Datasets:
anna4uonline
/
TextCorrectorDataset

Dataset card Data Studio Files
xet
 Community
1
text
stringlengths
0
18M
За четырнадцать лет директорства в Святом Стефане Роберт сталкивался и с тем, и с другим, и с третьим.
Однако все прежние неприятности бледнели на фоне пятничного происшествия. Вот где самый страшный кошмар директора – смерть вверенного ему ученика.
Чтобы полностью уничтожить репутацию школы, не было способа надежней. Как именно мальчик умер, почти не играло роли. Роберт отчетливо представлял толпы родителей, которые сию минуту подыскивают школу-пансион и вычеркивают Святого Стефана из своего списка.
Тем не менее… Роберт находил утешение в том, что школа просуществовала четыре столетия; просматривая архивы, он обнаружил, что подобные трагедии бывали и раньше. Вероятно, в краткосрочной перспективе доходы упадут, но со временем печальное происшествие забудется.
Последняя смерть ученика случилась двадцать шесть лет назад, в 1979 году. Тело мальчика нашли в подвале, где хранились чемоданы: он повесился на веревке, привязанной к крюку в потолке. Эта история стала частью школьного фольклора. Ребята любили пугать друг друга мифом о духе мальчика, обитающем во Флит-Хаусе.
Юный Рори Миллар, когда его недавно нашли в подвале, сам напоминал привидение: беднягу заперли там, и он всю ночь отчаянно колотил в дверь.
Чарли Кавендиш – несомненный виновник, – как обычно, все отрицал. Хуже того – он откровенно веселился. Роберт Джонс нервно поежился. Полагалось скорбеть о безвременно оборвавшейся жизни Чарли, но скорби директор не ощущал.
С этим мальчиком с самого начала были одни проблемы. А теперь из-за его смерти и будущее Роберта оказалось под вопросом. В свои пятьдесят шесть лет он надеялся через четыре года отойти от дел и получить хорошую пенсию. Если же его вынудят уволиться сейчас, он вряд ли найдет другое место.
Вчера вечером на экстренном заседании попечительского совета Роберт предложил свою отставку. Однако совет встал на сторону директора.
Смерть Кавендиша – случайность… вызванная естественными причинами. Он умер от приступа эпилепсии.
Роберт только на это и надеялся. Если коронер вынесет вердикт о смерти по естественным причинам и освещение в прессе сведется к минимуму, то ущерб окажется небольшим.
Однако, пока официального вердикта нет, репутация и будущее Роберта висят на волоске. От коронера обещали позвонить сегодня утром.
На столе пронзительно зазвенел телефон. Джонс включил громкую связь:
– Да, Дженни?
– Вас спрашивают из офиса коронера.
– Соединяйте.
– Мистер Джонс?
– Слушаю.
– Говорит Малкольм Гленистер, местный коронер. Хочу обсудить результаты вчерашнего вскрытия Чарли Кавендиша.
Роберт с трудом сглотнул.
– Разумеется. Слушаю вас.
– Патологоанатом пришел к выводу, что Чарли умер не от эпилептического приступа, а от анафилактического шока.
– Ясно. – Роберт вновь сглотнул, прочищая горло. – И… что же вызвало шок?
– Из медицинской карты Чарли вам наверняка известно о его сильнейшей аллергии на аспирин. В крови мальчика обнаружено шестьсот миллиграмм аспирина, что соответствует двум таблеткам.
Ответить Роберт не сумел – горло совсем пересохло.
– Кроме следов эпилима, который Чарли ежедневно принимал от эпилепсии, и минимального уровня алкоголя в крови, патологоанатом больше ничего не нашел. Мальчик был совершенно здоров.
К Роберту вернулся голос:
– Обнаружь мы Чарли раньше, мог бы он выжить?
– Если бы ему немедленно оказали медицинскую помощь, тогда да, почти наверняка. Однако все произошло очень быстро, и шансы на то, что Чарли сумел бы позвать на помощь, прежде чем потерял сознание, были крайне малы. Неудивительно, что нашли его только утром.
Роберт помолчал, по жилам тоненькой струйкой потекло облегчение. Спросил:
– Что же дальше?
– Мы знаем,
– Видимо, проглотил таблетки по ошибке. Другого объяснения ведь нет?
– Не мое дело строить предположения, не имея на руках всех фактов, директор. Нам явно не хватает ответов на некоторые вопросы. Боюсь, будет полицейское расследование.
Кровь отхлынула от лица Роберта.
– Понятно, – тихо произнес он. – Как оно отразится на повседневной жизни школы?
– Это лучше обсудить с детективом, которому поручено дело.
– Когда приедет полиция?
– Полагаю, очень скоро. Они позвонят, и вы обо всем договоритесь. За сим прощаюсь.
– Всего доброго.
Роберт выключил громкую связь, ощущая дурноту. Сделал несколько длинных глубоких вдохов.
Полицейское расследование… Он покачал головой. Новости – хуже некуда.
Роберт вдруг застыл от страшной мысли: последние дни он был способен думать лишь о репутации школы. Однако раз к делу подключили полицию… значит, коронер сомневается в том, что Кавендиш выпил аспирин по ошибке?
Господи. Они ведь не думают об убийстве?..
Роберт вновь покачал головой. Нет, расследование наверняка простая формальность. Вообще-то, если подумать, на этом мог настоять отец Чарли, его связей хватило бы. Роберт задумался. Сколько раз Кавендиш стоял в этом кабинете и с беззаботным видом слушал директорские нравоучения… Каждый раз все происходило по одному и то...
Чарли, изначально собиравшийся в Итон, провалил вступительные экзамены. С первого же дня своего появления в Святом Стефане Чарли ясно дал понять, что считает школу, ее директора и учеников объектами второго сорта. Мальчишка был заносчив до умопомрачения.
В поисках вдохновения Роберт уставился на портрет лорда Гренвиля Дадли, основавшего школу в шестнадцатом веке, затем глянул на часы и понял, что уже обед. Ткнул кнопку селектора.
– Да, мистер Джонс?
– Дженни, не могли бы вы зайти?
Через несколько секунд на пороге появилась Дженни Колман, чей вид всегда действовал на Роберта умиротворяюще. Она проработала в школе тридцать лет: сперва буфетчицей, затем, после курсов секретарей, – помощницей в казначейском офисе. Когда Роберт четырнадцать лет назад вступил в должность и его секретарь собралась на п...
Она была далеко не самой опытной кандидаткой, но Роберту нравились ее спокойствие и невозмутимость, к тому же Дженни оказалась бесценным источником сведений о школе, что очень помогло новоиспеченному директору.
Дженни любили все, от уборщиков до попечителей. Она знала каждого ребенка по имени, а ее преданность школе не подлежала сомнению. Дженни была на три года старше Роберта, до пенсии ей оставалось совсем немного, и он часто думал о том, как будет справляться без нее. Теперь же, с тоской заключил Роберт, он, похоже, уволит...
Из-за операции на тазобедренном суставе Дженни весь прошлый семестр отсутствовала. Ее замена была компетентной и куда более сведущей в офисной технике, но Роберт скучал по материнской заботе Дженни и радовался ее возвращению.
Дженни с блокнотом и ручкой наготове умостила свое пухлое тело в кресло напротив стола и озабоченно посмотрела на директора.
– Вы какого-то чудно2го цвета, мистер Джонс. Принести воды? – Она грассировала, как истинная уроженка Норфолка.
Роберту вдруг очень захотелось опустить голову на пышный бюст Дженни, ощутить ее материнские объятия, обрести в них утешение.
– Звонил коронер, – сказал Роберт, отметая неуместные желания. – Новости не очень. Будет полицейское расследование.
Дженни подняла кустистые брови:
– Да что вы! Не может быть.
– Будем надеяться, оно закончится быстро. Когда кругом шныряют полицейские, какая уж тут работа… Сплошной разброд.
– Это точно, – согласилась Дженни. – Нас будут допрашивать?
– Понятия не имею, но, безусловно, всех надо предупредить. Детектив должен позвонить мне с минуты на минуту. После разговора с ним я буду знать больше. Думаю, хорошо бы устроить общешкольное собрание завтра утром в главном зале и сделать объявление. Персонал тоже пригласить, весь, даже кухонных разнорабочих. Сможете ор...
– Конечно, мистер Джонс. Займусь сейчас же.
– Спасибо, Дженни.
Она встала, затем спросила:
– Вы уже перезвонили Дэвиду Миллару? Он сегодня опять три раза звонил.
Для полного счастья Роберту сейчас не хватало только свихнувшегося родителя-алкоголика.
– Нет, не перезванивал.
– Он звонил несколько раз вчера вечером, оставлял сообщения: мол, Рори был расстроен, когда говорил с ним по телефону.
– Знаю, вы мне передавали. Дэвиду Миллару придется подождать. Меня сейчас заботят дела поважнее.
– Может, чаю? Судя по виду, вам не помешало бы поднять уровень сахара в крови. При стрессе очень помогает.
– Спасибо, было бы замечательно, – с благодарностью кивнул Роберт.
Телефон на столе ожил. Дженни успела первой, подняла трубку.
– Приемная директора.
Немного послушала, затем прикрыла микрофон рукой и шепнула:
– Это вас. Комиссар Нортон.
– Спасибо.
Роберт подождал, пока Дженни исчезнет за дверью, и произнес в трубку:
– Директор слушает.
– Директор, говорит помощник комиссара Нортон из уголовного розыска. Полагаю, вы в курсе, о чем пойдет речь.
– Да.
– Хочу предупредить, что посылаю пару детективов расследовать смерть Чарли Кавендиша.
– Да, я понял. Да. – Роберт Джонс не знал, что еще сказать.
– Они прибудут завтра утром.
– Откуда?
– Из Лондона.
– Лондона?
– Да. Дело было передано нам, в спецотдел уголовного розыска. Будем работать совместно с полицией Норт-Норфолка.
– Я понимаю, вы должны выполнять свою работу, комиссар, и ценю это, однако беспокоюсь, что в школе начнется неразбериха, а то и паника.
– У моих коллег большой опыт в ведении подобных дел, директор. Уверен, они подойдут к ситуации деликатно и посоветуют вам, как справиться с персоналом и учениками.
– Да. Я как раз хотел устроить завтра утром общешкольное собрание.
– Отличная мысль. Это даст моим людям возможность проинформировать ваших подопечных и, возможно, немного успокоить их.
– Тогда я организую собрание.
– Хорошо.
– Можете дать мне имена детективов?
После короткой заминки комиссар ответил:
– Пока не готов, но к концу дня я перезвоню и сообщу. Спасибо, что уделили мне время.
– Спасибо вам, комиссар. До свидания.
«За что спасибо-то?» – спросил себя Роберт Джонс, кладя трубку, и обхватил голову руками.
– О боже, – пробормотал он.