text stringlengths 0 18M |
|---|
В то время я и не знал, что у него немалые запасы оружия. И что он и все остальные его друзья-директора исправили близорукость при помощи лазерной коррекции зрения не по косметическим соображениям, а потому, что найти очки или линзы, когда привычный мир рухнет, будет сложно, и потому, что в каменном веке, к которому мы... |
– Нет причин, по которым готовиться не стоило бы, Уилл. Если и не ради себя, то ради семьи. |
Но я готов не был. |
Грабежи начались вовсе не тогда, когда власти решили освободить тюрьмы, на самом деле представлявшие собой камеры смертников, где изолироваться было невозможно и свирепствовал вирус. Освобожденных преступников было недостаточно, чтобы в одиночку стать причиной хаоса. Причиной стало ощущение, которое они принесли с собо... |
Некоторые стали грабителями и насильниками из-за нужды. |
А некоторые – как сын Колина Брэд – потому, что им так захотелось. |
Отношения у Брэда Лоува с отцом сложились непростые. Брэд был первенцем, которого Колин видел продолжателем дела всей своей жизни. Однако, чтобы справиться с такой задачей, у Брэда просто-напросто не было данных. Он не обладал ни интеллектом своего отца, ни его трудоспособностью, ему недоставало отцовской прозорливости... |
Вернувшийся тем летом домой Брэд выглядел полным неудачником, и я не удержался от жалости. Наши семьи отдыхали тогда вместе в огромном двухэтажном коттедже в горах. Мы много лет скидывались на аренду, но теперь Колин просто взял и купил этот дом. У отца с сыном не ладилось, и от этого нам, всем остальным, общаться с Бр... |
Пока у него не получалось осуществить задуманное. |
И по-моему, до Брэда дошло, что если не держать себя в узде и прибегать к насилию, угрозам и грубой силе, то добьешься всего, чего хочешь. Именно так он заставил братьев Винстон из соседского коттеджа поджечь старый гараж Фергюсонов. Потому что – согласно показаниям, которые братья дали позже в полиции, – не пойди они ... |
Свои сильные чувства Брэд также продемонстрировал, безнадежно пытаясь ухаживать за моей дочерью Эми. Он был влюблен в нее с раннего детства, но если обычно детская влюбленность с возрастом благополучно затухает, то у Брэда она, похоже, лишь крепла с каждой их новой летней встречей. Разумеется, этому, скорее всего, спос... |
Однажды ночью меня разбудил голос Брэда. Стоя в коридоре возле комнаты Эми, Брэд требовал, чтобы моя дочь впустила его, но она, похоже, вновь его отвергла, и тогда он сказал: |
– Это наш коттедж, здесь все мое, поэтому давай открывай, иначе вышвырнем вас отсюда, а папашу твоего уволят. |
Колину я об этом так и не рассказал: от несчастной любви я и сам немало нелепостей натворил, и к тому же я подозревал, что Колин накажет сына излишне жестоко, показывая нам, насколько нетерпим к подобным выходкам. Поэтому последней каплей, переполнившей чашу терпения Колина, стали не угрозы в адрес Эми, а поджог гаража... |
– По крайней мере, я знаю, где он, – вздохнул как-то за завтраком Колин. |
Спустя три месяца Колин рассказал мне, что с ним связались полицейские: в одном из многочисленных даунтаунских пожаров квартира сгорела дотла, тел не найдено, однако и Брэда тоже отыскать не удалось. Колин объявил Брэда в розыск и надавил на полицейских, требуя продолжать поиски, но полицейские в те времена уже расслед... |
Когда правительство наконец ввело во всей стране режим чрезвычайного положения и Колин с женой и Бет перебрались в бывшую тюрьму на Крысином острове, Колин рассказал, что он по своим каналам узнал кое-что о Брэде. Сын Колина Лоува стал лидером преступной группировки, называвшей себя «Хаос». |
– Зачем ему кого-то грабить? – сокрушался Колин. – Попросил бы у меня – и получил все, что душа пожелает. |
– Может, его душа как раз этого и желает, – предположил я, – показать тебе, что он и сам справится, что не просто способен выжить в такую эпоху без твоей помощи, но и победит тебя, станет во главе. Сравняется с тобой. |
– Хм, – Колин посмотрел на меня, – то есть, по-твоему, это не оттого, что ему все это нравится? |
– Что именно нравится? |
– Хаос. Грабить… Разрушать. |
– Не знаю, – ответил я. |
Я говорил правду. |
Мир вокруг рушился, а мы с Хейди и Эми пытались вести обычную жизнь в Даунтауне. |
Мы с Хейди познакомились, когда учились на юридическом, и все сразу завертелось. Нам понадобилось два вечера, чтобы понять, что мы созданы друг для друга, и два года – чтобы удостовериться, что мы не ошиблись. Так что раздумывали мы недолго. Мы поженились, и через три года на свет появилась Эми. Нам хотелось и еще дете... |
Когда на планете свирепствовал вирус и в городе объявили режим изоляции, компания, где работала Хейди, обанкротилась, и Хейди поняла, что работу найти будет сложно: безработица подскочила с пяти до тридцати процентов, а экономический кризис достиг того состояния, которое знатоки называют критической массой, – иначе гов... |
Поэтому я совершил самый осмысленный поступок из всех на тот момент возможных: стал помогать Хейди оказывать помощь другим. |
С того дня у нас в доме не только кухня, но и гостиная с библиотекой превратились в нечто вроде кризисного центра для отверженных душ с причудливыми судьбами. Но потом правовая система тоже затрещала по швам. Хотя правительство, парламент и суды в какой-то степени продолжали свое существование, теперь все стало вопросо... |
А мы – те, кто к богачам не относился, – принялись готовиться защищать то, что принадлежит нам. То, что, по нашему мнению, нам принадлежало. |
Готовиться к худшему. |
Однако пережить случившееся никакая подготовка не помогла бы. |
И вот я стоял на вершине небоскреба и, прислушиваясь к гулу вертолета, чувствовал во рту вкус веревки. В носу свербело от запаха бензина, в ушах звенели крики тех, кого я любил, а тело сковывало предчувствие того, что я потеряю все, все до последнего. |
– Шестнадцать минут! – крикнул лейтенант. |
Мы с Колином подошли к краю крыши и посмотрели на темные улицы. Я по-прежнему слышал рев одинокого мотоцикла. Всего месяц назад город наводнили банды байкеров, однако бензин кончился, поэтому теперь грабить сподручнее на своих двоих. |
– Значит, по-твоему, Юстиция не умерла – просто у нее небольшая дырка во лбу, да? – спросил Колин. |
Я взглянул на него. За ходом мысли Колина трудно угнаться, но мы познакомились еще в начальной школе, и с тех пор я успел научиться угадывать ассоциативные связи у него в голове. Он слышит рев мотоцикла, вспоминает своего сына Брэда и банду «Хаос» – они носят мотоциклетные шлемы, на которых намалевана богиня правосудия... |
– Она ударилась головой и потеряла сознание, – сказал я, – но мне кажется, правовое государство пока еще способно подняться. |
– А я всегда считал это наивным, знал, что рано или поздно все станет как сейчас и положиться можно будет лишь на самых близких. И кто из нас оказался прав, а, Уилл? |
– Люди будут бороться с твоей энтропией, Колин. Люди ищут, где лучше, им нужно цивилизованное общество, им нужна власть закона. |
– Если людям что и нужно, так это месть за пережитую несправедливость – для этого и существовало правовое государство. А когда правовое государство с этой работой не справляется, люди берут дело в свои руки. Вспомни историю, Уилл. Кровная месть, вендетта, когда сыновья и братья мстят за своих отцов и братьев. Оттуда мы... |
– Я тебя услышал, но не соглашусь. Для меня разум и гуманизм выше желания отомстить. |
– Да ни хрена подобного. Притворяешься ты хорошо, но я-то понимаю, какие чувства тебя раздирают. И тебе не хуже моего известно, что чувства всегда – всегда – побеждают разум. |
Вместо ответа я посмотрел вниз, на улицу, по которой мчался мотоцикл. Рев стих, однако огонек по-прежнему мерцал в темноте, и я надеялся, что это тот же самый мотоцикл. Сейчас нам нужен свет, а еще нужна надежда. Потому что он прав. Колин всегда прав. |
III |
IV |
Кровь стекала с виска и капала мне на футболку, пока они вели меня в гараж и привязывали к стулу, а его, в свою очередь, к верстаку. Девушка, выдавшая себя за одноклассницу Эми – вообще-то, она и впрямь могла ею быть, – пощупала дизельную установку. Она на колесах, но весит сто пятьдесят килограммов, и девушка наверняк... |
Я лихорадочно раздумывал, что сейчас делает Хейди. Когда в дверь позвонили, она тоже проснулась и, скорее всего, догадывалась о происходящем. Успела ли она отвести Эми и Сэма в подвал? Там располагалась наша тревожная комната, хотя на самом деле это просто небольшой закуток без окон, с толстыми стенами и прочной дверью... |
Лишь услышав крик Хейди, я понял, что их больше. |
– Ты сказала… – начал я. |
– Заткнись! – Она снова ударила меня пистолетом. |
Парнишка посмотрел на нее, однако она ничего больше не сказала и лишь молча глядела на меня. Как будто просила прощения. |
И тут же в дверях появился еще один парень. На белом хоккейном шлеме у него на голове была нарисована богиня Юстиция. |
– Он велел вам подняться, – сказал парень с плохо скрываемой радостью. |
Кто – «он»? Похоже, вожак. |
Парнишка и девушка скрылись, а новенький встал передо мной. В руках он сжимал русский автомат того типа, каким, кажется, уже все обзавелись. «Калашников». Некоторые страны рисуют его на флагах как символ борьбы за свободу. Лично меня от одного его вида в дрожь бросает. В его изогнутом магазине мне видится нечто извраще... |
– Я заплачу вам пять тысяч, если вы отпустите меня и мою семью, – сказал я. |
– И куда мне твое бабло девать? – Мерзавец рассмеялся. – В киоск сбегать? |
– Я отдам вам… |
– Папаша, все, что мне надо, я и так возьму. |
Он взял с полки мой старый мотоциклетный шлем. Снял хоккейный шлем и примерил мой. Несколько раз поднял и опустил забрало. И с довольным видом стащил со спины рюкзак и сунул в него шлем. |
Из дома снова послышались крики, и у меня перехватило дыхание. Это я, недоумок, открыл дверь и впустил Левиафана. Дышать мне больше не хотелось – хотелось умереть. Но умереть я не мог. Не сейчас – сейчас я им нужен. Надо выбраться отсюда. Я дернулся, чувствуя, как веревки, которыми девушка привязала меня, натянулись, к... |
Хейди снова закричала, так громко, что одно слово я разобрал. Одно-единственное. «Нет». Отчаянный, бесполезный протест против неизбежного. |
Отморозок посмотрел на меня и, ухватившись за дуло «калашникова», провел по нему рукой, словно онанируя. И ухмыльнулся. |
Думаю, тогда все и началось. Именно тогда все то, что, как я считал, составляет мою сущность, затрещало по швам. |
Вдалеке еще ревели мотоциклы, когда в гараж, пошатываясь, вошла Хейди, закутанная в мое пальто. Она взяла с верстака нож и разрезала веревки. Я обнял ее. Дрожа и трясясь, она уткнулась мне в шею и выкрикивала что-то, словно ей не хватило времени выплакаться и рыдания душили ее. |
– Он забрал ее! – всхлипывала она, а слезы согревали мою футболку. – Он забрал Эми. |
– Он? |
– Это Брэд. |
– Брэд? |
– Лица его я не видела, но это Брэд Лоув. |
– Ты уверена? |
– На нем единственном был капюшон, и он единственный ничего не сказал. Но командовал он, и это он пошел к Эми. И когда девушка и парень вошли в гостиную, кто-то сказал им, что это Брэд приказал. |
– Что именно Брэд приказал? |
Хейди не ответила. |
Я обнял Хейди, а знать мне и не надо было. Не сейчас. Смуглая девушка знала, что нашу дочь зовут Эми, что она – ее ровесница. Брэд – лидер банды, это верно. И что он прячет свое лицо от тех, кто может узнать его, тоже логично. Как и то, что у него не хватило мозгов остаться неузнанным, – это очень похоже на Брэда Лоува... |
V |
– Девять минут до вертолета! – крикнул лейтенант. |
Флаги на флагштоках затрепетали, поднялся ветер. |
Колин махнул рукой, какой-то мужчина скрылся в квартире в пентхаусе и вернулся с ведерком, из которого торчала бутылка шампанского. |
– Попрощаемся, как велят правила хорошего тона, – улыбнулся Колин. – В эпоху декаданса говорили, что после нас хоть потоп, но в нашем случае, когда потоп уже начался, полагается откупоривать старые вина и пить их, главное – чтобы у тебя был рот и горло, в которое эти вина можно влить. Потому что скоро эту глотку перере... |
– Ну что ж, – я взял у мужчины с ведерком узкий бокал, – лично у меня, Колин, оптимизма больше. |
– Ты всегда таким был, Уилл. После случившегося мне остается лишь удивляться, что ты не утратил веру в человека. Мне бы хоть каплю твоей наивности и твоей сердечности. Они хотя бы согревают. Но у меня вместо этого холодный, рациональный мозг. Это все равно что жить зимой в каменной крепости. |
– Вроде твоей тюрьмы на Крысином острове. |
– Да, – согласился Колин, – кстати, мне тут объяснили, откуда там так много крыс. В девятнадцатом веке, до того как на острове построили тюрьму, там была больница, куда отправляли больных тифом, чтобы те не заражали жителей города. Они знали, что умрут и что на материке никто, даже родственник, не притронется к трупу т... |
– И ты в это веришь? Или ты и впрямь думаешь, что крысы туда сбежали от тифа, как ты сам? |
Колин кивнул. |
– Для крыс человеческий тиф не заразен, Уилл, а вот наш страх перекидывается и на них. А напуганные крысы агрессивны, поэтому мы начинаем их убивать. Нас не вирус сломит, Уилл, а боязнь друг друга. |
Я подумал о страхе. Страхе, который испытал в ту ночь, когда «Хаос» явился к нам домой. Страх, о котором я тщетно старался рассказать в ту ночь, когда мы с Хейди заявили в полицию, и на следующий день, когда мы приехали в полицейский участок и встретились с двумя следователями. |
Сидевшие за столами следователи, избегая наших с Хейди взглядов, уткнулись в блокноты. Я подумал, что причина этого – ужас пережитого нами: нашу дочь похитили, жена подверглась групповому изнасилованию, а сам я, в это время связанный, сидел в гараже. Лишь позже я понял, что такую реакцию вызвало мое упоминание Брэда Ло... |
– Мы займемся вашим делом, – проговорила женщина-следователь, представившаяся как старший инспектор Гарделл, – но и вы дышать не забывайте. |
– Не забывайте дышать? Как нам теперь вообще дышать-то? – Я и сам не заметил, как перешел на крик, но тут Хейди положила свою руку на мою. |
– Простите, – извинился я, – но нашу дочь похитили, а мы сидим тут и… и… |
– Мы все понимаем, – успокоила меня Гарделл, – я неправильно выразилась. Я хотела сказать, что, возможно, нам понадобится время, сейчас положение дел таково, что полиция не располагает ресурсами для расследования всех насильственных преступлений. |
– Мы тоже понимаем, что у вас есть дела важнее, – сказала Хейди, – но похищение произошло только что, похитили молодую девушку, и мы, можно сказать, подарили вам имя преступника. Если говорить о важности, то… |
– Мы сделаем все, что в наших силах, обещаем, – Гарделл и ее коллега переглянулись, – мы сейчас выезжаем на дело об убийстве, но мы с вами еще свяжемся. |
Они встали. Я тоже. |
– Вы не снимете отпечатки пальцев? – спросил я. – Не сделаете анализ ДНК, не опросите соседей… |
– Как я уже сказала… – проговорила Гарделл. |
Остаток дня я безуспешно пытался связаться с Колином. |
Subsets and Splits
No community queries yet
The top public SQL queries from the community will appear here once available.