать о внешнем мире побольше.


Было очевидно, что из храма нужно валить, но сделать это с умом. И урок истории, на мой взгляд, был лучшим источником информации.


Приветствую вас, господа! Наставник Войтович смотрел на полную аудиторию с явным удовлетворением. Казалось, его нисколько не смущает, что вместо восьми новиков ему придется учить 30 с гаком студентов.


Господа, у каждого из вас будет шанс стать влиятельным гражданином империи.


Войтович покосился на задние ряды аудитории, где о чем-то спорили аж три Новика, и щелкнул пальцами. По аудитории пробежал ветерок, и троица болтунов, получив воздушные щелбаны, тут же замолчала.


«Я уже давно перестал питать иллюзии, что новики храма — разумные личности, отдающие себе отчет в необходимости моего предмета», — дружелюбно усмехнулся Войтович.


«Но спешу вас заверить, господа!» Наставник сделал театральную паузу и, убедившись, что внимание аудитории целиком и полностью приковано к нему, продолжил.


Вы будете знать историю Российской империи, даже если мне придется ее в вас вколачивать.


Сказано это было таким спокойным и уверенным тоном, что лично я сразу же понял, Войтович сдержит свое обещание.


За сим, господа, переходим к теме нашего сегодняшнего занятия — сословное деление империи и табель о рангах. Честно говоря, эта тема мне была не очень интересна, так как у меня уже сложилась общая картина происходящего.


«Да, наверняка я не знал уйму нюансов, тот же кодекс дворянина, в конце концов».


Но общее понимание социальной организации империи у меня было. Что касается сословного деления, общество делилось на две неравные группы – податные и неподатные. В неподатные входили дворяне, храмовые комплексы и армия.


В податные все остальные. Но не обошлось без сюрпризов. От налогов освобождались только те дворяне, что получали доходы с поместья, которыми род владел минимум три поколения.


Во всех остальных случаях дворяне обязаны были платить налог с дохода, превышающего 1000 золотых рублей в год. То есть, по факту, от налогов была освобождена только старая аристократия.


Она же самая богатая. Что касается личного дворянства, те должны были платить налог на доход, превышающий 500 золотых рублей.


Но еще интересней была ситуация с податными. За крепостных крестьян платил помещик из расчета 5-10 рублей за душу.


Свободные крестьяне отдавали 10% от производимого, эдакий оброк, плюс сверху платили десятину золотом, процент со всех источников дохода.


Ремесленники и мещане отдавали в казну только десятину, но при этом существовал целый налоговый кодекс, в котором было свыше тысячи положений.


Если вкратце, налог рос в зависимости от типа производимого товара и занимаемой должности. Эдакий аналог прогрессивного налога.


Что до купцов, тут и вовсе было в разы интересней. Купцы платили не только десятину с дохода,


но и ежегодный сбор в 5% с объявленного капитала. В зависимости от капитала, который, слава богу, можно было объявлять самостоятельно, купец попадал в одну из трех гильдий.


И здесь, в отличие от рангов, счет шел в обратную сторону, совсем как в Российской империи моего мира. Для того, чтобы стать купцом Третьей гильдии, необходимо иметь капитал всего лишь в тысячу рублей.


второй в 10 тысяч, первый в 100 тысяч. Купцы Третьей гильдии могли заниматься мелкой розничной торговлей в городах и уездах,


производить рукоделие, содержать трактиры, бани и постоялые дворы. Купцы второй гильдии могли не только вести оптовую торговлю в пределах империи,


но и заниматься производством и доставкой товаров. Ну а купцы первой гильдии имели право на осуществление внешнеэкономической деятельности.


То бишь торговать с другими странами. Помимо десятины гильдейского сбора в империи существовал 10% транспортный налог и фиксированные взносы для ведения бухгалтерии.


«Ах да, ну и подушная подать заработающих на купца крепостных от 5 до 10 рублей за душу». В общем, несмотря на то, что я ожидал послушать про взаимоотношения дворянских родов,


Лекция вышла дюже интересной. Что до рангов, здесь я ничего нового не узнал, за исключением того, что государева служба хоть и считалась гражданской, но имела точно такие же привилегии, как и военная.


По сути, единственное различие гражданской и военной службы было в том, что карьерный рост в армии шел быстрее, в силу естественных причин.


Самым забавным было услышать все эти «калежский асессор», «титулярный советник» и так далее. Один в один, Петровский табель о рангах.


Вот только ранги идут с первого, а не с четырнадцатого. На мой вопрос, откуда взялась такая классификация, Войтович загадочно улыбнулся,


и сослался на некоего гениального форточника. Ну а на мои дальнейшие попытки прояснить этот вопрос наставник лишь многозначительно улыбался и отсылал меня в библиотеку.


Мол, ознакомившись с 20-тонной историей Российской империи и с бархатной книгой, можно получить ответы на все свои вопросы.


Да и остальные новики, увидев на моем примере, что за спрос денег не берут, засыпали наставника вопросами. И это оказалось неожиданно полезно.


Я почему-то считал, что знаю сейчас о рангах все и даже чуть больше остальных, а потому был приятно удивлен новой информацией.


Оказывается, при выборе воинской стези за каждый третий ранг Стелла давала одаренному один боевой дар. При этом одаренные, выбравшие гражданскую стезю, получали дар за каждый четвертый ранг.


По достижению 10 ранга одаренный получал уникальный дар, и это являлось своего рода финальной целью для любого форточника.


10 ранг давал возможность основать свой род и получить потомственное дворянство. Для 10 рангового одаренного открывались практически все двери, будь то гражданская или военная служба.


Ну и самое главное, с такими ребятами старались не связываться даже самые могущественные аристократические семьи.


По крайней мере становилось понятным стремление Камневой Стеллы восстановить Дмитрию 10 ранг. Вот только в то, что Уварова отступится, я особо не верил.


В конце занятия Войтович рассказал Новикому о переменах, вызванных решением князя Михайлова отказаться от испытаний. И вот здесь мнения форточников разделились.


Половина аудитории утверждала, что князь, отменив испытания, поступил правильно. Другая половина справедливо считала, что, оставшись без даров Стеллы,


Новики потеряли весомое преимущество. Конец спорам положил намек Войтовича о нерегулярных поощрениях Стеллы. В качестве примера наставник привел меня, что было несколько неожиданно. Итак, господа, обратите внимание на Новика Огнева.


Других — глухая зависть. Правда, стоит отметить, что Новик Огнев чуть было не умер во время закрытия прокола.


А вот эту фразу все без исключения новики пропустили мимо ушей и зря. Чтобы не быть голословным, обратите внимание на данный предмет.


В руках наставника Войтовича сверкнуло лезвие кинжала. «Новик Огнев, будьте добры, вытяните вперед левую руку!» «Может, не надо?» — проворчал я, догадываясь, что хочет сделать Войтович. «Надо!» — не согласился наставник.


И дождавшись, когда я вытяну руку, с силой кольнул меня в предплечье. Я почувствовал легкую боль, но лезвие не смогло пробить кожу.


«Как вы видите, господа», Войтович схватил меня за руку и продемонстрировал ее зрителям. «Я не смог пробить кожу Новика Огнева, поскольку он получил от стеры дар выносливости».


К тому, что каждый из нас за время пребывания в храме может получить дар.


Но помимо этого, каждый из нас становится сильнее после каждого закрытого прокола. «Абсолютно верно», — подтвердил наставник.


«И это, господа, не какое-то там везение, а результат кропотливой работы над собой». «Новик фон Штерн?» «Я», — отозвался Ландер, поднимаясь с места, —


«Новик Бур?» «Я!» – здоровяк последовал примеру Ландера. «Новик Ростик?» «Он в лазарете», – подсказал фон Штерн.


«Ясно», — кивнул Войтович. «Так вот, господа, все названные мной новики уже поучаствовали в закрытии прокола, и, не получив от Стелла никакой награды, тем не менее стали сильнее, верно?»


Лучшее завершение урока было сложно придумать, и Войтович отпустил проникшихся новиков на боевую практику. На этот раз вопросов, на кое ли от нам сдалась эта полоса препятствий,


Больше не возникало. Каждое отделение работало не на страх, а на совесть. Ну а Камнев молча следил за тем, чтобы все до одного новики выкладывались по полной.


включая фон Штерна, Бура и меня. Для тех, кто справился с полосой препятствий, уровни сложности повышались.


заставлял нас бегать, и снова четыре часа пронеслись, словно миг, а я осознал, что день подходит к концу уже в столовой, с жадностью уплетая миску тушеных овощей.


Тело гудело от усталости, и мне жутко хотелось добраться до койки и отрубиться. И это с моей выносливостью, чего уж говорить о других новиках.


Наших сил хватило добраться до келей, наскоро принять душу рухнуть на кровати. Причем лично я заснул еще до того, как моя голова коснулась подушки.


Граф, слово предоставляется вам. На совещании в кабинете князя Михайлова присутствовали все те же. Наставник Камнев, назначенный князем ответственным за боевую подготовку,


Наставник Войтович в качестве одного из основных преподавателей текущего набора и граф Назыров, заместитель настоятеля по учебной части.


Не было только наставника Крысина, который находился в опале, и чей статус куратора был передан Камневу.


Пока что тяжело сказать, князь. Зам по учебной части заглянул в свой блокнот и сделал в нем пару пометок.


Но прогноз умеренно позитивный. Вот как?» – заинтересовался князь. «А если поподробней?» «Если поподробней, то передаю слово наставнику Камневу».


Назиров посмотрел на сидящего напротив воина, приглашая последнего высказать свое мнение.


«Из тридцати четырех новиков. У нас двадцать семь бездарных, и один лежит в лазарете без ступни», — начал Камнев.


Но при всем при этом, новики показали неплохие физические результаты при сдаче нормативов. Чем обусловлены данные показатели, заинтересовался князь.


«Совокупностью трех факторов», — отозвался воин. «Первое — высокая мотивация рядового состава. Второе — удачный сержантский состав».


Третье. Из 27 новиков 22 имеют за спиной службу в армии. Пока что ничего удивительного, пожал плечами князь, что до последнего то 80% попадающих к нам форточников...


Так или иначе служили. «Да, но раньше большая их часть до нас не доходила», — вмешался граф Назыров. «И наша аналитика зависела от отчетов дворянских родов».


Сейчас мы можем с уверенностью сказать, что предположения о повышенной милитаризации соседних миров подтвердились. Есть ли какой-нибудь практический толк из этого наблюдения?


Конечно, тут же отреагировал граф. Полученные данные позволят скорректировать курс подготовки.


Тогда начинайте ускоренную подготовку. Нам нужны закрытые проколы. На сегодняшний день в тундре находятся свыше тысячи незакрытых проколов.


«Хуже того, сегодня мне поступил рапорт о трансформации редкого прокола в уникальный». «Нам нужно больше высокоранговых послушников», — поморщился Камнев.


Но проблема в том, что количество обычных и необычных проколов, которые доступны для закрытия, падает. «Что значит доступные?» – переспросил князь.


«Все, кроме элиток», — хмуро бросил Камнев. «Согласно уставу храма, новикам запрещено закрывать элитки без соответствующего сопровождения».


«Они справятся без сопровождения?» — уточнил князь. «В теории да, но...» «Никаких «но», — отмахнулся князь. Граф, он посмотрел на своего заместителя по учебной части,


«Немедленно убрать этот пункт из устава!» «При всем уважении, князь, я категорически против», — нахмурился Назыров.


«Я уже пошел у вас на поводу и согласился на отправку пяти новиков. Мы все в курсе, чем это закончилось». «Они одаренные, граф», — напомнил Михайлов. «Риск был минимален».


«Значит, будут закрывать проколы со своими старшими товарищами», — рассердился князь. «Майор, это возможно?»


То, что князь обратился к Камневу не по титулу, а по званию, свидетельствовало о высшей степени его раздражения. «В теории да, но...» «Решено!» — отрезал князь. «Граф...»


«Я не согласен, князь». Михайлов прикрыл глаза и сделал несколько вдохов-выдохов. Это на Крысина он мог орать без стеснения. Да и Камневу, как младшему по званию, по статусу, да еще и должнику, мог высказать все, что думает. «С графом так говорить было нельзя».


«При каких условиях вы готовы дать свое согласие, граф?» — протянул Михайлов, взяв свои эмоции под контроль. «Не при каких», — начал Баланазыров, но остановив взгляд на Камневе, замешкался. «Хотя есть один вариант».


Из этого выйдет блестящая научная работа. Возможно... Возможно, она принесет мне следующий ранг. В кабинете повисла тишина.


Но научная работа, в основу которой ляжет социальный эксперимент, исследующая взаимосвязь новиков, проколов и стелы, может оказаться для графа тем самым пропуском.


Выбирая между риском для жизни одного Новика и возможностью получить восьмой ранг, выбор очевиден. Только через мой труп, глухо произнес Камнев, глядя в никуда.


Не нужно было быть гением, чтобы понять, кого граф хочет привлечь к своей научной работе. «Барон», — граф Назыров посмотрел Камневу в глаза.


Огнев уже закрыл восемь проколов, осталось всего тридцать два. Только через мой труп.


«Послушайте, барон», — граф стиснул блокнот, побелевший от напряжения рукой, — «дело не столько в ранге, что, признаюсь, моя сокровенная мечта».


Дело в науке. Только представьте себе, если теория подтвердится и Огнев получит от Стеллы секретный дар,


«Это все байки», — буркнул Камнев. «Легенды», — поправил воина-маг, «которые родились не на пустом месте. Подумайте только, секретный дар!»


Смертельный секретный дар, поправил мага Камнев, показывая, что он тоже в курсе легенды о закрытии новиком сорока проколов.


«Не важно, барон. Нет». «Дима», к разговору подключился Михайлов, «ты мне должен». Но барон, граф Назыров, решившись, отодвинул блокнот в сторону.


Мы все прекрасно понимаем, что стоит Огневу выйти из храма, как он тут же столкнется с серьезными проблемами. С Макса спросят все долги Пылаевых.


«На нас!» — упрямо поправил граф воин. Дмитрий прекрасно понимал, что граф с князем зажали его в угол, но сдаваться без боя не собирался.


«На вас не стал спорить Назыров. И я обещаю роду Пылаевых свое покровительство». «Даже так?» — Камнев устремил на мага задумчивый взгляд.


Покровительство рода Назыровых — неплохое подспорье как в будущей войне с Уваровыми, так и для дальнейшего развития рода. «Скажу больше», — кивнул граф.


В ответ на ваше согласие я помогу Новику Огневу развить энергоканалы и пройти родство со стихией огня. А вот это был удар ниже пояса.


Камнев уже долгое время думал, как он может помочь своему первому номеру в магическом плане и никак не мог найти выхода. И вот сейчас граф Назыров предлагал ему практически беспроигрышный вариант.


«Поверьте, барон, я сам заинтересован, чтобы Макс Огнев сумел закрыть 40 проколов». Граф выложил на стол последний козырь. «К тому же он единственный, кто может помочь остальным новикам выжить при закрытии порталов».


«Четыре дара — это четыре дара!» «Всё долго!» — решившись, Камнев посмотрел на князя, и тот неохотно кивнул. «Всё долго!»


Назыров с Камневым скрепили договор крепким рукопожатием, и князь Михайлов довольно улыбнулся. «Вот и отлично, господа. Ну а с вас, граф, я жду корректировки учебного плана». Князь бросил взгляд на стоящий на столе календарь и кивнул сам себе.


Итак, мамкины инженеры. Наставник Крылов взял с верстака рулон шкуры червя и продемонстрировал его аудитории.


Сегодня мы из этого замечательного ингредиента сделаем вот такую красоту. И наставник показал грубый на вид наручи.


Понимаю, выглядит непрезентабельно. Крылов поправил с пол шесть глаза окуляр и взмахнул свободной рукой.


Но эти малышки не только уберегут ваши предплечья от клинков противника, но даже заблокируют одну простенькую магическую атаку.


Вся эта неделя превратилась для меня и для всех новиков в бесконечный день сурка. Подъем, душ, боевая притирка, завтрак, боевая практика, обед, уроки истории, магии или инженерного дела, ужин и отбой.


Новики настолько уставали, что на выяснение отношений, чем баловались в свое время Бурс и Дешом, не было ни времени, ни сил.


А у меня, ко всему прочему, добавились ночные закрытия проколов. Камнев рассказал мне о случившейся в кабинете Михайлова беседе, и я вынужден был признать, что Дмитрий все сделал правильно.


Я не питал иллюзий и прекрасно понимал, что князь в любом случае продавил бы свое решение, а так удалось получить личного наставника по магии.


Но у всего была своя цена, и мне пришлось жертвовать своим сном. Впрочем, ночные проколы даже пошли мне на пользу.


Во-первых, большую часть времени я или медитировал, или спал. Дмитрий, вернувший себе десятый ранг, самостоятельно закрывал проколы в течение часа-двух.


Во-вторых, пребывание в проколах укрепляло мое тело и к вещи радости Виша закаливало энергоструктуру.


В-третьих, из каждого прокола мы с Дмитрием вносили всякие разные ингредиенты и золото с серебром. Так у меня в инвентаре лежали грея душу 10 золотых.


Ну а в инвентаре Камнева находилось порядка десяти наименований различных ингредиентов. По уму мне нужно было выждать еще две недели, чтобы увеличить количество и ассортимент торговых позиций.


Но тянуть дольше было нельзя. С завтрашнего дня, согласно новому указу князя Михайлова, новики должны были пройти крещение проколами.


Отношение к данному нововведению было, мягко говоря, неоднозначным. Послушники, живущие в храме от полугода и более, молча крутили пальцем у виска. С их точки зрения Михайлов стремительно сходил с ума.


Новики же, которые не были в курсе заведенных в храме порядков, относились к обязательному участию в закрытии проколов положительно.


Наш с фон Штерном и Буром пример служил для них зримым доказательством, что проколы — это сила, слава и хабар.


Наставники же заняли выжидательную позицию. С одной стороны, они не одобряли проводимую князем политику


С другой горячо поддерживали стремление новиков освоить как можно больше практических навыков, которые понадобятся для выживания. Кто-то больше, кто-то меньше.


Например, Войтович не просто вбивал в нашу голову историю Российской империи, но попутно рассказывал про Стеллу и про Колы.


Ну а наставник Крылов, который вел у нас инженерную подготовку, и вовсе в ущерб теоретическим лекциям помогал с изготовлением личных артефактов. Причем идею о личных артефактах подкинул именно я.


С одной стороны, я столкнулся с проблемой реализации ингредиентов. Чертов Крысин устроил мне настоящая торговая эмбарго.


С другой Камнев подсказал несколько семейных рецептов. «Да и ребятам чего уж там хотелось помочь?»


К своему первому закрытию прокола новики готовились максимально серьезно, и я решил повысить шансы ребят на выживание. Изобретать велосипед я не стал и предложил рассрочку.


Я предоставлял ингредиенты и рецепт, ну а новики обязались выплатить мне 15 серебряных монет после успешного закрытия прокола. Именно после успешного.


Таким образом, я как бы давал гарантированный результат. К тому же, как известно, мертвому деньги не нужны. Ну а поскольку на подготовку у нас была выделена всего лишь неделя,


Пришлось привлечь к своему бизнесу четырех помощников. Кожемяку Григория, Сотника Владимира, Егеря Ивана и неожиданно разбойника Степана.


С Григорием все было понятно. Будучи кожемякой или кожевником, он отлично умел управляться со шкурами, свежевать, готовить к выделке и так далее.


Владимира и Ивана я привлек в качестве бывших охотников. Мужики умели обращаться со шкурами. Ну а Степан попал ко мне в артель за великолепное владение ножом.


Практика быстро показала, что Григорий банально не успевает одновременно готовить шкуры и выделывать их. Поэтому я тут же рационализировал нашу работу.


Владимир с Иваном скоблили шкуры, осуществляя черновую подготовку. Степан без всяких сантиметров отрезал идеально ровные куски, ну а Григорий занимался непосредственно выделкой.


Тут-то и пригодились те самые необработанные шкуры, которые я все это время хранил в амулетном инвентаре. Правда, пришлось раскошелиться на зеле восстановления, которое помог достать камнев.


Но к последнему уроку инженерного дела у нас оказалось 43 заготовки под наручи.


На ручьи, по заверениям сначала Камнева, а потом и Крылова, не только отлично защищали предплечья, но и действительно могли выдержать слабенький магический удар.


Ну а пока мои помощники занимались выделкой шкур, я занимался, казалось бы, бесполезным делом, заключал с новиками договоры.


По идее мне, как купцу, достаточно было скрепить сделку рукопожатием. Стелла все равно фиксировала все происходящее в храме, но у меня был план.


Я не просто заключал договоры. Я то невзначай предлагал купить Нурсы, жемчужины для чудо-самострелов фон Штерна, то сетовал на нехватку важнейших компонентов,


то обещал платить золотом за любую информацию о Нурсах. Я ни на секунду не забывал о выданной стеллой миссии по разорению Крысина и начал постепенный прогрев рынка.


Да, новый указ князя об обязательном участии в закрытии проколов внес серьезные корректировки в мой план, но глобальный ничего не поменял.


Просто если раньше я планировал сделать ставку на самострелы фон Штерна и запустить слух о жутко полезном ингредиенте под названием НУРС, то сейчас пришлось начать с наручей.


В моих интересах было сохранить как можно больше новиков. Во-первых, это какой-никакой социальный капитал, а во-вторых, именно эти люди и станут основой серого рынка.


В общем, в сухом остатке план был использовать последний урок инженерного дела для создания наручей. Тут и повышение защиты личного состава, раз,


Моя репутация командира, который не просто заботится о своих подчиненных, но и в курсе полезных нововведений, — два. Но в процессе я не забывал поднимать ажиотаж вокруг Нурсов.


Никто не знал, что это такое и где их взять, но все уже очень сильно хотели их себе заполучить. Ведь за какую-то неделю среди новиков прочно укоренилось следующее мнение «Наручи — это защита, Нурсы — это атака».


Все хотели заиметь суперкрутой, как у фон Штерна, самострел, и большая часть новиков делала ставку именно на проколы. «Причем здесь самострелы Нурсы?»


Да при том, что я усиленно распространял слухи о всемогуществе Нурсов, мол, с ними самострелы фон Штерна могут прибить даже Альфу.


В итоге форточники спали и видели, как они выносят из проколов целые сумки нурсов. Но для этого требовалась сущая малость выжить,


Вот почему на уроках наставника Крылова стояла гробовая тишина, и новики жадно ловили каждое слово пожилого уже инженера.


Благодаря Новику Огневу и его помощникам, Крылов кивнул в нашу сторону, у нас есть готовый материал. Рецепт же лежит перед каждым из вас.


Первые 10 человек получат дополнительный материал и рецепт по ножей. Инженер обвел строгим взглядом притихших новиков и сверкнул своим окуляром.


«И чего вы ждете, мамкины инженеры? Время пошло!» В огромной мастерской мгновенно закипела работа, и я, убедившись, что все заняты созданием наручей, направился к Крылову.


«Ты уверен?» — сказать, что Виш был в восторге от происходящего, ничего не сказать. «Дракончику отчего-то нравилось, когда целая орава одаренных дружно работала над каким-то проектом».


Единственное, что вызывало его сомнения, был мой экзаменационный продукт, о котором я и хотел поговорить с наставником Крыловым.


«Вишь», — мысленно отозвался я, аккуратно обходя увлекшегося работой Бура. «Мы же решили, что лучшим стартом моей будущей империи будет север страны. Как там, Николаевск?»


«Николаевка», — поправил меня фамильяр, — «самый север империи. В тех местах столетия назад отгремела Вторая магическая война, и с тех пор там сильный магический фон».


Если повезет, можно продержаться там до пятого ранга. Свеча не сможет пробиться сквозь осадочный фон стужи. Стужи?


Долгая история, отмахнулся Виш. Если вкратце, норвежцы после потери всего своего флота обратились к запретной магии предков и превратили сотни километров земли в ледяную пустыню.


«И мы поедем туда жить?» – ужаснулся я. «И вообще, на кой Российской империи нужна эта глушь? Я понимаю, там была бы нефть, а так...»


«Для начала это лучшее место для одаренного», — заверил меня фамильяр. «Север — одна из немногих локаций в этом мире, где условия приближены к условиям проколов».


Места буквально пропитаны магией. Чем ближе эпицентр, тем сильнее. Теперь понятно. Магия местная нефть.


А еще та же треска из Норвежского моря ценится в пять раз дороже, чем из Баренцева. Рыба — это наш путь в купцы, Макс.


«И я решительно не понимаю, зачем тебе такое ненужное изобретение». Под ненужным изобретением Виш имел в виду будущую мотособаку, артефакт, который, по моей задумке, заменит на севере лошадей и упростит логистику между населенными пунктами.


Мой фамильяр всеми лапами был за патентование огневского, ну или огневого траления. Я забыл, как в действительности назывался этот метод промышленной ловли рыбы.


то ли патологический, то ли логический, и решил присвоить ему свою фамилию.


Я примерно представлял себе конструкцию самой сети и общий принцип ловли, поскольку один из моих коллег был фанатом промышленной рыбалки и мечтал открыть свой консервный завод.


К слову, консервный завод тоже казался Вишу беспроигрышным вариантом. Но я в этом вопросе был неумолим. Проработав в отделе логистики, я как никто другой знал, что подчас доставка товара важнее самого товара.


И если раньше я никак не мог понять, на кой черт Илюха посадил меня, менеджера по продажам, в отдел логистики, то сейчас был ему безмерно благодарен.


Если товарка — это кровь бизнеса, то логистика его артерии. И я, к счастью, понимал, как обратить логистику себе на пользу. «Нет, Виш», — я мысленно покачал головой.


Наша задача — довести товар до конечного потребителя быстро и качественно. Тогда давай лучше займемся консервами, Виша не думал сдаваться.


«Представь только, рыбу не нужно будет никуда везти. Бац-бац, и скоропортящаяся рыба превращается в продукт длительного хранения». «Дорого», — я покачал головой, — «не потянем».


А мотособака — самое оно. К тому же Стелла выдала мне в награду средний энергетический кристалл. Считай, самый главный ингредиент у меня есть.


«Ну, как знаешь», — сдался Виш. «Но если Крылов тебя пошлет, будем делать огненное траление». «Посмотрим», — уклончиво отозвался я, добираясь, наконец, до пожилого инженера.


«Наставник Крылов, разрешите обратиться?» «Ты мне эту военщину бросай, давай, Огнев!» — проворчал пожилой инженер. «Почему наручи не делаешь?»


«Мне не нужно, да и материала у нас не сказать, что сильно много. Пусть уж лучше ребятам больше достанется». «Ну и зря, Огнев», — ворчливо заметил Крылов, склоняясь над своим личным верстаком.


«Самоуверенность до добра не доводит. Да и Камнев не всегда будет рядом. Ну да ты это и сам понимать должен. А если не понимаешь, значит дурак».


«Понимаю, наставник», — не стал спорить я. «Если понимаешь, что на кой лет тогда пришел, или хочешь, чтобы я тебя делом занял, так это я мигом».


«Я насчет экзаменационного проекта посоветоваться хочу. Угроза инженера найти мне занятие мне не понравилась, и я поспешил перейти к делу. С опытным мастером. Вот только не надо мне задницу лизать, огнев!» — поморщился пожилой, уже одаренный.


Ты эти фокусы для крысина оставь. Какой еще экзамен, огнев?» «Досрочный мастер. Я и не подумал смущаться. Выпускной».


«Даже не думай», — замахал руками старичок. «Наручи эта вещь полезна, не спорю. Но никакой творческой реализации здесь и не пахнет».


А я и не про наручи посоветоваться пришел. По крайней мере, Крылов не стал возмущаться насчет долгосрочного экзамена, и это вселяло надежду.


«Есть у меня одна интересная задумка, мастер». «А ты, Огнев, как я погляжу, совсем насчет закрытия прокола не волнуешься?» — прищурился наставник.


«А чего там волноваться?» — удивился я. «Под моим началом будет целое отделение, да еще и Камнев». «Камнев?» — нахмурился Крылов. «Уверен?»


«Это же логично», — я закатил глаза. «В первый раз Новиков лучше отправить в сопровождении опытного воина, ну а потом уже полегче станет». «Ну-ну», — покачал головой Крылов. «Так-то оно так, да не так».


«Все равно не находишь, что вопросы насчет экзаменационного проекта несколько преждевременны». «Нормально», — не согласился я. «К тому же, пока ребята заняты делом, у вас есть время. Так чего бы не спросить?»


«Ладно, валяй», — сдался Крылов. «Мамкин ты инженер». «Тройные лыжи. Я достал приготовленные ночью наброски».


Короб, в котором находится механизм, седло-руль. Данная придумка будет иметь 10 лошадиных сил. «Как-как?» — переспросил Крылов. «Лошадиных сил?»


«Ну, это я образно», — поморщился я, не горя желанием углубляться в нюансы измерения единиц мощности. «Она сможет тянуть десять телег. А что за механизм?»


Гусеничная платформа, приводимая в движение за счет тройных шестеренок. Те, в свою очередь, будут запитываться от энергетического кристалла.


«Как ты сказал? Мотособака?» Крылов в задумчивости пожевал губами, разглядывая корявый чертеж. «Что за дурацкое название? Ее так в моем мире называют», — я пожал плечами.


«Как бы замена собачьим упряжкам». «Хочешь сказать, не сам придумал», — прищурился инженер. «Не сам», — признал я. «Так сказать, позаимствовал технологическое решение у своего мира».


«А не боишься, что не засчитаю?» «А что, не засчитаете?» Про наставника Крылова в храме ходили разные слухи, но все без исключения послушники сходились в одном.


Старый инженер был не дурак и прекрасно понимал, что самостоятельно изобрести что-то форточники вряд ли могли. А вот выдать технологию своего мира за личное изобретение – пожалуйста.


Крылову же было плевать на авторское право и патенты. Главное, что он ценил в форточниках, были честности, приносимые ими технологии.


Собственно, поэтому я и не боялся признаваться в том, что эта технология, скажем так честно, позаимствована. «Засчитаю», — усмехнулся инженер. «За месяц управишься».


Если с гусеничной платформой поможете, то управлюсь. А еще Крылов терпеть не мог самоуверенных индюков и обожал сам участвовать в процессе создания чего-то нового.


Хорошо, я широко улыбнулся. Спасибо, мастер. Андрей Иванович, улыбнулся инженер. Спасибо, Андрей Иванович, поклонился я. Все, Огнев, Крылов напоказ нахмурился. Шуруй отсюда.


«Вон, фон Штерну, помоги руну сопротивления правильно выжечь». Я же, стерев с лица довольную улыбку, еще раз поклонился и потопал к верстаку Ландера.


«Ну ладно», — неохотно протянул Виш, развалившись у меня на плече. «Возможно, это твоя мотособака — неплохой вариант». «Конечно, неплохой», — усмехнулся я.


И самое главное, ее реально успеть сделать за месяц. Про пользу и вовсе молчу. Представь только, провести торговый караван в самое холодное время.


«Звучит интересно», — кивнул Виш. «На севере, бывает, по три месяца снабжение прекращается из-за метелей. Товары в три раза в цене поднимаются».


«Вот это и будет моим выпускным экзаменом», — решил я. «Закуплю рыбу на берегу Норвежского озера и доставлю ее в империю».


А как все устаканится, заглянем в парочку мест, проверим развалины усадьбы пожарских. Звучит как план. «Камнево, как я понимаю, ты заберешь с собой».


«Конечно, надо только придумать, как расплатиться с Михайловым. А портального мастера?» «Инокентия-то, — уточнил я, — нет, ему на некоторое время надо будет остаться в храме, иначе подозрительно выйдет».


«Согласен», — кивнул Виш. «А с Крысиным что будешь делать?» «Да есть парочка идей», — расплывчато ответил я. «Но для начала проверну аферу с жемчужинами».


«Думаешь, выйдет? Крысин хоть подлец и предатель, но не дурак». «Выйдет. В этом я был уверен на все сто. К тому же фон Штерн в курсе и, если что, поддержит легенду».


С Ландером я действительно успел перекинуться парой слов. Он заверил меня в своей поддержке и помощи, ну а я взамен пообещал ему подсобить в изготовлении и, самое главное, в продвижении его самострелов.


«Успеешь?» — с сомнением протянул Виш. «Должен. Главное, чтобы закрытие проколов не заняло много времени. Хотя, учитывая, что с нами будет Камнев, уложимся за парочку часов».


«Хорошо бы», — вздохнул фамильяр. «А то мне не понравилась реакция Крылова. Не придумывай, Виш!» — отмахнулся я, подходя к верстаку фон Штерна.


Все будет хорошо. К сожалению, в тот момент я еще не знал, что по решению князя, в том числе благодаря интригам Крысина, мое отделение пойдет на закрытие прокола уже через пару часов.


Сразу же по окончанию инженерного дела. Но что самое неприятное, мы пойдем одни, без поддержки в лице Камнева.


«В смысле новики идут одни? Я с удивлением посмотрел на Камнева».


Воина нагрузили, срочно придумали якобы очень важное задание,


И пока все три отделения стояли по стойке смирно и сгорали от любопытства,


Промежуточный зачет? Я с трудом удержался от того, чтобы хлопнуть себя по лбу. Это что еще за ересь?


Обычная подстава Виш не разделял моего удивления. Наоборот, удивительно, что выдалась относительно спокойная неделя.


«Штраф в потере ранга». «Ого!» — я покачал головой. «А что насчет награды?» «Какой награды?» — не понял Камнев.


Сразмежный штрафу, пояснил я. Дай догадаюсь, приказ принес Крысин? Михайлов оставил его своим в Рио.


Потому как сморщился Камнев, было видно, что он сам в шоке от выкрутасов князя. «Он, кстати, ждет тебя и твое отделение в портальном зале. Не забудь выбить из него всю положенную Новиком снарягу».


«Обязательно!» Я оглянулся на свое отделение. «Есть информация насчет проколов?» «Гарпии!» Еще больше погрустнел Камнев.


«Макс, может, стоит покинуть храм? Ты совсем, что ли? Сказать, что я пешил, ничего не сказать. Сначала один предлагает сбежать из храма, теперь вот второй».


«Справимся, Дмитрий Иванович?» «Знаешь, Макс, Камнев покачал головой. Если раньше я и питал какие-то иллюзии насчет Михайлова,


то сейчас все окончательно встало на свои места. Как только выполним условия договора, валим отсюда. А что, были какие-то другие варианты? Машинально уточнил я, обдумывая предстоящую вылазку.


«Да так», — смутился Камнев. «Просто я думал обосноваться на пару лет в храме. Подальше от дворянских интриг и поближе к проколам».


«Волков боятся в лес не ходить», — пробормотал я. «Что по проколу?» «Необычный». «Элитка?» «Нет».


Сколько гарпий нас ждет? От сорока до сотни. Отлично. В голове сам собой сформировался план прохождения прокола. Что с остальными отделениями?


В приказе написано «Отправить второе и третье отделения на закрытие прокола сразу же после возвращения первого».


В общем, не парься, все будет нормально. Я как мог успокоил Камнева. Мы зайдем за луками и арбалетами и перестреляем этих гарпий как куропаток.


«Ты главное помни про наш план». «Нурсы?» — уточнил воин. «Помню». «Но знаешь, Макс, если бы не твоя просьба, я бы не в жизни стал торговать с Крысиным».


«Надо!» — я добавил в голос Стали. «В первый раз продай штук пять-семь. Может, лучше в морду ему дать. Это всегда успеется», — одернул я воина.


С явной неохотой пять нурсов, хорошо? Хорошо. Судя по реакции Камнева, воин, прежде чем продать нурсы, намеревался хорошенько помотать крысину нервы.


Все, Дмитрий, до встречи. До встречи, Макс. Прогудел воин и протянул мне свой клинок и родовые наручи. Держи, авось пригодится. Спасибо. Расстроганно произнес я, принимая артефакты.


«Клинок в полную силу раскроется только в твоих руках», — предупредил воин. «Удачи!» «Это всего лишь необычный прокол», — напомнил я воину.


Кстати, можно фон Штерна на пару слов задержать? Без проблем, кивнул Камнев и, повернувшись к застывшим новикам, повысил голос.


Второе и третье отделения сейчас идут на боевую подготовку. Новик фон Штерн, подойти ко мне. Новик Бур, принимай командование над отделениями.


«Второе и третье отделение за мной бегом марш!» — гаркнул Бур и, кивнув мне, двинулся вперед, показывая пример остальным новикам.


Если новики и удивились, почему первое отделение осталось стоять на месте, то вида не подали. Камнев в плане дисциплины был строгим наставником.


Фон Штерн дождался, пока 20 форточников, преследуемые злым Камневым, исчезнут в коридоре и подошел ко мне. «Какие-то проблемы, Макс?»


«Крысин, сволочь, подгадил», — поморщился я. «В связи с этим у меня будут две просьбы». «Помогу, чем смогу», — не задумываясь, отозвался Ландер. «Спасибо, дружище», — кивнул я.


«Первое — самострелы. Мы идем против гарпий, нужно подстраховаться». «У меня осталось пять штук», — вздохнул фон Штерн. «Забирай три».


«Еще раз спасибо, друг. Я оценил широкий жест товарища. Но двух хватит за глаза». Фон Штерн спорить не стал, и два самострела тут же перекочевали мне в инвентарь.


Второе. Рано или поздно к тебе подойдет крысин. Скорее всего, это будет после закрытия прокола. Скорее всего, будет щемить тебя насчет сдачи ресурсов.


«Щемить?» — не понял фон Штерн. «Пытаться прогнуть», — объяснил я. «Ты для виду поупирайся, а потом отдай ему весь хабар, который мы вынесем из прокола».


«Ты с нами пойдешь?» — уточнил Новик. «Обязательно», — кивнул я. «Хорошо». Фон Штерн одним кивком выразил радость от того, что я иду с ними, и подтвердил выполнение просьбы.


«А когда увидишь вот такие штуки...» — я бросил в обмен одну жемчужину. «Выкупай за любые деньги». «Нурсы», — понятливо кивнул Ландер. «То самое, о чем мы с тобой говорили...»


«Именно. У меня есть конфиденциальная информация, что благодаря этим малюткам твои самострелы будут стрелять в разы лучше». «Выкуплю у крысина все, что будет», — пообещал фон Штерн.


«А тебе с парнями удачи в проколе!» «Спасибо», кивнул я. «Вы тоже готовьтесь, следующим пойдет твое отделение».


«Всегда готовы», — усмехнулся Ландер и бросился догонять своих ребят. Я же, проводив его взглядом, посмотрел на своих орлов. «Владимир?»


«Я», — отозвался командир отделения, «мы идем на закрытие прокола, предполагаемый противник гарпии, приказываю вооружить личный состав арбалетами и копьями».


«Луки?» — по желанию, не стал запрещать я, кто умеет. «Уж то-что, а пострелять нам придется». «Мы с Иваном возьмем луки», — прикинул Владимир.


Илларион, Григорий, Назар, Василий, Борис и Матвей возьмут арбалеты. Степан с Леонидом вооружаться копьями. Ну а Антон будет морок на вражин наводить.


«Отличный план», — одобрил я. «А теперь за мной навстречу подвигам. Шагом марш!» В портальном зале нас ждал довольный Крысин.


Наверняка этот негодяя предвкушал, что я начну возмущаться или качать права, но я не доставил ему такого удовольствия. Спокойно убедился, что каждый из новиков получил комплект снаряжения,


и проконтролировал, чтобы у каждого был запас болтов или стрел. На подначки скупщик и не реагировал, даже когда он завел свою шарманку про роту варвах.


А в ответ на требование сдать все ингредиенты по возвращению, лишь усмехнулся. Ну и под конец, когда Владимир вооружился и построил отделение, я демонстративно надел на себя наручек камнева и взмахнул огненным клинком.


То ли у меня у самого получилось поделиться с ним силой, то ли Виш помог, но вспыхнувший огнем клинок произвел на всех неизгладимое впечатление.


«Да, опыт зачистки прокола Бескамнева у меня был. К тому же сейчас в моем отряде было в три раза больше бойцов. Но это не повод расслабляться».


«Шапка закидательской отношения еще никого не доводила до добра», — подтвердил Виш, наблюдая за тем, как Владимир с Иваном натягивают на луки тетиву. «Как обычно?»


«Как обычно», — мысленно подтвердил я. «Ты на разведку, я прикрою ребят магией». «Странно, наверное, слышать такое от дракона», — Виш иронично улыбнулся. «Но... не жалей золота, Макс. Используй минимум две монеты».


«Тебе легко говорить», — поморщился я, дожидаясь, когда Владимир справится с тетевой. «Знаешь, как жаба душит». «Считай это инвестиции в себя», — отмахнулся фамильяр.


К тому же закрытие этого прокола окупит все наши вложения. В гнездах гарпий попадается много всего интересного. Сложность, как я понимаю, в том, чтобы туда попасть.


«Абсолютно верно. Но у тебя есть я. Один золотой, и я организую доступ напрямую в твой личный инвентарь». Звучит заманчиво. «Но не будем делить шкуру неубитого медведя, Виш».


«Ты хотел сказать «гарпии?»» — ухмыльнулся дракончик. Отвечать Вишу я не стал. Мало того, что это был риторический вопрос,


Так еще и Владимир закончил с тетевой и ждал моей отмашки. Форточники, несмотря на то, что это был уже не первый портал в их жизни, заметно рабели.


«Заходим и рассредоточиваемся», — приказал я, направляясь в зону отчуждения. «Слушаем команды Владимира. Антон, ты со мной. Будем прикрывать наших».


Мечом не удержался от комментариев Степан, который до сих пор не мог принять того факта, что из главы разбойников превратился в рядового.


«Увидишь?» — усмехнулся я и, убедившись, что Владимир ведет Новиков за мной, шагнул в желтую рябь прокола. Виш тут же сорвался с плеча и взмыл в ясное небо.


«Повезло с погодой», — сообщил фамильяр. «Но есть нюанс. Не томи», — отозвался я, отходя в сторону и машинально расходуя золотой на магический щит.


Гарпии не дуры, чтобы атаковать при такой видимости, а погода в горах быстро меняется. И действительно, с горной площадки, на которой мы оказались, открывался великолепный вид на горы, и все бы ничего, но с запада небо потихоньку затягивало тучами.


«Я вижу как минимум семь тайников, Макс», — успокоил меня фамильяр. «Мы вынесем отсюда минимум тридцать золотых». Я ничего не имел против обмена один к десяти, поэтому, не раздумывая, выпил еще одну монету. «Вот», — довольно протянул Виш, — «совсем другое дело».


Первая пятерка уже заходит на пикирование. «Заходят от солнца», — продублировал я. «Майор дал мне приманку, поэтому атаковать гарпии будут меня».


«Иван, мы с тобой к луну», — тут же сориентировался сотник. «Остальные вон к тем камням. На солнце не пяльтесь».


Контролируйте небо над нами с Ваней. Степан, Леонид, прикрывайте Макса. Антон! Антон, иди с Владимиром и будь готов прикрыть наших стрелков туманом. Я пришел на помощь сотнику, который понятия не имел, что делать с магом-недоучкой.


Изначально я хотел держать магика при себе, но немного подумав, понял, что это будет неудобно.


Придется не только отбиваться от гарпий, но еще и страховать пацана. Новики быстро заняли свои позиции. Спустя несколько минут томительного ожидания над площадкой появились первые гарпии.


Надо заметить, что гарпии оказались чертовски быстрые. И я моргнуть не успел, как едва заметные точки превратились в покрытые перьями тушки полуженщин-полуптиц. Судя по ошарашенным взглядам наших арбалетчиков, появление гарпии прохлопал не только я один.


«Данк! Данк! Фьють! Фьють! Данк!» Новики стреляли, словно заведенные.


Адреналин так и хлистал, арбалетные болты летели во все стороны. Владимир, срывая голос, крыл матом впавших в раж форточников. К счастью, мы смогли отбить первую пробную волну из пяти гарпий без жертв.


Грамотное командование Владимира, правильный выбор оружия и моя золотая аура превратили непростое испытание в легкую прогулку.


Мне даже не пришлось прибегать к помощи самострелов фон Штерна. По итогу зачистка прокола закончилась со следующим счетом.


Честно говоря, как-то подзабыл, что перья гарпий очень ценятся во внешнем мире. На его официальный запрос показать содержимое инвентаря


Я как бы нехотя продемонстрировал крысину ожерелья и пяток серебряных монет. Ожерелье скупщик тут же реквизировал, забрав его якобы в уплату за потерянный арбалет, да еще и штраф наложил на все отделение.


Глаза крысина стоило ему увидеть ожерелье и услышать реплику кого-то из новиков,


Вот только порадоваться толком я не успел. Разобравшись с Хабаром, Крысин отправил первое отделение сдавать промежуточный зачет, то бишь отдыхать, а на смену моим парням пришли ребята фон Штерна. Увы, но мне покой только снился.


Нечаянно ломали выданные копья в луны, теряли сознание от страха и получали легкое сотрясение от отрезвляющих оплеух своих командиров. Я прикрывал форточников как мог, стараясь вмешиваться только в критические моменты.


И умереть в обычном или необычном проколе, находясь в окружении дюжины здоровенных лбов,


В общем, я помогал новикам как мог, но золото на их защиту тратить не стал.


Я заработал в общей сложности 45 золотых и целый инвентарь взятых с нежити ингредиентов.


В конце этого чертовски долгого дня, когда я сводил все три отделения в проколы,


Ко мне подошел наш теневой магик, и у нас состоялся короткий, но очень интересный разговор. «Макс, тут такое дело!» — сбежавший из Академии магик мялся, словно девчонка. «Даже не знаю, как тебе сказать».


«Говори как есть, Антон», — посоветовал я. «Без обид, но я жутко хочу спать». «Как бы так сказать», — начал было магик, но, заметив, как я нахмурился, тут же перешел к делу. «Наставник Крысин, продолжай».


Он расспрашивал меня про Нурсы и... и заставил меня рассказать, зачем они тебе нужны. Жаль. Мне стоило больших трудов демонстративно поморщиться.


«Но спасибо, что рассказал. Ты ни в чем не виноват, Антон. Я не в обиде». «Но в следующий раз он может снова потребовать рассказать всякое».


«Ты Новик, он наставник», — отрезал я, радуясь про себя, что у меня появился канал для скармливания крысину дезинформации. «Так и должно быть. Не парься, Антон».


— Правда? — Спасибо, Макс. — Без проблем, Антон. И да, если сможешь раздобыть Нурс, то я куплю его у тебя за любые деньги.


Парнишка ненадолго завис, и я думал, что он так уйдет, но Магик все же не выдержал и поинтересовался. «Но зачем они тебе, Макс?»


«Это настолько наивно, что мне его даже жаль», — усмехнулся Виш. «Ведь он только что признался, что Крысин взял его в оборот. Интересно, что он ему пообещал».


«Наверняка что-то связанное с магией», — предположил я, а вслух сказал совсем другое. «Это секрет, Антон, но тебе так и быть скажу».


Дело в том, что я продаю их в обход крысина портальному смотрителю. Зачем? А черт его знает. Может, порталы ими заряжает, может, солит. Берет и ладно.


И дорого берет. А вот это уже, Антон, секрет фирмы. Да, я понимаю. Вот и ладушки, Антон. Я спать. Да, доброй ночи, Макс.


Пожалуй, впервые за все мое пребывание в храме я засыпал широкой улыбкой от уха до уха. Крысин не просто попался на мой крючок.


Глава пятнадцатая. Ну что, Макс, все готово? По идее, да. Я еще раз мысленно пробежался по плану,


и чуть ли не в сотый раз принялся проверять работу мотособаки. С момента боевого крещения Новиков прошел месяц, и проколы перестали быть для нас чем-то страшным.


«Да, не обошлось без смертельных случаев, да, Крысин все так же гадил, но жизнь в храме вошла в колею, что ли? Когда живешь в постоянной смертельной опасности, начинаешь потихоньку к ней привыкать».


Страх смерти или же неудачи, как оказалось для некоторых это актуальнее, никуда не девается. Но организм, привыкая жить в таком ритме, адаптируется.


И вот спустя какой-то месяц ты уже сам ждешь вылазки в прокол. Не просто признавать, но за те пять недель, которые мы провели в храме,


Из нас сделали самых настоящих адреналиновых наркоманов. И если я благодаря Вишу прекрасно осознавал, что происходит,


то остальные новики свято верили, что наконец-то нашли в этом мире свое место. И мне трудно было их судить. Посещение проколов щекотало нервы, раз,


делала нас капельку сильнее 2 и, наконец, служила отличным источником обогащения 3.


Дошло до того, что в какой-то момент по храму прокатилась волна дуэлей за право закрывать сверхурочные проколы.


Впервые за последние несколько лет храм смог выполнить месячный план по закрытию проколов, а Михайлов был на седьмом небе от счастья.


Князь мыслями уже был в столице и вовсю готовился к триумфальному возвращению ко двору. Этим он, кстати, окончательно разочаровал Камнева.


Воин втайне надеялся, что Михайлов вернется в армию, но князь решил сменить тяготы армейской службы на придворные интриги.


Казалось бы, какое мне дело до триумфального возвращения Михайлова ко двору? Как оказалось, самое прямое. Поскольку храм, да и империя, как я понял, переживали не самые лучшие времена финансирования,


Было серьезно урезано, и наставников можно было пересчитать по пальцам. Настоятель храма, князь Александр Алексеевич Михайлов, будучи воином-полководцем 7-го ранга, пребывавший на текущий момент в чине полковника.


Его зам по учебной части граф Иван Сергеевич Назыров, маг ученый седьмого ранга, статский советник и наставник по магической подготовке.


Барон Дмитрий Иванович Камнев, единственный воин-привратник 10-го ранга, уволенный из армии в чине майора, выступающий одновременно и в качестве наставника по воинской подготовке,


и в качестве неофициального куратора Новиков. Андрей Иванович Крылов, инженер-изобретатель седьмого ранга, наставник по инженерной подготовке и местный энтузиаст технического развития страны.


Иван Алексеевич Войтович, маг-иллюзионист седьмого ранга, наставник по гуманитарным предметам, то бишь по истории и культуре империи.


Лука Антонович Крысин, инженер-подборщик седьмого ранга, официальный куратор новиков и не менее официальный скупщик храма.


Иннокентий Сергеевич Жарков, я все-таки узнал его отчество, маг-портальщик девятого ранга, портальный смотритель и, как оказалось, неофициальный торговец храма.


По крайней мере, это были те одаренные, которые взаимодействовали с новиками и которых я знал лично. Из этих восьми одаренных нами занимались всего четверо – Назыров, Камнев, Войтович и Крылов.


в то время как количество новиков перевалило за 100 человек. Основной пик прибытия форточников пришелся на первые две недели,


И это, по словам наставников, было в порядке вещей. Дважды в год, в конце марта и в конце сентября, форточники шли непрерывным потоком.


В прочие месяцы форточники тоже оказывались в этом мире, но их количество резко падало. Один-два в неделю, не больше.


И я, честно сказать, был рад, что основной пик прибытия форточников подошел к концу. Почему? Да потому что забота о новеньких упала на мои плечи.


Поскольку наставники зашивались и даже не успевали проводить уроки, то старички Яфон, Штерн, Бур, Линок, Кирик и Хлостя вынуждены были подключиться к этому процессу.


как нетрудно догадаться в качестве сержантского состава. Был, правда, еще и Ростик, которому вместо ступни поставили протез, но парень был совсем плох.


После смерти Илона из Новика будто бы вынули стержень и он полностью замкнулся в себе. Я пытался пару раз Ростика разговорить, но похоже именно меня он и винил во всех своих бедах.


Фон Штерн и Бур тоже пробовали растормошить парня, но он все равно отказывался идти на контакт. Как ни прискорбно, Ростик сам сделал свой выбор.


У него был шанс проявить себя в инженерном деле, собственно, единственный путь, который ему оставался. Но вместо этого Ростик предпочитал жалеть себя.


И не просто жалеть, но еще и украдкой делать мне подлянки. Гвоздь в сапоге, вылитая в постель ведро воды, подброшенная под подушку гнилая рыба.


Каждый раз Ростик бывал сильно бит и на несколько дней отъезжал в больничку. Вот только по возвращению все начиналось сначала.


Мне и так хватало проблем. Управленческих, экономических, магических и военных. А тут еще этот чертов ростик.


Вот ей-богу, время от времени я всерьез задумывался о том, чтобы его по-тихому придушить. Руководство сотни форточников.


Торговая афера по разорению Крысина, закрытие проколов, подготовка к досрочной сдаче экзаменов, индивидуальные задания с Назыровым.


Все это сжирало время, и мелкие гадости обиженного на жизнь Новика были уже за гранью добра и зла. Да и потом Степан, который так и не оставил своих амбиций,


тоже время от времени подкидывал проблем. То зацепится с кем-то из форточников, то начнет сколачивать свою коалицию. И если раньше Владимир с Иваном держали его в узде,


то после расширения корпуса Новиков до сотни человек, следить за Степаном стало несколько проблематично. Да, можно было сформировать отделение из таких же проблемных типов, как Степа, и поставить его командиром,


Но это было бы выстрелом себе в ногу. Кому нужно отделение, командир которого упрямо продвигает разбойничьи порядки? Вот и приходилось разрываться между новиками, торговыми делами и учебой.


Замерял магический потенциал после закрытия проколов. Высчитывал емкость внутреннего источника. Вел подробный дневник физических и магических изменений.


В общем, граф Назыров с головой ушел в написание научной работы. Да, это раздражало, да, приходилось скрывать текущий в моих жилах истинный огонь, благо его было немного, но я в любом случае был благодарен графу.


За какой-то месяц я стал вполне себе уверенным пользователем огненной магии и сформировал понимание моего дальнейшего развития.


Но с другой стороны, я получал на выхлопе самое главное. Крысин, несмотря на всю его ко мне неприязнь, окончательно уверился в редкости и ценности Нурсов,


И именно сегодня я планировал его разорить. Вот только для этого нужно было нанести последние штрихи. Вообще с торговлей в храме сложилась любопытная ситуация.


По сути, новики и послушники должны были сдавать хабар крысину в обмен на серебро или храмовую репутацию. На деньги можно было приобрести нестандартное оружие и обмундирование.


а репутационные очки при удаче поменять у Стелла на что-то полезное. Вот только Крысин давал настолько мизерную цену, что послушники предпочитали вести натуральный обмен между собой.


Кому-то нужны были ингредиенты для зелий, кому-то для артефактов, кому-то для инженерных проектов или укрепления брони. Четкого курса обмена не было и новики обменивались интуитивно на глазок.


Помимо Крысина существовал еще один рынок. Иннокентий Сергеевич, портальный смотритель, давал хорошую цену, но всякая мелочь его не интересовала. Можно сказать, что у Жаркова предпочитали отовариваться уже опытные послушники, которые готовились к жизни после храма.


Но по факту выбора у форточников не было. Обмениваться ингредиентами друг с другом было не всегда удобно. Сдавать хабар крысину невыгодно, а портальный смотритель и вовсе игнорировал молодых.