Название мне не видно, но в стороне стоит. Неплохо бы автобус собой притаранить. Пригодится на будущее. Дальше за автостанцией офисы стоят. В одном выбиты окна, в другом целые.


Небольшие двухэтажные кирпичные домики. Там может быть что-то полезное для нас? Вряд ли. Оргтехника и компьютеры нас мало интересуют. А вот дальше магазин инструменты.


Вот он может заинтересовать. И ещё дальше ночной клуб. Высокое большое здание называется «Матрица». И афиши висят. Диджей модный приезжает.


«Диджей Агент Смит. Разобрал я на афише. Интересно, где сейчас этот Агент Смит? Не жрет ли трупы на мостовой?» «Точно. Вон он в красной рубашке».


Весь модный такой, урвал кусок мяса и в сторону отбежал. Давится, но ест. Так, а это что там? Машут красной тряпкой. С крыши.


«Это из самой матрицы две фигуры машут тряпкой и кричат». Махнул рукой в ответ. «Наши выстрелы их привлекли. Вылезли на крышу и машут. Значит, тут есть выжившие».


«Мы пока, конечно, заняты немного, но как только закончим таскать стволы, на обратном пути захватим этих людей». «Внимание всем!» — сообщил я в рацию.


На крыше клуба с названием «Матрица», справа через дорогу от нас, наблюдают двух человек. Нам машат руками, как приняли. В эфире повисла пауза, и я повторил сообщение ещё раз.


«Ну что ж, это год. Захватим, когда мы поедем». Это Амарат, по-моему, ответил. «Насильщики, таскать много хабара еще?»


Обратился я в группе таскателей, но точно, перед следующей спецоперацией всем позывным дам. «Часа на полтора-два. Тяжело, все два раза, спина уже болит», — отозвался мне Василий.


Провозились мы два часа, даже чуть больше. В группе прикрытия пришлось самим идти на помощь носильщикам, так как все до одного свалились от усталости. Патронов и оружия оказалось много.


Я предлагал попробовать пройти к складу в подвал, но моё предложение было категорически отвергнуто. У ребят отваливались руки. Кроме оружия в оружейки мы погрузили всё, что было ценного.


Баллистические, просто защитные шлема, бронежилеты, рации, даже здоровенную пелену по какой-то затащили в кузов. «Ха, пусть будет», — сказал мне запыхавшийся Василий.


«Может, в подвал?» — с надеждой спросил я. «Олег, ну его! Руки отваливаются! Давай, или завтра, или носильщиков и других ищи. Вон, смотри!»


«Весь кузов под завязку забили!» Возмутился подальший джепарин с хвостом на спине. Пот с него стекал в три ручья, ну правильно. На улице жара, а он в полной снаряге. Да ещё в форме черного цвета.


«Я хотя бы боевую рубашку под плитник надел, но тоже озмок прилично. Жарко сегодня, градусов двадцать небольшим». «Ну, хорошо». Согласился я.


Ворота не закрываем. Вряд ли кто догадается, что ещё в подвале оружие на склад. А сейчас вы на базу. Василий, ты сопровождаешь машину на УАЗе, а мы на «Тигре» попробуем помочь тем. На крыше.


Показал я руку в сторону здания бывшего клуба. Газель и Уэзик укатили сразу, а я с несколькими бойцами сел в «Тигр» и на броне двинулись к клубу.


На мостовой психи уже закончили свою трапезу и разбежались по углам. Сытые они не такие опасные, как голодные. Оно и понятно, что сытым желудком гораздо сложнее бросаться на машины.


Вот один высокий мужик идёт на нём, обрывки военной формы. Погон оторван и болтается на плечи. Брюки смазаны в дерьме, ботинки отсутствуют. Так и захотелось крикнуть ему.


«Военный, что это за форма одежды?» Ну, сдержался и просто улыбнулся. «Чё улыбишься?» — спросил у меня сидевший рядом Марат. «А так, о своём подумал».


Усмехнулся я в ответ. «Саня, тормозни тут, приехали!» Указал я на стоянку сбоку от матрицы. «Эй, вы там! Выходите!» — крикнул я, высунувшись из люка.


«Мы не можем уйти», — отозвался меня женский голос. «Там психи на первом этаже!» «Хорошенькое дело. Это нам ещё первый этаж зачищать. Осправимся!»


«И много их там, психов ваших!» — крикнул я девушке на крыше. «Откуда мы знаем, много или мало их? Ходили вот недавно!» — ответил мне уже раздражённый мужской голос.


«Эти ничего не знают. Всё мы должны делать». Я сплюнул с машины на дорогу и посмотрел по сторонам. «Идти на первый этаж? Да ну его в баню, пусть сами прыгают».


«Вон, берёвку какую найдут и спускаются к нам». «А вас-то много!» — крикнул я на крышу. «Десять человек!» — снова женщина. «Они там по очереди отвечают, что ли?»


«Десять человек не поместятся к нам в тигр. Это уже перебор. На крыше ехать да нет, не пойдёт. Послетают с брони по дороге. Вон автобусы стоят».


«Заведём один и на нём». На автостанции замерли несколько бесхозных автобусов. Это то, что нам сейчас надо. «Слушайте меня сюда!» Поднял я голову, чтобы лучше видеть тех, кто на крыше.


«Ищите верёвку и спускайтесь вниз. Только закрепите её прочнее, а то сорвётесь. А мы пока сгоняем на автостанцию. Транспорт для вас поищем, хорошо?»


«Спускайтесь по ней, а мы тут внизу вас поймаем. Давайте, десять минут вам на сборы, мы за транспортом, время пошло». Недовольная дома с крыши исчезла, а я нырнула обратно в люк.


«Сань, давай туда, где автобусы стоят. Найдём для них подходящие. Нам рабы нужны. Ещё ящики с оружием и боеприпасами завтра таскать». Хлопнул я водителя по спине.


Тот ухмыльнулся. Машина дёрнулась и не спеша покатила к стоянке автобусов. «Внимание!» — крикнул я, когда мы подъехали к Шлагбауму, преграждавшему въезд на стоянку.


«Движение за домами слева на три часа!» Открыл бойницу и высунул автомат. «Точно, психи прячутся за углом магазина. А магазин-то тот самый, что нам нужен».


«Инструменты и станки, называется». «Парни, тормозите», — прошептал я своим бойцам, настроенным уже на автобус. «Давайте психов завалим да в магазин заглянем. Нам инструменты край как нужны».


Возражений не было. Мы вышли из тигра в боевом порядке, и я из относительно бесшумного карабина положил двоих зомбаков, что прятались у магазина.


Уже я подумал про себя, что всё чаще стал называть психов зомби. А что? Сериалы «Ходячие мертвецы» я смотрел и даже понравился мне первый сезон. Только полную чушь американцы сняли.


С такими зомби, как в том сериале показали, справились бы очень легко даже мы в таком составе. Но армия и полиция быстро бы навели порядок.


Тут же объявили бы карантин, и не вышло бы никакой катастрофы, что показали в фильме. А что у нас происходит? А то, что полиция и армия выведены из строя. Мало того, что полностью отсутствуют, они ещё и сами стали психами в первых рядах.


А всё оружие, вся техника, всё то, что необходимо сейчас, в руках военных и полиции было. А сейчас имеем то, что стрелять, по сути, мало кто умеет.


И оружие всё больше гражданское на руках. Это мы молодцы. Залезли и вскрыли оружейную комнату в городском отделе полиции. А сейчас инструментов наберём и в склад скроем.


Ещё больше оружия и патронов забудем. А это сейчас равно цене живой воде. Только с помощью оружия можно навести относительный порядок в этом городе.


Ещё бы стрелков побольше найти, хотя зачем искать? Можно подготовить из того, что есть, а значит, нужно спасать народ и вооружать. Магазин мы вскрыли без проблем.


Просто бампер и машина немного подвинули запертую дверь. Хорошо иметь бронированную машину. А на царапины на бампере мне у своего бывшего дастера было наплевать.


Ещё около часа грузили инструменты в тигр. Когда уже почти закончили, звонкий женский голос закричал с крыши. «Ну что вы, мы собрались! Ждём тут, а вы магазины грабите!»


Я поднял голову и увидел несколько торчащих макушек над козырьком крыши. До нас было метров пятьдесят, и разглядеть лица мне не удалось. Но пожарную лестницу над козырьком крыши я хорошо разглядел.


«Эй, вы!» – зло спинул я и потер уставшие руки. «Берите ноги в руки и спускайтесь. Голову вниз опусти. Да-да, ты, придурок!»


Крикнул я парню в чёрной рубашке с бутылкой в руке. Пьё у него, похоже на ту. Мне уже зло берет. Сидят вторую неделю в клубе, бухают и трава не расти.


«А ты должен ехать и спасать их». Перепылка продолжилась недолго. С помощью матьюков и криков компания «Мажоров», как я их сразу назвал, самостоятельно спустилась к крыши.


Я лично подогнал к ним газель, которую увёл со стоянки. Недолго думая о пластиковый шлагбаум, стоящий перед территорией клуба, я снёс угнанной мною машины. «Давайте, прыгайте сюда!»


Открыл я дверь газели. Один автомат я поставил рядом с собой, а второй, то есть карабин с глушителем, положил в ноги. Так удобнее, и никто не схватит.


Пять парней и четыре девушки быстро забежали в салон микроавтобуса, причём парни зашли самые первые. Я смотрел на вошедших и всё больше мне не нравилось происходящее. Все пятеро явно бухие.


Перегаром приют на весь салон. Чувствует себя водила в маршрутке. Остаётся только крикнуть, чтобы за проезд передавали.


«Осторожно, двери закрываются! Следующая остановка — грибной канал!» Сказал я со злостью и нажал кнопку закрытия дверей. Махнул рукой Саня в тигре, чтобы ехал вперёд.


«Почему грибной канал?» – возмутилась одна из сидящих девиц в ярко-футболке рваных по последней моде джинсах. «Мне к отцу надо, найти Мирязева».


«Не вопрос, мадам, выходите и идите пешком. У этого автобуса один маршрут». Отвернулся я и включил первую передачу. «Вон, кстати, ваши попутчики подбегают».


Показал я рукой на парочку бегущих психов. Прямо к нам чешут. Эти ещё голодные жрать хотят. Вот и примчались сюда на шум. Не испытывая салон газели на прочности, я поехал следом за тигром.


Голодёжь в салоне не сильно отвлекал. Молодёжь о чём-то активно спорила, хотя какая это молодёжь. Лет по 25 с хвостиком всем. Откровенно, малолеток нет. Парни такие...


На все 30 выглядят. А вот это, что в окна сидит? Я не успел обдумать мысль, на кого же я похожа эта толстушка с тёмными волосами и опухшим лицом. Прямо передо мной сидела та самая Геваркен.


Стоит речерша, сбившая мою жену с дочкой. Я везу её в наш лагерь. Достал сигарету из мятой пачки в кармане и чиркнул зажигалкой. Опустил окно и выпустил дым. «Слышь!»


«А чё это за хрень вообще?» Патлатый тощий придурок поднялся, держась за поручни, пошёл ко мне. Я выбросил недокуриную сигарету в окно. Тигр шёл впереди метров тридцати.


Мы уже подъезжали к спуску на набережную. Слева открывался прекрасный вид на недостроенную высотку. В той прошлой жизни начали строительство и бросили. Теперь уже вряд ли достроят.


Нажал на педаль тормоза. Газель дёрнулась и остановилась. Я нажал на панели кнопку автоматической двери. Списком дверца поползла в сторону, открывая проход из машины. Спасение в этот безумный мир.


«Хулиганов высаживаем из автобуса. Попрошу вас покинуть салон». Направив автомат Калашников в сторону Тощева, спокойно произнес «Я».


«Эй, ты чего? Ты знаешь, кто я? Да тебя порвут на куски, падла!» – замахал руками парень. Он явно был пьян. Интересно, как они умудрились неделю жить на чипсах и пиве?


Хотя почему только на пиве? Наверняка ещё колёса глотали. Вот так вот и пробухивали весь апокалипсис в отдельном взятом городе. «Давай, шевели копытами!» – усмехнулся я.


«Кстати, а вот тебя разорвут прямо сейчас». Я увидел, как открытая дверца тенего забора метнулся в психстроительной Робби. Вот так сидел, сидел с теней, а только мы остановились напротив него. Тут же бросился как хищник.


И ведь быстро какой. Десять метров почти за секунду преодолел и уже в дверях газели стоит. Бах! Гулка грохнула выстрел в салоне микроавтобуса.


И у меня в очередной раз заложила уши. «Нет, кровь из носу, а достану себе активные наушники». «Ну не дело это глохнуть от собственных выстрелов. Добить его в голову? А зачем?»


«И так подохнет. Пусть хоть поедят другие. Глядишь, не так нападать на нормальных людей будут». Георген скрикнула и упала на пол сиденья. Парень, пытавшийся наехать на меня, тоже упал и разбил лицо во спинку кресла.


Соскользнув на дорогу, попал под здание колёса машины. «Ну, вот и всё. Теперь едем до Конечной. Там не будете качать права».


«Но после того, как поможете нам раскрутить ящики со склада», пришла мне в голову здравая идея. В салоне притихли. Я прибавил газу и догнал уехавший вперёд тигр.


Ну вот, подъезжаем к воротам. Не дожидаясь, когда мы подъедем ближе, они поползли в сторону. Встречают нас ребятки крепостные. Ждут, волнуются.


«Я давно, все эти пять лет, думал, как встречу эту женщину-убийцу. Что теперь ей сказать? Пристрелить? Тогда нужно это было делать там, в клубе».


«Да и не могу я вот так без суда и следствия людей убивать. Ладно, разберёмся после». Внезапно слеза на глаза накатила. Всмахнул её свободной рукой, и машина немного вильнула в сторону.


Ведь у этой девчонки тоже мать, есть и отец, по крайней мере, были. Почему она так? Зачем? Снова посмотрел на неё. Меня точно не узнало.


Сидит, болтает с подругой, но... Притихли мажоры, перешёптываются, по сторонам смотрят. «А мы уже на большую площадку перед яхт-клубом подъехали».


Там, на площади или на полянке, уже разгрузка полным ходом началась. Отозвал спящего рядом с машины рубца в сторонку и посоветовал стволы, пока населению не раздавать. Пусть заработают.


Там ещё патронов кучей разного полезного барахла. Немного подумав, Рубец согласился. Народу у нас, кстати, прибыло. Несколько семей сами приехали и спасённые были, как эти мажоры с клуба.


Психов на площади прибавилось. Раз в три стало больше по сравнению с сегодняшним утром. Но и у нас патронов стало в разы больше, как и у самого оружия. Отложив свой карабин в сторону, начал стрелять и 74-го.


Хотя мне уже и надоела порядком эта стрельба по выжжимой с ума животным, но деваться некуда. Постепенно площадь перед зданием управления полиции заполнялась трупами.


Поколовье психов в отдельно взятом районе, наверное, резко сократилось. Теперь приступаем к главному. Вырвали решётку с торца здания, там, ближе до склада.


Потом я также разбил прикладом окно и полез внутрь. Посветил себя фонариком. Впереди коридор и куча дверей. Сразу справа вход на лестницу. Мне нужно туда, только вниз, в подвал.


Заглянул через перила. Темнота впереди. Прислушался, вроде тихо. Это хорошо. Но перед тем, как лезть в подвал, хорошо бы все эти комнаты на первом этаже зачистить.


Или хотя бы проверить двери. Вдруг попадётся открытая, а там тихий. «Парни, за мной!» «Стволами в спину не тычем!» «Марат, держишь лестницу, Коля!»


«В правую сторону, и вон тот закуток тёмный!» Указал я рукой на длинный коридор. Света в коридоре нет, стоит полумрак. Только из разбитого окна свырвана решётка, солнечный свет падает.


Красная дорожка, жёлтая за штукатуриной стены и белые деревянные двери. Вот тут столовая, её первой проверяю. Ещё полошага вперёд, и дверь сама распахнулась, откинув ствол моего автомата в сторону.


В белом халате психи или психичка правильнее будет с грязным страшным лицом и ножом в руках. Я не успел среагировать от неожиданности и получил удар ножом в грудь.


«Хорошо, что на мне мой плейд карьер Санкт-Петербургского производства. Фирма «Анна». Копия Cry Precision. Нож этой толстой психички только одну малешку поцарапал на плитнике».


Когда рука с ножом замахнулась для нового удара, я быстро упал спиной на пол, освободил ствол автомата и, прежде чем выстрелить, ногой в ботинке отбил нож в сторону.


Вот теперь и выстрел. И не один. Раз пять я стрелял в эту тушу, и только после попадания в голову толстуха стала заваливаться на меня. Перекатился в сторону по красной дорожке и скачал на ноги.


Только след небольшой от ножа остался. Не порывался от лезвия ботинок. Хороший подарок, Ержи, ты мне сделал. Мысленно поблагодарил друга за эту бестию и тут же взял сектор столовой.


Вдруг ещё кто выскочит. «Держать свои сектора!» — крикнул я парням. «Столовая чаще сам!» Больше никого в помещении бывшей столовой не оказалось.


Только куча тюрьма и остатки еды. Видимо, повариха отжиралась тут в одну харью. Все остальные двери были закрыты, и движения за ними слышно не было. А вот тут вещевой склад.


Тоже неплохо было бы заглянуть. Но всё это потом. Нам сейчас подвал. Самое главное — попасть. Спустились по лестнице без проблем. Шли вдвоём с Маратом. Колю оставили на входе.


В подвале было темно, но луч китайского фонаря давал достаточно света. Все двери заперты, в том числе и складская. И ещё один большой минус – это дверь железная.


Но не зря мы с собой болгарку взяли. Сейчас парни подоспеют и... Три часа мы резали болгаркой дверь. В итоге так и не открыли, и у кувалды просто сбили петли.


За одной железной дверью оказалась вторая, но уже с решёткой. Вот решётку мы и срезали болгаркой, сменив пятый диск на ней. Ой, умаялся. Вот теперь пусть те, кто там сверху скучают,


Идут и таскают ящики. А ящиков тут много. Это я уже увидел, когда попал внутрь. Всё унесём, ничего не оставим. Большие стеллажи и зелёные оружейные ящики в три ряда на них.


Вот это автоматы, вот пистолеты, а вот там патроны. Потёр руки и сразу поднялось настроение. «Мы богаты теперь в этом мире. Каждое богатство относительно».


Вот две недели назад богатыми считался тот, у кого много денег. А теперь, что мне эти деньги? Это просто бумажки. Теперь богат тот, у кого есть оружие и патроны.


С помощью этого я смогу попасть в любой магазин, на любой склад, отбиться от психов и от тех, кто захочет всё это богатство, меня отнять.


Погрузка шла уже несколько часов. Скоро сядет солнце, уже чуть-чуть похолодало, и я поёжился в одной боевой рубашке под плитником. Даже скорее не от холода поёжился.


За три дня, что я безвылазно ношу, она уже успела пропитаться потом и порохами и просто начинала натирать мне кожу. Идеалия боевой рубашки создавались для того, чтобы отводить влагу. Но их хочешь ты или не хочешь, нужно стирать хоть иногда.


Есть куча новой формы для сотрудников полиции. Только что-то брать эту форму мы побрезгивали. Так, трусы, носки, футболки, берсы, ну и бушлаты. То есть расхватали по мелочи.


«А я не хватал. Я вот тут в прикрытии стою. Нет, я не горда. Могу и потаскать ящики. Вон, как мужике, надрывается. Морда красная, дыхание сбитое».


«Но я стреляю лучше всех в нашем небольшом отряде». А психи лезут не переставая. Как будто кто-то рекламу запустил. «Вон там много вкусной еды».


Но, как вы понимаете, по известным причинам едой никто из нас становиться не хочет, и поэтому я меняю уже третий магазин в автомате. Олег, всё, заканчиваем.


Крикнул мне Василий, спрыгнув из окна на землю и закуривая сигарету. «Бах!» – свалил я очередного психа. «Уже ползут. Они меняются. Не кидаются толпой, как раньше, а прячутся, словно дикие звери».


Звери с повадками человека. Интересно, а когда тем она станет, они перемёрзнут или... Вот не хотелось бы, или... Согласен, скоро стемнеет. Паранабазо.


Кивнул я и постучал по кузову газели. «Эй, давайте заканчиваем. Что не успели, завтра унесём». «Да успели всё!» — радостно вылез парень из окна.


«Почти всё. Там сигналки остались ещё. Сейчас эти мажоры притащат и едем». Мажоры были явно недовольны такими каторожными работами, но исправно таскали ящики с подвала на первый этаж и передавали тем, кто уже грузил в кузов машины.


В итоге козов забили под завязку. В пассажирскую «Козель» разместили всех по максимуму и в «Тигр» тоже сели 10 человек. Но «Тигр» нельзя сильно перегружать.


Он у нас в качестве машины прикрытия. Случай, что неожиданное, только на него надежды. Доехали до базы без проблем и даже встретили незнакомую нам машину.


Джип Чароки стоял на площади сена и, когда увидел нашу колонну, развернулся и поехал в другую сторону. Преследовать мы не стали. Зачем? Люди все нервные.


Мало ли что может случиться, а так все опасаются друг друга. Законов-то нет никаких. Привезённые добро выгружать не стали. Подогнали машину к яз-клубу и там оставили.


Я забрал свой тигра и бросил в него рюкзак. Теперь машина — мой дом. Кстати, Олег, что ты как бледный ростник в машине ночуешь?


«Давай размещайся у нас!» Широким жестом пригласил меня к столу рубец. Он восседал в своих тактических брюках, модной сверхтактичной куртке милитари и бандольера с патронами 12-го калибра через плечо.


На голове бейсболка с логотипом 5.11. Ну, просто бандит с Дикого Запада. То есть, с Дикого Новгорода, как теперь правильно надо называть наш город. А что?


«Перекусить мне не помешает». Я пошёл к беседке, поставил автомату ноги и присел на свободное место у стола. Всё та же рыба, но сегодня ещё и картошка с консервами.


Роскошный ужин. И неизменная бутылка воды. Как я заметил, и тут стали больше люди. И пьют, и курят, только вот закусывают нечасто.


Сигареты и водки пока завались. Нового не производят, но старых запасов тем, кто выжил, хватит надолго. «Андрюх, стволы людям раздаёшь или как?»


«У нас тут коммунизм пока, ну а дальше?» Закусив огурцам из банки, спросил я Рубцова. «Если честно, я ещё сам не решил». Задумчиво произнёс рубец.


Но решать придётся. Вечно так не будет. Люди или разбегутся, или... Я не закончил мысль. Не знаю, что будет, когда люди ослобятся и начнут устраивать разборки.


Перегрузаться между собой? Сколько у нас сейчас выживших, никто не знает. Тысячи? Десятки тысяч. А власть где? А власти нету. Никакой абсолютно.


Вот сидит передо мной Андрюха, рубец. Вот он пока тут власть. В модном прикиде, сытый и чуть пьяный. А стоит мне собрать свою банду, я захвачу власть.


Сбросить рубца, да раз плюнуть, вот только нужно ли мне это? Рядом с ним ещё трое сидят, тоже мужики немолодые. И такие же коммерсанты в прошлом. И кто они в настоящем?


«Выживальщики. Такие же, какие я, только у них ресурсов немного побольше. Но у меня больше навыков, так что мы нужны друг другу».


«Олег, ты это...» Начал рубцов и чуть закашлялся. Не в то горло паутка пошла. Рубица выдохнул и продолжил. «Давай к нам, переезжай».


«Хватит тебе на сырой земле и в чистом поле ночью коротать». «Вон Саня подвинется, у него в домике койка свободная есть», — кивнула Андрия на сидящего слева от него взрослого мужика лет сорока.


Саня тоже был в тактической одежде. Да она ещё до этого самого долбанного апокалипсиса вошла в моду. А уж сейчас её носить сам Бог велел.


И ружьё у него рядом стояло дорогущее. Бинелли, что ли? «Плохо я в марках гладкоствола разбираюсь. По-моему, он сегодня на въезде дежурил». Немного подумав, я кивнул и согласился.


После того, как мы перекусили и угомнили по 100 грамм водки, начали строить планы на завтрашний день. А планы у нас простые.


Мародёрить, мародёрить, мародёрить. Я было настоял совершить риэт на мою бывшую базу Росгвардии, но получил отказ. Дело в том, что я сам рассказал, как там бегают психи в броней и шлемах, да ещё вдобавок очень резво бегают.


Всё-таки в психов превратились люди подготовленные, бойцы спецназа. А таким нужно точно в голову стрелять. Да и то, шлем не каждое оружие пробьёт. А стрелять точно в голову в нашем лагере умею только я.


Вон сколько сегодня патронов пустой в группе перекрытия сожгли. Полили в белый свет, как в копеечку. В пятером еле напор психов сдержали.


А я один потом спокойно всех удерживал, да ещё метров с пятидесяти сразу с одного выстрела снимал. Если база Росгвардии отпадает, я предложил спасать людей.


И снова не встретил энтузиазма. В итоге Рубец принял Соломоново решение. Грабим магазины и заодно спасаем всех, кто поблизости. Нас же слышат и начинают просить о помощи.


Пример с ночным клубом. Яркий случай подобного. Вот только почему-то меня перекосило от этого примера. Снова вспомнил Геворген. Почему я её не застрелил?


«Сам не знаю. Были такие мысли ещё лет пять назад, но я как бы закон исполняю. Даже типа стою на страже закона. Точнее, стоял».


А сейчас какой закон? Я сам пока не знаю. Поживем, увидим, что за законы действуют в современной реальности. Пока у нас один закон — выжить.


А для этого нужно собирать всё то, что осталось в городе. Еда, вода, оружие, одежда, топливо. Совещание, как и трапеза, подошло к концу.


Рубцов свистнул и из ближайшего деревянного домика подошла женщина лет 30, довольно симпатичная, в джинсахе блузки белого цвета, и стала убирать со стола в грязную посуду.


Я встал, отошёл в сторонку, чтобы не мешать уборке. Достал сигарету и закурил. Мой любимый парламент закончился, и я курил, что осталось. Вот ведь столько мелочей, которые очень важны сейчас.


Например, посуда. У меня такие нет своей личной чашки, кружки и ложки. Побираюсь по миру. Кто что даст и чем угостят. А нужно своё иметь.


Это первое, о чём стоит задуматься, если готовитесь к апокалипсису. А второе – это одежда. У меня совсем нет одежды на смену. Таких хожу несколько дней в одном и том же.


«Нет, я готовился, и у меня всё было дома, но сгорело. А сгорело потому, что нужно запас одежды иметь всегда при себе. Хорошо, что трусы с носками себе запасные на вещевом складе в полиции добыл».


А то сейчас бы совсем край был бы с носками. Ну ладно, не будем перед сном о грустном. Пора спать. Завтра снова тяжёлый день. С этим Саня в комнате спать и не смог.


Такого громкого профессионального храпа я давно не слышал. Плюнул, мотякнулся, забрал подушку, да и ушёл в свою машину. По привычке постелил пенку на пол и уснул.


Редкие комары пока ещё не сильно донимали, но вот уже совсем скоро они должны заявить о себе. А тут на реке будет вдвойне больнее от их укусов.


Нужно средства от комаров захватить в магазине завтра. За подобными мыслями о комарах я и сам не заметил, как уснул. Глава пятая


Тревожное воскресенье. Проснулся я от происходящей вокруг суеты. Люди бегали, щёлкали затворы оружия, вдалеке раздавались женские крики и даже плачь.


Наск, раскачив, побежал выяснять, в чём дело. Оказалось, всё банально и обидно до невозможного. Одна из девиц, спасённых нами вчера, была укушена психами и ночью зомбанулась.


Прежде чем её убили, успела покусать ещё троих людей. И ладно бы и своей компанией. Покусала семью из трёх человек, остановившись рядом с ним в палатке.


«Вакцины от бешенства у нас нет, да и появится ли она когда-нибудь, не знал никто». Представил себя на месте укушенных. Стало грустно.


А ещё обидно было то, что ни Геверкян, ни кого из той компании заманувшаяся девка не тронула. «Ну да ладно, пусть там бойцы рубца разбираются, а нам пора вреет на мародёрку».


И снова Дени задался. Заведя машину и немного проехав, я понял, что нет Тасола. Вот Дена. Заглушил двигатель и полез выяснять причину.


В итоге на мародёрку группа во главе с Василием поехала без меня, а я полдня провозился с мелочёвкой. Заклеивал скотчем пробитый бачок, искал тассол для тигра, потом проверял, не уходит ли снова.


Когда посмотрел на часы, был уже обед. Два часа дня. Скоро парни подтянутся назад. «Ну что, починил машинку?» — спросил проходивший мимо рубец.


«Ага, вроде бы», — ответил я, вытирая грязные руки от репку. «Слушай, Олег, ты всё равно балбесничаешь. Поучил бы людей стрелять?»


«Тут много новеньких прибилось, да и нашим будет полезно», — обратился ко мне Андрей. «Мы как раз оружие считаем, что вы привезли. Автоматов немного, а вот пистолетов полно».


«Раздавать людям хотим, такой инструктаж какой провести». «Это можно», — кивнул я и упрал грязную тряпку в машину. Солнце спряталось за тучей и подул лёгкий ветерок.


«Всё-таки средина мая ещё. Непостоянно хорошая погода. Я скинул свою боевую рыбашку и надел обычную нательную футболку, добытую при вчерашнем рейде».


Застегнул варбилд на пояс и взял автомат. «Первое тренировочное занятие я решил начать со стрельбы из автоматического оружия. Это нам сейчас важнее всего».


Нужно сформировать ещё несколько групп охотников за ништяками. Для тренировок мы отошли на песчаную косу, напротив канала гребли. Мишенную обстановку соорудили из досок.


Я посмотрел настоящих напротив меня людей. Всего 18 человек, целый полноценный взвод. 7 из них мужики уже за 40. Несколько молодых парней, в том числе четверо вчерашних мажоров,


«Ну надо же, все решили практиковаться в стрельбе. Оно и понятно. Это умение сейчас одно из самых главных. Поэтому меня ничуть не удивило, что в импровизированном строю стояло шесть женщин».


Почти все от 18 до 25 лет. Начал я с мер безопасности. Не направлять ствол в сторону людей. Палец идёт на спуск, только если вы хотите произвести выстрелы и в том же духе.


Минут десять меня слушали. Потом мы перешли к практике. Стрелять я всем давал из положения стоя. Это сейчас самое актуальное при мародёрке. Стоя или с колена.


Начал исправлять основные ошибки при стрельбе. Стрельба стоя — это просто и доступно любому. Стойка вот такая. Стал я, сам чуть наклоняясь вперёд и поджав локти.


Ремешок лучше всего намотать на руку, если он болтается. Ей шанс, что не зацепитесь им, когда будете между деревьями идти. Да и при падении оружие при вас останется.


Почти три часа мы практиковали стрельбе. И надо сказать без ложной скромности, что все без исключения стали попадать в мишени. Потом я усложнил задачу.


Бросил в воду кусок доски и, пока её сносило течением, произвёл несколько выстрелов. «Вот так, товарищи курсанты. Берём небольшое опреждение, в зависимости от скорости движения цели».


Закончил я занятие. Солнце уже близилось к горизонту, ветер усилился и трепал лёгкие туристические палатки, стоявшие на песке.


Автоматы нагрелись на солнце и наверняка нуждались в уходе. Сейчас нужно почистить оружие. «Ну что, занятие окончено. Мне нужно четыре добровольца для чистки оружия».


Как ни странно, вызвались те самые четыре мажора. Что ж, я не против. Показал, как собирать и разбирать автоматы. Ксюхи, из которых мы стреляли, собирать было проще.


Оставил будущих бойцов за полезным времяпровождением и пошёл к яхт-клубу. Пора бы уже и охотникам нашим с добычей вернуться. Я там Марату заказал себе бритву найти.


Зубную пасту и мыло. И батарейки, запасные коллиматору. Кстати, о коллиматорах. Можно новичкам их ставить, результаты стрельбы будут намного выше. Только где же их теперь коллиматоры найти?


Нужно оружейные магазины мародёрить. В яхт-клубе было пусто. Только ящики с оружием стояли по-прежнему на своих местах, как вчера загрузили.


Открытые и пустые лежали в сторонке. Никто их выбрасывать не пытался. Это же доски. Топливо для костра. Рубец сидел в беседке за столами и делал записи в небольшом блокноте.


«Что считаешь, оружейный барон?» Подошёл я к нему и хлопнул по спине. «Вот, блин, напугал!» — вздрогнул Андрей. «Считаю, что у нас есть».


Выходит, на КС-74 всего 10 штук. СВД 2 штуки, АКС-74У 30 штук, 4 там у тебя стреляли.


Показал он рукой в сторону берега. Десять вот таких хреновин. И он достал справа от себя на лавке пистолет-пулемёт. «Это ПП-2000».


Усмехнулся я. «Нормальная машинка. У меня такой, правда, не было, но вот это я показал на лежащий там же на лавочке кедр. Было. Подстандартный ПМовский патрон».


«Это хорошо, что подпоэгамовский», — усмехнулся Рубсов. «Этих патронов у нас теперь завались, как и самих пистолетов». «Что там с охотниками?» — кивнул я в сторону берега.


Вроде стрельба была с пары часов назад. «Если честно, не слышал. Скривился рубец. Мне только о вашу пальбу было слышно».


Спросил я у рубца и сразу по его лицу понял, что попал в больное место. «А что с ними?» — скребился он. «Приехали к нам вчера».


«Мужик, жена его и сын, пяти лет». Утром эта психопатка покустала всех троих. Баба плакала, мужик подошёл ко мне и оружие спросил. «Ну дал я им два ПМ и патронов».


Ещё своё ружье у него было. Вакцину искать поехали от бешенства. Я кивнул головой. Это верно. Я бы, наверное, сам точно так же поступил, только где искать эту вакцину?»


«В больнице? Да не всё ли равно, где искать? Главное — это надежда. Когда ты сидишь и ждёшь смерти, это хуже всего, а пока ты в пути, надежда есть. Надежда всегда есть».


На улице начало темнеть, а наши парни всё не появлялись. Вышел на берег, достал тепловизор. Вот там, рядом с монастырём, есть движение. Человек, точно.


И на стене тоже человек стоит. А вот тут, в лодке… В какой лодке? Я аж чуть не подпрыгнул. К противоположному берегу причалила резиновая лодка, и четыре человека выходили на берег.


«Где мои ученики, которые читили автоматы? Они же их так и не сдали. Сбежали с оружием. Вот они, для чего учиться стрелять пошли. И ведь научил на свою голову».


Скинул был автомат, но потом опустил. Они живые люди, у них своя жизнь. Хотят выйти в ночь, пусть идут. Бог им судья. Ничего плохого они мне не сделали, но вот доложить об этом надо».


Присел на бережок и достал сигарету из пачки. Берег в этом месте в основном пологий, но встречаются твердые участки с кустами ивы. И вот справа от меня песок.


Раньше тут был пляж. Даже кабинки для переодевания и грибки от солнца остались. Сейчас они нелепо смотрятся на фоне палаток и костров. Впереди берег покрылся тёмной мглой.


Докурил сигарету и щелчком отправил воду. Пройдёв пару метров, окурок шипя погас. Встал, отряхнулся и пошёл к Крупцову. Тревожно на душе было. Непонятно почему.


«Бывает так, вроде всё нормально, но ждёшь чего-то нехорошего». Мои опасения подтвердились. Никто из охотников не приехал.


Газель, патриоты, девять человек личного состава не вернулись в лагерь. А это наши лучшие люди, добычики, ударное звено. Настроение царило мрачное.


Всё тот же ствол, макароны с тушенкой и неизменная бутылка водки на столе. Но если раньше стояла белуга, то сейчас обычная путинка. Запасы спиртного тоже оттают. «Ну что, комрады?»


Начал рубец. «У нас одна проблема за другой. Укусили троих, четверо сбежали с оружием, а самое главное — девять парней пропало!» Он поднял стопку, протянул руку вперёд.


Влад, Кирилл и Серёга, как звали его самых близких подручных, ударили своими стопками в ответ. «Я, немного поколебавшись, сделал то же самое. В конце концов, сто грамм — это не пол-литра».


«Сбежавших этих завтра надо найти и стволы отнять», — поморчившись, выдал, наконец, Влад. «Не нужно никого искать». Перебил его я и несколько проглаз с удивлением посмотрели на меня.


Там четыре ствола. Если их прижать, будут отстреливаться. Будут потери в том числе и у нас. Пусть идут. Долго не протянут. У них по одному магазину и патронов столько, сколько...


«Вчера на стрельбах натырили». А я не сомневался, что часть патронов, предназначенных для сегодняшних стрельб, осела у них в карманах. «Что ж, разумно, кивнул рубец».


И все согласились. «Где искать парней?» «Где искать охотников?» «Никто не знал». Предположений было много, но все склонялись к тому, что либо столкнулись с другими мародёрами,


Либо заночевали вне пределов досягаемости рации. После совещания решили, что я на «Тигре» рано утром выдвигаюсь на поиски. Беру с собой команду тех, с кем сегодня проводил тренировку.


«Я уже мысленно выбрал четверых. Нужно будет сообщить избранным о важной миссии, чтобы не проспали утром». Рубец сделал жесты, и Серёга встал из-за стола и направился в жилой лагерь.


«Имена я назвал, а если перепутаю, то ничего страшного. Они все у большого костра, наверняка сидят. Там и кухня, и чаепитие, и распитие спиртного».


А вот со спиртным, кстати, есть опасения. Пистолеты после ночного инцидента раздали желающим, как бы по пьяни стрелять не начали. Но это уже проблемы крепостных, рубца.


«А моя проблема — завтра завестись, выехать в город и найти пропавших парней с машинами». «Снова сону машине в той же одежде. Сколько же можно?»


Хотя уже в привычку входит. Вот так лежишь, предварительно побивав всех комаров и ждёшь. Когда же новые через щели в кузове пролезут? Они, твари, лезут и кусают снова и снова.


Но самое страшное – этот противный тоненький писк. Под него никак не удаётся заснуть. А заснуть мне сейчас очень нужно. Но просто край как надо отдохнуть.


Завтра очень важный день. Глава шестая. Понедельник, день тяжёлый. Важный день начался как обычно.


со стука по козову тигра. «Олег, подъём!» На этот раз меня будет сам рубиться. Узнаю его хриплый голос, немного противный и с блатными нотками.


А он издевается, сволочь такая, ещё стучит и стучит. Протёр глаза и вылез из машины. Солнце встаёт, утро. Посмотрел на часы, пять утра. Жаркий день сегодня будет. Впрочем, как и вся неделя выдалась жаркой.


И в прямом, и в переносном смысле. Сейчас быстро позавтракать и в путь. Вот уже и бойцы мои подтягиваются. Сейчас будем их вооружать.


У всех пистолеты, уже вижу. Высокий худой мужик это Андреич. Он бывший военный, тыловик или штабист, но стрелять умеет. И сейчас старый камуфляж армейский одет.


Подполтенник им, но выглядит бодро. Его в заместителя возьму. За неимением лучшего. Игорь, ростом пониже, но по здоровье. Не качок, а именно, что здоровее.


Животик небольшой округлился. В обычном дешёвом спортивном костюме. Тоже, видимо, в армии служил и знает, что такое автомат и как из него стрелять.


Двое других мужиков, видно работяги, примерно моего возраста. Такие лучше, чем безбашенная молодёжь. Хорошо, если просто с оружием убегут. Гораздо хуже, когда ещё при этом тебя в спину стрельнут.


Первое дело сейчас – полное баки солера залить. Солера тут в бачке у рубца. У него же яхта, вот для них и запасалась. Ну, когда баки наполнены, собирая оружие.


Мой АКМ с ПБС в машину, а сейчас возьму обычный АК-74, тот сам, из которого зачищал территории возле управления полицией. Оружие нормальный. Сейчас день и без коллиматора, по механике нормально стреляет.


Магазинов беру 8 и 9 в автомате. Ещё патронов нужно россыпью в арде пару сотен с собой захватить на всякий пожарный. Команде своей АКСУ берём. На первое время сойдёт.


Хоть и ствол нагревается от частой стрельбы, но, я надеюсь, стрелять много не придётся. Е4ПП-2000 взял для мужиков. Они сразу с коллиматором в комплекте идут и под патрон 9х19.


коих у нас в переизбытке. Себе ещё четыре магазина КПМ захватила и кедр с тремя магазинами на 30 патронов. Кедр, в здании их мне сгодится. Точность у него отменная, скорострельность адовая.


Пробивная сила, правда, никакая, но это в домах и есть плюс. У Калашникова пуля пролетит черт знает куда, стены на вылет может прошить. Запасные магазины свои разместил в подсумках.


Три в нагрудных наплетнике, пять в быстросъёмниках пластиковых. Вот, кстати, разгрузка бы мне нужна другую. Этот пояс только с такими подсумками, я же для охоты его брал.


Если ползать придётся, то закрытые подсумки хорошо бы повесить на молли. Я, по большему счёту, поезд для охоты брал, а не для зачистки живых квартелов.


Нужно будет обязательно в магазин снаряжения заехать, как парней найдём. И разгрузки моему личному составу обеспечить. А то вон, магазины в стандартные брезентовые подсумки прячут.


«Не делай это. Но в полиции разгрузок нет, не выдают. Только в Росгвардии, да, в отряде гром ещё. Но он не в том здании базируется».


Отряд полиции по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, так у нас называется, Гром. Назывался, точнее. Но туда лезть мародёрить, та ещё задачка.


Наверняка не проще, чем на базу Росгвардии. С другой стороны, ещё немного подождать, и психи сами передохнут в замкнутом пространстве. Или разбегутся по улицам.


«Ну всё, готовы. Осмотрел мужиков и сам проверил всё имущество. Всё в норме, можно ехать». «Кто водилы на гражданке был?» – спросил я. «Ну, я так сёрил».


Отозвался пухлый Игорь. В спортивном костюме с автоматом и подсумками на кожаном ремне он смотрелся немного комично. Да и остальные не лучше выглядели.


Пожалуй, Андреевич более-менее осмотрелся из всех. Этакий старый служакопенсионер. «Это хорошо. Ты за руль тогда, Игорёк», — указал я будущего временного водителя моей машины.


«Учти, вчера тасел потёк, так что следи за температурой движка. Неохота вставать в городе». «Андреевич, ты теми двумя командырш».


Указал я на стоячих рядом с ним парней. И главное, мужики, никакой паники, что бы ни случилось. Спокойно выцеливаем и стреляем. Держим сектора до конца.


Укусилий всё равно стреляй. Если издашься, то покусают товарищи. Не смотри, что это психи или человек. Никаких эмоций у вас быть не должно.


Начал я свою вступительную речь, видя, что лёгкий мандраж присутствует у всех. Мужики впервые в таком качестве едут. Желание у вас должно быть одно — сделать отличный выстрел.


«А эмоции, волнение, страх – это всё сильно сказывается на стрельбе», – продолжал вдохновенно говорить я. «Может, по 100 грамм наркомовских?»


Спросил невзначай мужичок в белёклом камуфляже. «Камуфляж не военный, явно гражданский человек. Я напряг память, но вспомнить его имя не смог. А, возможно, и не знал».


«На соревнованиях, кстати, некоторые стрелки перед выполнением упражнений принимают. Грамм 50». Усмехнулся я. «Но вас это не касается. Вы не на соревнованиях». «Что, банда?»


«По машинам. Гоша, ты за руль». Сам сел справа от водителя. Командир так и должен сидеть, чтобы руководить движение машины. Вот мы подъехали к нашему импровизированному пункту пропуска.


Вот кивнули мне двое крепостных. «Будь на связи, если что, мои гни!» — крикнул мне на прощание рубец. Странное чувство.


Будто прощался со мной. Тряхнул головой. Довольно мистики. Вперёд! Машина взревела турбиной и начала подниматься в гору. Всё тот же унылый пейзаж.


Трава высокая, это я только сейчас отметил. Раньше газоны стригли, а теперь нет. Вот и начало расти. Из сорняков разных на газонах пруд-пруди.


«Так, парни, рации есть у всех. Сейчас объясню вкратце, как пользоваться. Вот это – включение». Показал я на круглый тумблер на Эрике. Трофейная рация из полиции позаимствовали.


«Вот это включение!» — повернул я тумблер на радиостанции. «Сюда нажал и говори. Прежде чем говорить, называешь позывной того, кого вызываешь».


Позовных у нас не было. Нужно срочно придумать. А что тут думать? Будем по именам называть. А лучше по отчествам. Почти все старше меня по возрасту, кроме Сергеевича.


«Мой позывной Сокол 7. Упрости, буду просто Сокол. Остальных по батюшке или по имени. Андреевич будет Андреевич, Игорь будет Гоша». «Ну а вас, парни, как звать величать?»


Повернулся я в салон машины. «Михал Сергеевич!» — отозвался задумчивый паренёк, пожалуй, самый младший из нас. Лет 35 ему. В зелёной футболке и брюках цвета хаки.


«Служил где, Михаил Сергеевич?» – обратился я к нему. «Какой там служил?» – махнул рукой Михаил. «Все служивые вон по улицам слоняются в непотребном виде».


«А я просто стрельбой занимался. Практической». «Это уже интересно, а ведь точно. Уверена, он стрелял и хват, и стойка правильная была. Нужно с тобой взять Мишу». «Хорошо».


«Поедешь со мной в паре». «Позовной Сергеевич усёк». Посмотрел я внимательно ещё раз на парня. Невысокий, крепкий, светловолосый. С залысинами уже. «Усёк».


Кивнул Михаил и улыбнулся. «А вас как зовут?» Обратился я к последнему нашему бойцу, оставшемуся без позывного. «Максим Вадимович».


«Важно», — произнёс мужчина, — «этот явно не служил, из интеллигенции творческой, наверное». «Кем трудились, Вадимович?» — спросил я и как бы сразу обозначил позывной бойцу.


«Предприниматель я», — вздохнул Максим. «Посмотрел я ещё раз на мужика. За сорок я он. И одет довольно бедно. Брики старенькие, рубашка клетчатая, туфли разбитые».


Плохо, наверное, бизнес шёл у него в последнее время. «Итак, позывные», — подвёл я итог. «Сокол, Андреевич, Сергеевич, Гоша, Вадимыч». Ткнул я в каждого пальцем.


Автомобиль уже влетел в горку и выехал на площадь. Гоша чуть притормозила и посмотрела меня. Куда дальше ехать? И в этот момент мы услышали выстрелы.


«Одиночная, явно 12-й калибр. Один, второй, третий, а вот и нарезняк работает. Ещё несколько раз бахнули, и я принял решение. Туда».


Показал я рукой Гоши. Водитель выкрутил руль, и машина поехала в переулок прямо по трамвайным путям. Тут был так называемый «старый город».


Невысокие дома, узкие улочки и прямо рядом с небольшим магазином на первом этаже в старом деревянном доме стояла большая Mitsubishi L200 чёрного цвета. Несколько трупов валились на дороге, а трое парней —


Водили стволами из стороны в сторону. Увидев наш Тега, распредались за кузов Л-200. «Тормозни!» – махнул я рукой, когда наша машина подъехала близко к чёрной Митсубиси.


«Эй, парни, как мародёрится!» – крикнул я в открытую больницу. «Выходить из машины пока не хотелось, мало ли, кто они такие. Но вот так, через больницу, ничего они нам сделать не смогут».


«Нормально, только психов много!» – крикнули мне в ответ. Лиц кричащих я не видел, спрятались за кузовом машины. Вот кто такие эти люди? Обычные выживальщики или бандиты?


«Как тут разберёшь? Нас они не ограбят, а продукты сейчас общие. К себе их звать? Логично, но согласятся ли?»


«Мы ищем газельку Сенюю с тентом и черный патриот. Девять мужиков в них не встречали?» – крикнул я снова. «Нет, не встречали. Вот БТР видали вчера».


Из-за Кунга Л-200 показался невысокий паренёк в костюме мультикам, пошива АКУ и в дешёвой китайской разгрузке. В руках я разглядел глоткоствольный вебрь. Этот явно не бандит.


а обычный бывший комнатный выживальщик, который цепляется за жизнь. «Ну тогда ладно. Если что, мы на грибном живём. Вливайтесь, парни!» Махнул я рукой и сказал Гоше «Поехали».


Это если приедут к нам, то только по нужде. Пока будут магазины, патраши до схрона делать. Мы развернулись на трамвайных путях и поехали в обратную сторону.


«Давай пока прямо». Показал я рукой, и Игорь кивнул. «Проехали мимо полицейского управления, откуда мы вывезли оружие. Там всё по-старому. Ворота открыты на стеж, трупы убитых психов уже обглоданы».


Часть, как видно, оттащили. Следы волочения на асфальте. Зрелище не для слабонервных. Ну а мы покатили дальше. Слева дома всё больше двух- и трёхэтажные, а справа жилые кварталы и девятиэтажки.


Пусто в них. И на улицах пусто. Даже психов и тех не видать. Как сквозь землю провалились. Может, передохли все? Вон в полиции-то сдохли. Хорошо бы, если так.


«Олег, а что за БТР парни видели?» – спросил меня Анриевич, когда мы проехали перекрёсток. «Я откуда знаю?» – пожил я плечами. «Вышел бы да спросил».


После второго перекрёстка впереди показалась цель нашего путешествия – большой торговый центр и парковка перед ним. Именно сюда собирались вчера Василий с охотниками.


Вот большой рекламный щит с надписью «Купи сейчас Тойоту со скидкой 200 рублей». Рядом в Остая автобусная остановка. Автобус с выбитыми стёклами стоит. На кузове следы от пуль.


«Давай на парковку сворачивай», – показал я Гоша, и тот кивнул в ответ. Относительно пустынно на большой парковке. Несколько машин стоят прямо у входа в торговый центр и магазин «Обби»,


Рядом вход в Ашаны и снова рекламные щиты. Такое тут бывало выходные утром, когда все по даче мужа разъехались. А кто не разъехался, те гуляли или спали спокойно дома.


Но сейчас другое дело. Несколько психов, завидев нашу машину, побежали прятаться. Видимо, уже научены горьким опытом. А вот витрины все вывиты, и мусор на ветру летает.


Бумаги, газеты, рекламные листовки и пакеты с фирменным логотипом магазинов. Куча картонных коробок валяется у входа в оби. «Да, помародёрили тут на слабу».


Удивился я и открыл дверцу. «Парни, выходим. Осмотримся и, если ничего подозрительного не находим, едем дальше». Машину поставили метров в тридцати от самого строения, так она лучше.


«Мы пешком пройдёмся вокруг. Внутри заглянем. Зачем?» «Да на всякий случай. Шаги гулка отдаются на пустынной площади». Наступил на гильзы 12-го калибра, она и покатилась под ногами с характерным звуком.


Я такой звук часто на стендовой стрельбе слышал. В той, в прошлой жизни. Я впереди, сразу за мной Сергеевич. Андреевич и Вадимович чуть сзади. Головой не кручу.


Каждому свой сектор указал. Сначала заглянем в то место, что раньше называлось Оби. Ну вот, почти дошли. Ничего интересного.


Внутри куча мусора, валяются столы, стулья, доски и банки с краской. Судя по всему, валяются давно. Уже слой пыли сверху заметен. Сделал жест рукой, сворачиваем налево.


Внутри заходить не стали. Нет там ничего интересного. А наши в Ашан собирались за продуктами. Вот туда и пойдём. Продуктовый магазин, вход рядом. Нет, можно и через обе пройти, но так лучше.


Войдёшь внутрь, придётся каждый шаг контролировать обстановку вокруг. А тут всё видно. Внезапного нападения не продеваешь. Вот он, Фудвашен. И тоже витрины и стеклянные двери, выпитые.


И пустота внутри. Нет, не совсем пустота. Кровь еднеется, но уже старая. Запеклась давно. Андреевич, ты на входе. Мы с Сергеевичем внутрь.


Скомандовал я, сократив отчество, и махнул рукой Михаилу. Тот кивнул и мы вдвоём, осторожно ступая, вошли внутрь. Кафельный скользкий пол и грязь на полу.


И вонища такая, что нас хочется заткнуть. Тухлятины воняют. Наверное, продукты с тухоли. Ещё два шага и услышал шорох. Там, в глубине помещения.


Психов в округе почти не было. «Нет, на улице твоих минимум я видал, но они сразу скрылись из виду, а вот тут в магазине ни одного. Перестреляли их, что ли?»


«Но трупы где? Кровь вот она есть. Трупов не видать, и кости омглодные лежат у стены. То есть живёт тут кто-то, но кто?»


Громкое рычание послышалось из глубины магазина, и прямо на меня вылетела огромная облезлая собака. Здоровая и, наверное, в прошлой жизни породистая.


«Как эта порода называется?» «Гибралтара вроде». «О, лабрадор». «Бабах!» «С одного выстрела попал». «А что тут мазать?» «Метров десять всего».


Упражнение «Бешеный пёс» сам не раз выполнял на соревнованиях. Звук выстрела гулка отозвался в пустых стенах магазина, и сразу послышалось движение.


Шебрушание, рычание, визги и писки. Тут живут собаки. «Отходим к машине, быстро!» Сквозь зубы просидел я. «Псы тоже бешеные?» «Да, наверняка».


Бешенство от собаки к человеку передаётся быстро, через укус. А эти, судя по всему, псих обжрали. Только странно, как бешеные опцы живут вместе. А что тут странного?


Психи же живут. Ну да, едят друг друга иногда, не без этого. Миша первым выскочил на улицу, я за ним. Поздно. Со всех сторон к нам неслись собаки.


Раздалась беспорядочная стрельба во все стороны. Это Андреевич со своими начал отстрел. В отличие от людей, собаки психи выстрелов не боялись, неслись прямо на нас. Ещё немного и всем нам хана.


«К машине!» — истошно заорал я и выбросил на асфальт пустой магазин. «Некогда сейчас мелочиться». Вадимович споткнулся и упал прямо напротив машины.


Тигр с Гошей за рулём уже уручал мотором, выражая готовность рвануть с места. Всё-таки огнестрел есть огнестрел. Постепенно ряды псов сильно поредели.


Здоровенная бульдожка рухнула шагах в пяти от меня и завыла. Но снова впереди из дверей магазина показались новые и новые псы. Некоторые были с ошейниками, иные без.


Андреич уже открыл дверцу машины и подсаживал упавшего Вадимовича внутрь салона. «Быстрее, быстрее!» — неслись его истеричные крики. «Олег, ты последний! Давай сюда!»


Услышал я из машины, и, выпустив поле в морду бежавший на меня Колли, до нём прыжками оказался у дверцы. Чуть не споткнулся о порог машины, но залетел и захлопнул дверцу прямо перед клыкастой мордой спиной у рта.


Тигр рванул с места под унылые вопли бешеных животных и покатил к выезду с парковки. Одна псина схватила зубами за переднее колесо и уцепилась так сильно,


за покрышку, что несколько раз её провернуло по ходу движения. Только когда собаку в пятый раз ударило об асфальт, челюсти рожались, и из горла вылетел протяжный дикий вой.


Ещё метров двести собаки несли за машиной, но когда мы выехали на шоссе, почти все отстали. Одна мелкая шавка пыталась гнаться ещё немного, но вскоре отстала и она.


«Куда теперь?» — повернулся ко мне Гуша. В салоне царило оживление. Сидящий спиной ко мне Андреевич повернулся и спросил. «Старшой, можно закурю, а? Руки дрожат».


«Кури, только больницу открой». Равнодушно отозвался я. «Вообще странно всё это. Тут наших парней явно не было. Скорее всего, в другой торговый центр зарулили. Гош, не гони».


«Сейчас ещё один поворот будет. Сюда заедем». Показал я водителю. На встречу нам пронеслась «Шевроле Нива» на полном ходу. Стёкла тонированные, только разглядел двух мужчин в камупляже на переднем сидении.


«А сейчас на дороге пусто, только мы несемся». «Вон он, торговый центр», — показал я рукой. Игорь кивнул и сбавил скорость. Слева красовалось длинное большое здание с надписью «Ленты».


И тоже полупустая парковка. Несколько машин стоят, и те, убогие все. По затёрке ржавая корыта, а наши газельки с патриотом не видно. Как сквозь земли провалились.


«Заезжать будем?» — повернулся ко мне Игорь. Я молча кивнул. Тоже уныние и разбитые витрины, как под копирку повторяла ситуация с предыдущим торговым центром.


И психов нет. Проехали вокруг торгового комплекса и опять натолкнулись на бешеных собак, как из ниоткуда появились перед машиной из Алэли.


Но лай был не такой, как обычно бывает у собак. Жуткий, скорее, вой, чем лай. Несколько птин побежали за машиной. Сделав ещё один круг на «Тигре» вокруг магазина,


Я махнул рукой и дал команду разворачиваться. Нет тут ничего и никого. Хотя что-то ценное может и есть. Но из-за него вступать в битву с псами не очень хотелось.


В них попасть труднее и нападают собаки отчаянно. А самое главное, никаких следов пребывания наших охотников тут не наблюдалось. «Куда теперь, старшой?»


Обратился ко мне сидящий за рулём Игорь. «Давай пока прямо». Махнул я рукой, а сам быстро перебирал все возможные варианты. «Вчера они выехали сначала к тому центру».


Натолкнулись на собак. Поехали сюда. И тут тоже собаки. Куда бы я поехал? А вон, вдоль домов. Куча маленьких магазинчиков. Я бы поехал туда.


«Стой!» — крикнул я водителю. «Вон туда давай, через бордёр». Мы ехали по главному четырёхполосному проспекту, а параллельно шла небольшая узкая дорога, вдоль которой...


стояли высокие новостройки из белого кирпича. И все первые этажи здания занимали магазинчики и рестораны. Вот и первый. Японский ресторан Атсуми. Рыба, протухшая, нам не нужно. Едем дальше.


«Каратэ-суши. Снова не по теме. Проезжаем мимо. Так, а что там впереди? Психи бегут за человеком». «Гоша, поднажми, поможем!» — показал я рукой.


Игорь кивнул и нажал на педаль газа. Машина понеслась по узкой улочке, задев в косо припаркованный жигуленок. «Твою ж мать!» — прыгался Игорь, и по привычке хотел выйти, чтобы оценить ущерб.


«Что, что совсем уже?» – покрутил я пальцем у виска. «Гони давай, может, поможем ему!» – показал я пальцем в сторону убегающего. Как ни странно, это оказалось не он, а она.


Женщина лет сорока, довольно плотного сложения, улепётывала на коротеньких ножках, сзади неслось психов десять. «Не успеем», — мелькнула мысль у меня в мозгу, и я вскинул автомат.


Но как стрелять на ходу из больницы, когда мы едем прямо и постоянно трясёт? Остановиться? Ладно, будь что будет. Подъедем ближе.


Дистанция между нами и бегущими психами сокращалась, но она сокращалась и между ними и женщиной. Вдруг бегущая резко развернулась, и в руках у неё появился японский меч.


«Катану достала!» — присвистнул Игорь. Дальнейшее длилось несколько секунд. Женщина ударила одного из бегущих мечом в область шеи.


Но срубленная голова психа не слетела, как очан капусты. Меч застрял в теле. Самурайша несколько раз попыталась вытащить меч, но то ли силы не хватило, то ли опыта. В следующее мгновение...


Её буквально смели бегущие следом психи. Мы подскочили уже достаточно близко. Я скомандовал остановиться. Выскочил из машины и начал стрелять.


Один, второй, третий. Выцеливать было трудно, боялся задеть эту тётку, хотя ей уже трудно чем-то помочь. Тут не то что покусали, тут разорвали.


Когда все психи были мертвы, мы вдвоём с Михаилом подошли к женщине. Ну точно, голову почти оторвали. Хотя не оторвали, а как бы скрутили в сторону. Причём почти сразу.


Она что, болевой хотела психу провести? Научишь же в этих бестолковых секциях Акидо. Меч валялся рядом, но у меня не было ни малейшего желания его поднимать.


К чему мне эта безделушка? Пусть в ходячих мертвецах с катаной ходят и зомби рубят штабелями, в реале вон что получается. Рюкзак женщины валялся около изуродованного тела.


Психи на рюкзак не обратили никакого внимания. Поднял маленький китайский девест и открыл. «Проверь на всякий случай. Хотя что там может быть?» А там и не было ничего.


Бутылка с водой, печенье и паспорт на имя Морозовой Оксаны. И ещё один документ. Сертификат о присвоении пятого дана по Аки-Будзюцу. Ничего не говоря, бросил всё это на землю и махнул рукой.


Поехали, мужики. А вот это уже интересно. Проехали метров двадцать и увидели то, что нужно. Магазин здорового питания «Лакшими Фудс». Первый оттеж жилого дома.


Крыльцо и вывеска этого магазина. «А нам здоровое питание по заре сейчас нужно». «Гоша, тормозни». Потирая руки, сказал я водителю. «Олег, на кой нам эта дрянь?»


Скривился сзади Андреевич. «Почему дверь? Я столько раз мимо этого магазина ездил и ни разу не заходил. Вот сейчас и зайдём. Там наверняка импертная консерва и...»


Что ещё должно быть в магазине здорового питания, я не знал. В последние дни я предпочитаю есть то, что дают. А здоровье мне подобное питание не добавляет.


Сказать по правде, и образ жизни за прошедшие две недели здоровья никому не добавил. Мы подцепили трос к двойной двери в магазине за железную ручку. Я махнул рукой.


Тигр затарахтел и сразу сорвал с петель лёгкую пластиковую дверь. «Объект охраняется охранным агентством ГАРД А.Н.» Прочитал я табличку на стене.


«Ну что ты наделал? Сейчас приедут!» — пошутил кто-то из машины. «Так, мужики, не расслабляемся!» — строго сказал я. «Чистим магазин, я и Миша».


«Вы все обстановку вокруг контролируете». Собственно, зачистка магазина прошла довольно быстро. Он был пуст. Только два прилавка и несколько полок. Ещё был холодильник, но в него я не полез.


Большая лужа на полу красноречиво говорила о том, что в холодильнике всё испорчено. В итоге я взял несколько пятилитровых баклажек чистейшей горной воды.


Консервы с бамбуками, какой-то хренью и 20 пачек печенёшек из отрубей. Отлично, будем питаться. Правильно, что я в этот магазин никогда не заходил. И сейчас мне нужно было.


А вот дальше стоял самый что ни на есть настоящий магазин продукты. И самое главное, просто продукты, без всякого здорового питания. Только он находился в подвальчике следующего дома.


Вырвали дверь в него и тоже зачистили помещение. А в нём было чем поживиться. Во-первых, алкоголь и табак. Этого просто запасы.


Ящик с водкой, коньяком, шампанским пивом, блоки разных сигарет и консервы с тушёнкой. Конфеты, шоколадки, снигерсы, чипсы. Мы с Михаилом заняли позицию на входе.


Андреевич с мужиками принялся таскать ящики. Только Вадимович начал косить, мол, спина болит. «Хорошо», — сплюнул я. «Иди сюда на моё место, я потаскаю».


На удивление, таскать продукты и водку с вином и пивом было легко. Вот только места у нас в машине не так много. Не увезти всего. А так хотелось.


«И дверь в магазин не завалишь. С корнем вырвали». «Хорош». С ожалением поставил я последний ящик с пивом в салон «Тингра». «Больше не влезет перегруз».


«Хороший магазин», — похвалил Андреевич и вытер на своём платком под солба. «Мы, как эстеты, не брали всё подряд. Я четыре ящика чешской крушовицы взял, причём натуральные, чешского производства».


По 120 рублей на ценники. Наше пиво брать попрезговал и мужиков отговорил. Затарились мы по влайнерам. Два ящика светлого, два пшеничного, два ящика бутылочного холлброхаус втекли.


И два ящика пражечки, тоже в стекле. «Нет, плохо, конечно, брать стеклянные бутылки. Банки и пластиковые бутылки в наше время надёжнее, но куда деваться?»


«Сейчас вернутся наши пропавшие парни, вот и отметим». «К машине. Едем дальше». Отдал я приказ и полез на переднее сидение. «Удивительно тихо тут сегодня, хотя чему удивляться-то?»


Элитные кварталы, каменные многоэтажки. Психам жрать здесь нечего, они избежали поближе к еде. Более бедные кварталы. Тот же частный сектор рядом.


Современное пересекается со стариной. А ведь наши по этой дороге не ездили. Они бы точно мимо продуктового магазина не проехали. Или проехали. Вот рядом ещё один.


Магазин, экипировка и снаряжение, Северный фронт. Большая жёлтая вывеска с названиями и несколько мужиков в тактической одежде. Наверное, пытаются выжить, используя фирменные шмотки.


Рядом с автосалоном подержанных машин. Одноэтажное отдельно стоящее здание и рядом небольшая парковка. Стеклянные витрины и символика фирмы 5.11 на них.


«А что? Мне одежда края как нужна. Не в смысле, что край пересижен, а в смысле, что своей нет. Только то, что и честно мне. Парни, впереди магазин снаряжения. Грабим».


Повернулся я назад. «Само собой», — же я отозвался Михаил. Андреич тоже довольно кивнул. «Хотя и машина уже продуктами вся забита, но шмотки и снаряга нам нужны тоже».


«Местечко всегда найдём. Да хотя бы пиво выкинем. Куда нам его столько? Вот прямо на асфальт и поставим. Психи не тронут, а кому-то из людей в самый раз придётся».


Запросили ещё раз параться наших пропавших охотников. Тишина. Запросили базу, и тоже ответа нет. Шумит. Идут помехи, связи нет. Ну ладно, бывает. Потом запросим.


А сейчас пока к магазину. Сдали с детами, я пошёл цеплять трос к дверям. Как же хорошо, что в угнанном Ной Тигре был стальной трос.


Столько решёток ей двери уже вырвали. Подцепили один конец к двойной двери, другой к машине. Я уже хотел отдать команду, как внезапно грянул выстрел. Пуля ударила в метре от меня в стены магазина.


За углом магазина мужчина лет за пятьдесят, невысокий, светловолосый толстячок. И карабин у него с обвесами пытается меня выцелить. Спокойно навёл автомат ему на голову в кепке и в последний момент чуть сместил прицел в сторону угла дома.


«Бах, бах, бах!» – выпустил я в угол три одиночных. Пули отбили куски кирпича из стен, и осколки полетели стрелявшего. Мужик в кепке 5.11 спрятался за углом.


«Эй, ты, придурок! Ты чё у нас стреляешь?» – крикнул я. «Давай выходи, пока не грохнули». «А вы что, грабить меня хотите?»


Раздался гнусовый голос из-за угла. «Парни, не стрелять!» — крикнул я громко и поднялся с асфальта, держа угол на прицеле. «Никто тебя грабить не будет!»


«Мы же не знали, что тут кто-то есть! Это твой магазин?» Я осторожно начал резать угол, за которым спрятался неизвестный. «Я майор Быстров, управление Росгвардии, так что выходи!»


«Точно, майор!» – сомнением показался из-за угла мужчина в бейсболке. «Иди сюда, удостоверение покажу!» – крикнул я в ответ, одновременно делая жест рукой бойца в машине.


«Не выходите, я сам разберусь». Я уже понял, что случилась реальная непонятка. Хозяин магазина принял нас за мародёров. Ну, мы, собственно, и были мародёрами, только...


И хозяев того магазина до этого момента нам не встречалось. Я вытащил из кармана своё служебное удостоверение. Надо же, пригодилось. Хорошо, что не выкинул. Но выкидывать, как у нас говорят к Севу, никто не станет.


Это уже привычка. Везде и всегда таскать её с собой. Невысокий мужачок вышел из-за угла, держа свой карабин в руках стволом вниз. Я посмотрел на оружие. Сайга МК в 0.30 исполнений.


Но затемни надо невозможного. Цевьё Фаб Деванс. Телескопический приклад, коллиматор, как у меня, только китайская реплика. Тактический фонарь, рукоятка.


«Быстров Олег Андреевич, майор», — прочитал он моей красной книжице. «Как же вы допустили всё это, Олег Андреевич?» Сукаризно закачал головой мужичок.


«Сан Саныч!» – протянул он мне руку. «Владелец магазина «Северный фронт». Извините, Сан Саныч, пожал я протянутую потную руку. В отпуске был. Вот только вышел и...»


Тут я разбил руками. «Я уже две недели в магазине сижу». Затор оторил Сан Саныч. «Еда почти кончается, так я вон, в тот магазин бегаю».


Показал он сторону противоположного дома, где тоже красовалась вывеска продукты. «Там Юрич живёт, сторожит. Вот у него покупаю». «Как покупаете?» – удивился подошвежий к нам Андреич.


«Как?» — переспросил Саныч. «За деньги, конечно, как же ещё?» «Саныч, нам снаряга нужна». Обратился я к владельцу магазина. «Он парням разгрузки, а мне...»


Под сумки бы и шмоток немного. «Не вопрос!» – расплылся толстяк в улыбке. «Заходите, сделаю скидочку!» Я нащупал в кармане несколько пятитысячных купюр.


Остались от той прошлой жизни. Когда уходил из дома последний раз, положил в карман по привычке. Но зачем этому чудику бумажные деньги? Мы зашли с чёрного входа в помещение.


Прошли по узкому коридору и оказались в большом торговом зале. На стене висели образцы оружия. «Страйк больные?» — показал я на них Сан Санычу.


«Ага, а форма и разгрузки вон там», — махнул он рукой вглубь магазина. Полумрак царил в этом большом и просторном зале. Стеллажи с формой стояли длинными рядами.


Рядом на манекенах висела снаряга. Андреевич было подошёл китайскому плитнику, но я остановил его. «Зачем брать плитник? Плит всё равно нет». «Это у меня с плитами уже, а тут бафатория».


Выбрал ему такой же, как и у меня. Тактический пояс варбил с двойными подсумками под магазины. А парням взял обычные жилетки с подсумками. Остальное всё големый Китай.


Тот магазин явно на страйкболистов был рассчитан, а не на реальных военных. И уж тем более не на выживальщиков. Вот только футболки, брюки и кроссовки себе подберу. Коллиматоры брать не стал.


«Тоже Китай. Вон как мазал Сан Саныч по мне. А всё почему? Потому что дерьмо китайской оставит вместо нормального прицела. А вот цевьё и фонарик я, пожалуй, возьму».


«Сколько с нас?» Обратился я к довольному Сан Ценычу. Тот подсчитал на калькуляторе, прикинул в уме и выдал мне цифру. «29 600 рублей!»


«Саныч, у меня только двадцать. Достал я четыре мятые пятитысячные купюры. Может, сигареты возьмешь или пиво? Водочку там, консервы для здорового питания».


«Сигареты!» — задумался Сан Саныч. «Сигареты возьму, а какие?» «Ну, там разные у нас есть. Парламент, Мальборо».


Начал перечислять я. «Парламент возьму по 150 рублей», — закивал Сеныч. «А то купить у меня закончилось». «Какие по 150?» — удивился я.


«Сигареты по 500 рублей? Да где это видано? Нет, так не пойдёт. Отдавайте назад товар на недостающую сумму». Вот ещё 10 тысяч. Неожиданно Михаил протянул несколько бесполезных бумажек.


«Сдачи не надо». Псан Саныч быстро схватил деньги и сунул их под прилавок. «Вы заходите. Если что, скоро новые поставки будут». Потирая руки, сообщил он нам.


«Хорошо, обязательно зайдём». Кивнул я и, положив в покупки ферменный пакет с надписью «Северный фронт» пошёл на выход. Четыре ящика с ферменным немецким пивом мы оставили с самца ночью под его одобрительное кряканье.


«Мы же не такие барыги. Пусть забирает. Для хорошего человека не жалко. Всё равно нам вместо свободного машины нужны подкупленные шмотки. Уже в машине, когда мы немного отъехали от магазина,


Я покрутил пальцем у виска. Мужики захихикали в салоне. Похоже, у торговца совсем крыша съехала. Какая поставка? Какие деньги? Деньги сейчас пустые бумажки.


Только сумасшедший может говорить о том, что скоро к нему поступит новая поставка товара. «Какого товара? На улицах психи бегают. Миллион людей погибли!»


«Я его даже звать к нам на грибной не стал», — пояснил я Андреевичу. У него крыша явно поехала. Скоро и так, без всякого заражения.


Сам психом станет. В машине мы сидели уже с трудом. Сектора плохо просматривались из окон, да и само положение для стрельбы было неудобным из-за большого количества ящиков с продуктами и мешков со шмотками.


Нужно было в срочном порядке добыть ещё один автомобиль и часть груза переложить в него. Начали осматривать прилегающие к дороге улицы. Машина стояла только закрытая.


Нужно ехать на стоянки и паркинги, к торговым центрам, а там собаки. В итоге решили ехать назад и часть груза выложить на базе.


После нескольких безуспешных попыток связаться по рации, развернулись и взяли курс на грибной канал обратно. На самом деле, в том, что база нам не отвечала, ничего страшного не было.


Там рация на яхте стоит, а дежурного радиста нет. А может, просто связи нет. Развернулись через двойную сплошную, нарушая все правила. Сверху на солбе висела неработающая видеокамера.


А за окнами всё тот же унылый пейзаж. Когда проезжали мимо высокого офисного здания, тоже то ли торгового центра, то ли бизнес-центра, Гоша толкнул меня. «Старшой, смотри!»


Машет нам кто-то. Я присмотрелся через лобовое стекло. Точно. С четвёртого этажа строения лысый мужик в красной футболке машет рябкой и кричит. «Тормозни».


Хлопнул я по панели приборов машины. «Так, что делать? С одной стороны, помочь, конечно же, нужно, а с другой — это большой офисный центр».


«Единоборство и фитнес», — гласил плакат на входе. «Бывал я в этом месте, правда, уже давно. На первом этаже Макдональдс, но он в стороне».


Отдельный вход вон там, на углу с торца здания. До него нам далеко. А вот тут открытые стеклянные двери. Главный вход. И что ещё нам на руку? Несколько автомобилей стоят на парковке у здания.


«А автомобили нам не помешает». «Мужики, как поступим?» – повернулся я к личному составу. «Но это помочь бы надо», – потернулась Вадимович.


«Что другие скажут?» «Я отсоединил магазин на карабине», проверил патроны и вставил назад. «Да был я в этом центре», — подал голос Михаил.


Там никогда народу не было. Рядом же фантастика, где на нас собаки набросились. Вот в ней толпы постоянно ходили. А в этом полтора землекопа народу всегда было, даже в выходные дни.


«А в будни полный голяк. Только в спортзал и ходили. А лысый как раз в спортзале сидит». Михаил ещё раз посмотрел в окно машины и продолжил.


«Точно. Там балкон есть длинный. Он с балкона машет. А ещё в зале есть большой магазин спортивного питания». «Спортивного питания?» – переспросил я.


«А что, идеальный вариант для нас. Готовить никогда, консервы надоели, а тут взял с собой, развел водой, проглотил аминокислоты, съел батончики и стреляешь зомбаков да мародёришь».


«Решено. Поставил я точку. Я, Михаил, и ты. Показал Яна Вадимовича. Идёте со мной в здание, а ты, Гоша И. Андреевич, ищите тачку».


«Психов тут не видать пока. Завести угнать сможете, если что?» «Ну, раньше умел. Пожал плечами, Игорь». «Вадимович и Миша, забить магазины по полной».


«Разгрузки новые примерьте, под себя подгоните. Идём внутри здания. Я первый, потом Вадимович. Михаил, тыл за тобой, понял?» Сказал я, загоняя патрон в патронник.


«Давай, Гоша, ко входу подкатывай». Тигр подъехал на медленной скорости почти вплотную к открытым дверям. Вадимович с Михаилом вышли через заднюю дверь тигра.


А я, как обычно, вышел через пассажирскую. «Буду на связи. Контролирую входы, машину вторую ищите. Вон их сколько». Я указал пальцем на стоянку.


Гуша кивнул в ответ, а я покрепче взял свой карабин под 7.62 с ПБС, а 74-й закинул за спину. Ну и пусть он только одиночка работает, всё же из боевого КМа сделан.


«Магазин у меня по 10 патронов. 30-ти зарядные оставил в рюкзаке. Мне не поймётить ИЧС, а просто тихо устранять угрозу».


Психи на шум быстро сбегаются, а вот когда сбегутся, тогда и... Оказалось, четыре в дело пущу. К нему патронов много. Три полных магазина в подсумках, один в автомате.


«Да, в рюкзаке патроны в пачках». Вадимович и Сергеевич заняли позицию у входа. Внутрь пока не зашли, и это правильно. «Первым пойду я». Осторожно осмотрелся.


Небольшой коридор впереди. Слева отделение Сбербанка за стеклянной дверью. Прямо напротив двери застывший эскалатор, а справа – длинный коридор и снова стеклянные двери.


Прямо там, перед одной из дверей, обглотанный труп лежит. И дерьмо внесёт в коридоре. Есть тут психи. Точно есть.


«Осторожно делаю несколько шагов вперёд, и дрожь охватывает всё тело. Есть сигнал. Сейчас будет нападение».


«Ага, вижу. Вон тень мелькнула за углом. Хитрый он гад. Не бросается сразу, а сидит в засаде, выжидает. Но мне удобен этот сектор. Я же правше».


Поэтому стрелять в левую сторону проще паре на репы. Делаю же с Сергеевичем, чтобы контролировал коридор, а второму бойцу, чтобы взял тыл. Пусть меняются секторами.


«Тут Сергеючу удобнее будет работать, в случае чего. Теперь маятниковым движением осторожно режу угол. Есть. Увидел его. И в то же мгновение псих бросился.


Прямо передо мной мелькнула чёрная тень в зелёной униформе с мешком в руках. Я два раза выстрелил в силуэт, но выстрелы не остановили психа.


Он зарычал и повторно прыгнул в мою сторону. «Так это же инкассатор бронежилети!» На этот раз в голову. Два выстрелы негромко прозвучали в пустом коридоре.


ППС выдал только приглушённые хлопки. Лязганье затвора, гулка растворилась в тишине. Псих рухнул в метре от меня, выпустив большой мешок защитного цвета из рук. Деньги.


«Отлично. Теперь мы ещё инкассатора ограбили». «Ух ты!» – услышал я за плечом голос Вадимовича. «Как он тут оказался?» «Инкассатор или то, чем он стал две недели назад?»


Бежал мешком на полу. «Сектор свой держи», — коротко бросил я, водя стволом по возможным опасным местам. «Сбербанк закрыт плотно, это видно сразу».


Двери перемотаны цепью, а большой амбарный замок их скрепляет. Шахта лифта дальше по коридору стоит. Я заменил магазин в карабине и показал большой палец правой руки.


Магазин потом доснарежу, а пока на пояс в паучер. Теперь ещё раз внимательно осмотреть и проверить все углы. Чисто.


Подал я тихим голосом команду «Теперь вперёд по эскалатору», медленно поднимаясь по застывшей лестнице. Я смотрю вверх. Вадимович и Михаил идут сзади.


«Интересно, как этот псих тут жил? Хотя чего удивляться? Дверь я открытый. Выбегал на улицу, пил воду из луж, жрал тот труп, что лежит в коридоре».


Только зачем он с мешком бегал и жил у дверей банка? Наверное, кое-какая память остаётся у них. Второй этаж чистый. Эскаллтор ведёт сразу на третий. И третий этаж чистый.


Пустые коридоры, стеклянные двери и никого вокруг. Следы погрома только в коридорах, видимо, в спешке отсюда вывозили имущество.


Обрывки пакетов и бумаги валяются, но дерьмом не пахнет. Если пахнет, то это верный признак того, что рядом сихи. Полумрак стоит, но наверху стеклянная крыша, прямо над эскалатором.


А дальние углы и проходы я освещаю фонарём, купленным у Сан Саныча. На цевьё бы его повесить, совсем красота бы была. Наконец, вот он, четвёртый этаж.


Отсюда нам лысый мужик махал. Впереди большая стена и плакат с улыбающейся в 33 зуба девушки со штангой. На плечах. Слева стеклянная дверь и стена. Но стекло крепкое.


«Так сразу не разобьёшь». За стеклом вход в спортзал. Посмотрел по сторонам. Вдоль стены витрины стоят. Косметика, массаж, навигаторы и авторегистраторы. Это нам не нужно.


А за стеклянное дверью в спортзал тот самый лысый мужик прыгает. Взгляд безумный. Майка облегающая, красная с эмблемой и шорты чёрного цвета. На вид за сорок с чем-то, но лицо неестественно жёлтого цвета.


Наверное, астероидов обожрался. Подгоченный мужик. Не сказать, что культурист. И даже не кроссфитер. Так, любитель покачаться и посушиться.


«Скорее, скорее!» Орёт он из-за дверей и прыгает на месте. «С ума сошёл?» «Наверное, так и есть». В том дурдоме, что творится вокруг, рассудка легко можно лишиться, только вот...»


«Зачем нам, безумцев, спасать?» Ихи так полно на улицах бегает. «Чё, Рюш, выходи давай!» Тихо сказал я ему сквозь зубы, когда подошёл к двери.


«Видишь, за тобой поднимается». «Ага, сейчас». Засуетился мужик, сбегал за деревянную стойку, взял оттуда ключ и открыл нам дверь.


«Я уже думал, что всё, пропали все, блин. А я вот тут качаюсь и...» На этом он заткнулся, так как «Е» упер ему глушитель прямо под подбородок. «Ты один тут?»


Спокойно спросил я этого придурка. «Да, я семинары проводил и остался ночевать. Я из Иваново сам. Жить негде, мне комнату и дали. А что мне, на гостиницу тратиться?»


Когда началось это? Меня Михаил зовут? Шилин Михаил, слышали? У меня роликов полно на ютубе. Я в фильме про талант снимался.


«Страна боксёров называется, не смотрели?» «Слушай сюда, Михаил Шилин. Убрал я оружие от его лица. Собирай монатки и быстро с нами вниз. Ствол у тебя есть?»


«Есть, конечно, целых пять. Мелгашка, СКС со складным прикладом, обычный СКС и ИШ-2», — затараторил Шилин. «Ну и где они?»


Сплюнул Вадимович на пол. Он тоже, как и я, начал закипать. «Дома они, Виваново!» Сделав круглые глаза, ответил спасённый Шилин. «Ясно».


Я смотрел в ту сторону, куда убежал этот дурачок. Вадимович и Сергеевич контролировали сектора вокруг. Такие же стеклянные двери, перегородки и пустые стены.


«Что это?» — показал я на деревяшку. «Это моя макевара, собственного производства», — с гордостью заявил Шилин. «Я их продаю, не желаете посмотреть?»


И он протянул мне кусок деревяшки. «Засунь себе свою макевару в задницу!» Зло сказал я и выдал длинную нецензурную триаду. «Не хотите, как хотите!»


Ничуть не обиделся Михаил, достал телефон и сделал селфи на фоне спортзала. Интересно, почему у него телефон сотовый ещё заряд держит? А вот почему. Тут же рядом с Элом магазин сотовых.


Видимо, он оттуда их и набрал. Вот точно придурок. Люди едой, оружием, одеждой и снаряжением запасаются, а он сотовыми. Но зачем они сейчас?»


Внезапно у меня возникло жгучее желание пристрелить этого создателя Макевар, но я удержал себя в руках и пошёл вниз по эскалатору. «Олег, спортбиржу взять хотели?»


Окликнул меня Сергеевич. Я подождал, пока он с Шеллином сбегал к небольшому магазинчику на входе в спортзал. Шеллин постоянно что-то советовал.


Указывал, размахивал руками. В итоге они с Сергеевичем вышли с двумя большими пакетами в руках. Пакеты были фирменные, сине-жёлтой эмблемой и надписью «Единоборство и фитнес». Сказав Шелину, чтобы он заткнулся и взял пакет из рук Сергеевича, я первым пошёл вниз.


Спустились мы без проблем. Больше психов не встречали. На первом этаже вызвал по рации Гошу. «Гоша, ответь Соколу». «На приёме, Гоша».


Отозвался мне водитель. «Как обстановку?» – спросил я, контролируя вход. Сергеевич и Вадимович контролировали соответственно два направления коридора.


Замыкающим стоял Шилин с пакетами. Я ещё подумал, что это правильно. Если нападут с тыла, то его сожрут первым. Туда ему дорога.


«Все в норме. Машину завели вторую. Ждем вас». Отозвался Гоша. Взгляд упал на мешок с деньгами возле убитого мною бывшего инкассатора. И в голове появилась отличная идея.


«Если уже второй дурак мне встречаться за сегодня, то почему бы не использовать этот случай? Ведь в этом мешке наверняка деньги. И много денег. Так можно скупить весь магазин у Станценычи».


Но не моя вина, что люди с ума сошли с этим песцом. Один бумажные деньги принимает, второй сидит и не выходит никуда две недели. В спортзале качается и делает селфи.


Или они и были такими до всего этого? Возможно, что и так. Все мы уже были на грани безумия в этом сумасшедшем мире, и этот вирус, неизвестно камень и как нам запущен.


Просто обострилась игра не безумий. Хотя, почему неизвестно кем? Рубец тоже высказывал эту версию, что применили новое биологическое оружие.


«Кто применил, конечно же, понятно всем. Вопрос в другом. Что будет дальше?» Передал свой пакет спортпита Вадимовичу и подхватил левой рукой мешок инкассатора, продолжая правый удерживать карабин.


Вышел на улицу. Тигр стоял прямо перед входом, метрах в пяти. А рядом с ним красовался зелёный с полосками инкассаторский микроавтобус.


За рулём сидел и улыбался мне Андреевич. Вот это да. Была одна броня, стало две. «Вадимыч, вы с Шилиным к Андреевичу, мы с Мишей в Тигр. Скомандовал я».


Плюхнувшись на сиденье, достал свой нож курадёра и вскрыл мешок. «Вот это да! Сколько тут денег? Много! Купюры лежат пачками!» Закрыл мешок и усмехнулся.


«Гош, а поехали к этому дурачку Сан Санычу». «Зачем?» – не понял меня Игорь. «А затем?» – похлопал я по мешку с деньгами. «Шмоток и снаряги на всех прикупить».


«Машина вторая есть, в неё и погрузим». Мы развернулись и поехали назад к магазину «Северный фронт». Саныч очень удивился, увидев нас. Но когда я достал пачку денег, обрадовался.


В итоге инкассаторский микроавтобус мы покрутили в кучу тактических брюк, рубашек, ботинки с высоким перцем, перчатки, несколько разгрузок, не побрезгивал я и плитниками.


В завершение я набрал себе несколько тактических фонарей. Цевьё Фаб Деванс на АК-74, боковые прицельные планки, ДТК из титана, тактические рукоятки.


В общем, фургончик был забит под завязку шмотками, а тигр – продуктами. Щедро расплатившись Сан Санычем инкассаторскими деньгами, мы покатили назад. В мешке ещё оставалось несколько пачек.


«Отдал бы ему всё, какой теперь от них прок», — подал голос Игорь. «Обойдётся. А прок, как видишь, есть. Вдруг ещё один такой дурак попадётся». Подмигнул я Гоши.


После нескольких безуспешных попыток связаться по рации с базой и охотниками, решили возвращаться. К тому же время было шесть часов вечера. Через несколько часов начиная темнеть, а в темноте...


Нам поиски вести несподручно. Город обезлюдил ещё больше, чем пару дней назад. Машины, едущие по улицам, больше не попадались, только стоящие или перевёрнутые вдоль дорог.


Одинокие психи иногда пытались гнаться за нами, но быстро отставали. Слабеют они, наверное. Скоро тоже, как и все люди, за город потянутся.


«Да что ты хмурый такой?» – толкнул меня в бок Гоши. «Не загоняйся ты так. Да наверняка они вернулись уже и бухой отсидят. Вот и к рации не подходят».


А вот это было верно. Была у Робса такая привычка – не подходить к радиостанции. Специально обученного человека за ней не было, а сам Андрей не был радиолюбителем.


Я откинулся на сиденье, взгляду полный ящик рушовицы. После жаркого дня сильно захотелось пить. Протянул руку, разорвал плёнку на упаковке и достал одну банку.


С характерным звуком открыл её и сделал большой глоток. «Олег, дай мне тоже!» – жадно взмолился сидящий за рулём Игорь. Я свободной рукой пошарил упаковки и достал ему банку, предварительно открыв её.


Всё-таки человек за рулём. Неудобно ему самому одновременно рулеть и пиво открывать. А гаишников на дорогах нет. Перебили их, всякие стволы отняли.


«Сокол, ответь Андреевичу!» «Ожилай радиостанции!» Сокол на приёме. Я нажал кнопку передачи и сделал очередной глоток из банки. «Можно мы высадим этого лысого придурка?»


Замолился Андреевич. «Нельзя! Скоро к базе подъезжаем, там и высадим!» Засмеялся и... «Да он уже достал на всех! Пусть целся с психами делает!»


— взмолился Андреевич. — Отними у него телефон и всего делов. — дал я совет. Через некоторое время в боковое зеркало увидел, как изъехавший впереди нас инкассаторской машиной


Вылетел сотовый телефон. Машина качнулась на повороте и поехала вниз, на спуск. Ну вот, последние рвоки мы дома. Хотя дома моё временное убежище на эти несколько безумных дней в полной мере назвать нельзя.


Так, пункт временной дислокации, как говорится казённым языком. Ну вот и он, поворот на базу. Сейчас метров 200 по косе проедем и наш блокпост.


Я приоткрыл дверцу и выбросил пустую жестяную банку из-под пива. Теперь не до экологии. Идущая впереди машина остановилась, а по рации мне сообщили.


У нас проблема, забор, а спит никого не видно. Принял, Андреевич. Давайте вперёд, посмотрите обстановку. Мы пока тормознём. Мгновенно я принял решение.


Пусть инкассаторская машина в качестве головного дозора идёт вперёд, а мы прикроем тылы. Как говорится, вперёд идут наиболее подготовленные и наименее ценные.


«Сейчас только этого говнюка вытянем», — ответил мне Андреич. Дверца салона микроавтобуса распахнулась, и мужик в красной футболке вылетел и упал на асфальт.


Но тут же поднялся и начал грозно орать Маша кулаком. «Вы что, совсем уже? Вы хоть понимаете, с кем разговариваете? Я Михаил Шилин!»


«Я с Бадюром в фильме снимался! Я в Таиланде с ним был!» «Слышь ты, Михаил Шишлин, открыл я дверцу кабины «Тигра» и выскочил на улицу.


«Мне пофиг, что ты снимался в Таиланде с бордюром. Это твои личные сексуальные проблемы. Но ты или заткнёшься. Сейчас, или...» Я не успел договорить.


Увидел тела ребят, заброшенные в воду. Те самые крепостные рубцы. Одного парня я узнал по куртке 5.11, второго по бандольеры.


«Когда мы уезжали на поиски сегодня утром, они стояли на воротах, а вот теперь их трупы плавают в Волге». Чайка протяжно закричала в небе.


Вдруг крик прервался, и прямо на блестящую лысину Шилина упала птица. Тот заорал, замахал руками, пытаясь её схватить. Но птица крепко вцепилась в голову когтями и долбила клювом.


Я подбежал к Швилину и прикладом сбил напавшую на него птицу, одновременно чуть задев его лысину. Кровь преснула истечки на голове.


Шелин заорал и упал на асфальт, а птица, непонятного мне вида, но не чайка это точно, побежала ко мне по земле. «Вот это номер! Я никогда раньше не видел, чтобы птицы нападали на людей!»


Скинул автомат и несколькими выстрелами выпустил перья из этого стервятника. Неужели птицы тоже заразились бешенством?


Мои познания в биологии были очень слабы, но вот такую возможность я всё же допускал. А это значит, что спасённого нами Шелина покусали, то есть через несколько дней...


Он тоже станет психом. «Олег!» — окликнул меня из кабины Игорь. «Андреевич вызывает!» Бросив Шелина орать на дороге, я поспешил в машину.


Андреевич был на базе, живых нет никого, противника тоже не видно. «Миш, выйди, окажи первую помощь своему тёзке, а потом за нами прогуляйтесь».


Бросил я и Попеи с подсумка Сергеевичу. Тот кивнул, ловко поймал пакет и выскочил наружу. Тигр медленно двинул вперёд. «Хорошо, что у нас две бронированные машины».


За бронёй тебя чувствуешь спокойнее. Даже если кто внезапно нападёт, просто так и стрелковое оружие нас взять нелегко. Бронебойные патроны нужны.


Хотя под определенным углом и тигр, и инкассаторская машина наверняка пробьется. Сверху особенно. Только сверху к нам ещё нужно подойти. А кто уже тут напал?»


Следов пока никаких, едем дальше. Вместо лагеря сваленные палатки, вещи в беспорядке разбросаны, но трупов не видно. Просто людей нет. Или ушли в лес, что дальше на полуострове, или...


Или увезли нападавшее с собой. А вот и база рубца. Посредине стоит микроавтобус. Андреевич с Вадимовичем гуляют. Там, где был склад оружия, теперь пусто.


Всё почистую везли. И снова ни души. «Рубец!» – крикнул Андреевич. Я повернул голову, куда он показывал, и увидел тело.


Рубцов лежал недалеко от яхты на песке. Куртка пропитана кровью и взгляд бесконечно стеклянным глаз. Да, только и в долге.


Нет, к смерти близких людей я давно привык, но чтобы вот так внезапно на ровном месте кому понадобилось убивать тут и увозить людей? Непонятно.


Обшарив ещё немного окрестности, ничего интересного мы не нашли. Только на песке я увидел следы от колёс БТР. Эти следы ни с чем не спутаешь. Картина более-менее стала понятна.


«Приехал БТР, протаранил ворота, потом, неизвестно, убили двоих охранников. В лагере никого не тронули, кроме рубца, но всех забрали и увезли. Вот, кстати, ещё следы на земле».


или автобус, или грузовик большой. Забрали весь наш арсенал. Стоп! Арсенал. Из-за него, скорее всего, на нас и напали. Больше ничего ценного тут и не было. Но в чём причина?


По городу и области куча брошенных воинских частей и баз. Идти грабь не хочу. Только там психи с оружием, там можно и нарываться. А у нас что? У нас тоже оружия много было.


Оружия-то много, а людей мало. Сначала девять человек бойцов пропали, а потом и на лагере нападение произошло. Звук Латвия Сергеевича, движение около ворот.


Сообщила мне рация голоса Михаила. Он задержался Шилиным и как раз, наверное, возвращается. «Сергеевич, я Сокол, где находишься?» – запросил я его.


«Подходим к лагерю. Наблетают четырёх вооружённых людей. Идут по направлению к нам со стороны города». «Приняли. Подходи к яхт-клубу, ждём». Убрал я руку от рации и свистнул.


«Бойцы, внимание! Оружай к бою со мной!» Я устремился в сторону дороги к базе. С узкого перешейка автомобильная дорога вела прямо в яхт-клуб, а дальше, сразу за ним, слева дороги стоял наш бывший лагерь.


За ним пляж, а вот после пляжа к дороге вплотную примыкали кусты. Вот в этих кустах я и планировал устроить засаду. Как раз успеваем по времени.


Нам тут примерно метров двести до этого места. Я бежал по асфальту впереди всех. Сзади пыхтели Андреевич и Вадимович. Гоша чуть отстал и тащил свой АКСВУ в руках.


Боекомплект у всех полный. Стрелял только я один. Через сто метров показался Сергеевич Михаилом Шилиным. У Шилина голова была замотана бинтами, и внешне он походил на героя гражданской войны.


Красная рубаха, то есть футболка и крабовые бинты на голове. На секунду у меня даже мелькнула мысль, чтобы ему дать автомат, но потом я решительно её отогнал.


«Всё. Вот подходящее место для засады. Справа и слева кустарник вплотную примыкаем к дороге. Миша, давай туда!» Тихо приказал я Сергеевичу, показав рукой позицию.


«Вадимович, уводи этого шишлина в лагерь, вон туда, к пляжу. А ты, Андреевич, вместе с Гошей вон в те кусты». Показывал я обратное направление.


Таким образом, засаду мы выставили Т-образную. В целом, засады бывают односторонние, двухсторонние и те, что мы сейчас попытались изобразить.


Односторонняя самораспространённая — это когда бойцы располагаются в линию по отношению к противнику с одной стороны. Двусторонняя засада нам сейчас не нужна.


Расположившись с двух сторон вдоль дороги, мы рискуем попасть под свой дружественный огонь. А сейчас я, Андреевич и водитель Игорь встречаем противника по фронту.


А когда он будет отходить назад, в дело вступит Сергеевич. Вот такой у меня план. Да и противников-то всего четыре человека. Маловато что-то. И без машины они пешком идут.


«Внимание всем!» — взялся я за рацию. «Без моей команды огонь не открывать!» Я лежу прямо напротив дороги. Тут она резко уходит вправо к яфт-клубу.


Вдоль дороги несколько ивовых кустов. Вот в тени ивы я и залёг. Андреевич справа от меня метрах в пяти. Гоша ещё чуть дальше. А Сергеевич прямо напротив нас, только левее.


Ему до дороги всех ближе. А вот и неизвестные появились. Четыре молодых парни. Идут как на прогулки. И у всех четырёх АКСУшки. «Ну и что это за хрень?»


«Блин, ну как вы тут жить? Воды мне дайте, дерёт сильно!» Услышал я громкий крик шили на спляже. С этим придурком только в засаду идти. Но парни, идущие прямо на нас, как я понял, ничуть не удивились услышанному.


А продолжали идти вперёд. Я ещё раз обгляделся в лица идущих и схватился за рацию. «Внимание всем! Огонь не открывать, отбой — это свои!» Я поднялся земли.


Отряхнул брюки и пошёл навстречу этим четырём беглецам. Карабин через плечо висит и глушителем смотрит в землю. Но всё равно, в любую минуту готов его скинуть и выстрелить.


Это упражнение я постоянно отрабатывал на учебных стрельбах в прошлой жизни. «Ну что, орлы, налетались в свободном полёте?»


«Назад потянуло!» – грозно спросил я идущих. «Здравствуйте, товарищ майор!» – расплылся один из них в улыбке, тот самый, который тогда в автобусе пьяный выпендривался.


«А мы как вашу машину увидели, так сюда побежали». «Ну и что произошло тут?» Развёл я руки в стороны. Парни сбивчиво бросились рассказывать о событиях сегодняшнего утра.


Они сначала сидели в брошенном кафе, после переправы на лодке, а утром услышали стрельбу с полуострова. Примерно минут десять стреляли, потом всё стихло и только женские крики раздавались.


А ещё через час по дороге с полуострова выехало несколько машин. Один по описанию БТР-80, три пикапа с пыльмётами типа «Джихад Мобили», «КамАЗ» и «Пэзик».


А потом, спустя ещё несколько часов, приехали мы. Все бойцы подошли ко мне и слушали молча. Мне даже пришлось приказать Сергеевича, чтобы брал с собой одного из парней и шёл на охрану ворот.


А то не ровен час психи на гонёк забегут. Хотя психов в округе не было, они на набережной обитали. Ведь целенькая история, ничего не скажешь.


«Выходило, что какая-то могущественная группировка напала на наш анклав и забрала нашу добычу. Только вот что это за группировка?» «Слышите?» — крикнул один из беглецов.


«Вертолёт летит!» И действительно, шум лопастей и низколетящей вертушки ничем не спутаешь. Мы задрали головы вверх, и вскоре источник шума появился.


Тот же самый Ми-8, без опознавательных знаков, сделал круг над нами и завис в метрах 200. Недолго думая, я снял со спины Акасим С-4, отложил в сторону свой карабин и дал длинную очередь по вертолёту.


Потом заменил магазин и ещё одну. Лопасти заработали сильнее, и восьмёрка, резко взмыв вверх, ушла в сторону города. «Козлы!» – выругался я.


Наблюдают ещё за нами. И тогда перед этим налётом тоже он прилетал. Высматривают воздух, а потом нападают. «Что будем теперь делать? Бежим отсюда?»


Подал голос Андреевич. «Ни в коем случае». Возразил я ему. «Сначала ребят похороним, а потом будем ждать». «Чего ждать-то?» «Не понял Михаил Сергеевич».


«Их ждать. Вернутся они. У нас тигр имеется, да и пострелял по ним специально. Разозлил».


Сплюнул я на землю, похлопал по карману брюк, достал пачку сигареты и щелчком выбил одну. «А что мы им сделаем? Их больше. БТР у них. Пять же».


Снова засомневался Андреевич. «А из него-то что брони сделаешь?» — похлопал он по своей Ксюхе. «В этом Андреевич прав».


Не навоюешь много с одним стрелковым оружием против бронетранспортера. Если бы бронебойные с черноголовкой патроны были. Но откуда бронебойные патроны в отделе полиции?»


Соотношение сил и вооружения не в нашу пользу. КПВТ, установленный на БТР, прошьёт броню «Тигра». Что же делать? Идея пришла ко мне в голову практически мгновенно.


Что если коктейль Молотова изготовить да из кустов, из засады броню нападавших изжечь? Андреич, инкассаторская тачка на бензине?


Сбил я с толку своим вопросом окружающих и самого Андреевича. «А я знаю», – пожал тут плечами. «Вроде бы да, диалек сразу видно. А ты к чему это спросил?»


«Скоро узнаете», — загадочно усмехнулся я. «Парней похоронили прямо на берегу под Ивой. Насыпали небольшой холмик и поставили крест из досок.


Данное я знал только у Рубцова. Тех двух не знал, поэтому писать на могиле ничего не стали. Просто крест и всё. Я присел рядом на камень, достал сигаретку и черпнул зажигалкой.


«Пламя долго не разгоралось, наверное, газ в сжигалке кончается. Теперь много таких мелочей нужно учитывать. Магазины как бы есть, и товар в них ещё не растащили, только вот складировать его негде».


«Старшой, угости сигареткой», — спросил у меня стоящий рядом Гоши. Я достал пачку снова, и ещё три руки протянулись к ней. «Не жалко, сигареты пока есть.


«А когда закончится, брошу курить в чёртовой матери. Не умираю от отсутствия сигарет. Только вот боюсь, что с таким положением дел жизнь наша закончится быстрее, чем сигареты».


Мало того, что неизвестный вирус бешенства обратил в тварь и кучу народу, уничтожил все ветви власти, полностью парализовал город. Да что город, всю страну. А как бы и не весь мир.


Информации у нас нет, что в других странах делается. Хотя, наверное, радио не мешало бы послушать, что там говорят. У Робцажа рация на ехте была.


Нужно поймать волну ей, хотя он же говорил, что тишина в эфире. Кто радиодела знает? Выпустив горький дым, посмотрел я на свой отряд.


Андреевич покачал головой. Сергеевич стоял наблюдателем на посту. Его сейчас не спросишь. Гоша тоже молчит. Четверо парней, что вернулись к нам после побега, тоже молчат, точнее трое.


Четвёртый сторожит дорогу Сергеевичем. А что с них взять? Мажоры, папины сыночки. Тощие, грязные, от былого лоска, ей не осталось и следа. Только автоматы висят на худых плечах.


Один невысокий, худощавый, субтильного вида паренёк снял с плеча автомат и руками вцепился в цевьё. Вот это правильно. «Автомат сейчас — твоя единственная надежда на будущее».


«Не говори, что она счастливая, будущее. Тут не до счастья, тут бы выжить». «Я знаю!» — внезапно отозывался Шелин.


С перевёзанной головой в шортах и красной футболке стоит, глупо улыбается. Равно ему обработали водкой, медикаментов всё равно нет никаких.


«А тут хоть какая-то дезинфекция, поэтому от Шилина теперь тащит спиртным». «Отлично. Хоть какая-то тебе польза будет». Усмехнулся я. «Вадим Ильич».


«Отведи его, Крупцово, ехте, в радиорубку. Пусть эфир послушает». Шилин ушёл сопровождающим, а я послал двух мажоров. Так и прилипла к ним эта кличка. Заменит на посту Сергеевича.


Когда тот явился, начал излагать свой план. По мере того, как я говорил, лица людей мрачнели ещё больше. Видя это, я сразу предложил любому, кто откажется от участия,


Покинуть полуостров добровольно. Никто не вышел вперёд, не поднял руки. Все стояли и молча ждали от меня команды. Ну что ж, оно и понятно.


«Выжить можно только всем вместе. А ещё в безумном мире выживает сильнейший». После того, как возражений не последовало, начал ставить задачи.


Андреевич и два мажора идут сливать бензин, после заливать его в бутылки. Бутылок 10 нужно, не меньше.


«И апельсиновым соками разбавьте или масломашинам, иначе быстро прогорит и не прицепится к броне», уточнил я вслед уходящим с решимостью в глазах бойцам.


«И обязательно испытать парочку», — добавил немного, подумав. Молчаливый кивок Андреевича был мне ответом. «Сергеич, мы с тобой сейчас пойдём позицию выбирать, а ты, Гоша...»


«Оружие, смотри, что осталось. Патронов пересчитай и жди нас. Потом я к тебе двух бойцов пошлю. Добычу из машин перетаскаем в дом и там разоберём». Поправляя карабин на ремне, сказал я Игорю.


«Ну всё, мы свой выбор в этой жизни сделали. Правильный он или нет, узнаем завтра. А сейчас нам, Сергеевичам, нужно подходящее место для засады выбирать».


Поскольку коллектив мне не обоченный, засада будет наипростейшая, линейная, то есть, как я уже говорил, всё в одну линию. И места лучше, чем мы уже приметили, не найти.


«Узкая дорога и близко от дороги кусты. Подпускаем поближе и... Правда, стрелки из нашей пока никудышные. Вон только я и Сергеевич более-менее стреляем».


Так мы и откроем огонь, а остальные поддержат. Тут метров десять, почти упор, не промажут. С бутылками бы не облажаться. Броню мы просто так из автоматов не возьмём.


Можно как вариант залезть на дерево и попробовать сверху стрелять. Ну, так себе идея. Патроны для автоматов под 5-45 у нас обычные, с красной каёмкой. 7N6M.


А были бы с остальным сердечником, 7N10, с фиолетовым герметизатором, так тоже толку мало. Водителе стрелка на ПТР просто так не попадёшь.


КПВТ на БТР-80 прошьёт наш Тигр на вылет. Там всё-таки 14,5-й калибр. Ну что, вот тут встретим их.


Показал я Сергеевичу на выбранную позицию. Михаил ничего не сказал, просто кивнул головой. И оно правильно. Один я тут спец в военном деле.


«А то, что завтра нам гостей ждать, я почти не сомневался. Правда, был ещё вариант, что на полуостров они не сунутся, просто дорогу перекроют».


«Но это если бы противник опасался нас. Они ведут себя нагло, ничего не боятся. Власть свою почувствовали». Солнце стало медленно опускаться за горизонт.


Небо окрасилось в багровые тона. Ветер стих, а огнетущая тишина повисла над нами. Даже чайки не летали в небе. Интересно, куда они пропали? Небо теперь тоже таит в себя опасность.


Что за сокол или горшун напал сегодня на Шилина? Нет, я понимаю, на такого дурака кто угодно может напасть, но на всякий случай нужно нам шлемы носить.


А все шлемы увезли вместе с имуществом эти самые. Кто же они такие, люди на батареи? К вечеру определились с личным составом и выставили пост на узкой перешейке.


усилив его тигром. По четыре часа каждый из мажоров дежурит на посту, потом четыре часа отдыхает. Так себе, конечно, надежда на мажоров.


Поэтому один из наших бойцов тоже дежурит, пока все будут отдыхать. А спать мы решили в помещении яхт-клуба. Вряд ли кто будет нападать ночью. Но если подобное и случится, то будем уходить по воде.


«Яхта вон, на причале стоит». Шелин и правда оказался радиолюбителем. Но нам это помогло мало. Эфир был чист. Мы даже западные голоса не смогли поймать.


Полная тишина. И это было невероятно. Неужели то же, что в нашем городе происходит по всему миру? Я присел на лавку, а рядом плюхнулся Шилин.


На его голове белела повязка, местами на ней проступали красные капли крови, прямо как у раненого бойца. Так мы и сидели молча в беседке напротив яхт-клуба.


Рядом на огне закипала вода. Рыбы нам и сегодня никто не наловил. Придётся есть макароны с тушёнкой. Их готовить проще всего. Вопреки обыкновению, спиртного на столе не было.


«Я запретил ставить. Завтра, если останемся живы, выпьем». Хотя Андреевич и бормотал что-то про упокой души Рубцова, но я категорически покачал головой.


Когда ужин был готов, то шунку с макаронами раскидали по тарелкам, что нашлись в буфете кают-компании Яхт-клуба. Запили всё обычной водой из магазина здорового питания.


Апельсиновый сок весь пошёл на создание горячей смеси. Судя по испытаниям, вышло неплохо, только баруки не задрожали у пареньков завтра утром. После молчаливого ужина разошлись кто куда.


«Я присел у берега Волги на мордёры и достал из мятой пачки сигарету. Пристрастился я к этой дурацкой привычке последнее время. Почти не курил ведь раньше».


Вот так и нас захотели прихлопнуть новые хозяева пропадающего мира. Зачем? Видимо, за тем же, за чем я и убил комара. Мы кому-то мешаем.


«Почему не пытались договориться? Не могу сказать». «Олег Андреевич!» – окликал меня кто-то со спины. «Я обернулся. Шилин. Уже переоделся, как и все в обновках щеголеют.