text stringlengths 0 56 |
|---|
С семьей Панфила Харликова |
Приехал и мосье Трике, |
Остряк, недавно из Тамбова, |
В очках и в рыжем парике. |
Как истинный француз, в кармане |
Трике привез куплет Татьяне |
На голос, знаемый детьми: |
Reveillez vous, belle endormie. |
Меж ветхих песен альманаха |
Был напечатан сей куплет; |
Трике, догадливый поэт, |
Его на свет явил из праха, |
И смело вместо belle Nina |
Поставил belle Tatiana. |
</s> |
И вот из ближнего посада |
Созревших барышень кумир, |
Уездных матушек отрада, |
Приехал ротный командир; |
Вошел… Ах, новость, да какая! |
Музыка будет полковая! |
Полковник сам ее послал. |
Какая радость: будет бал! |
Девчонки прыгают заране; |
Но кушать подали. Четой |
Идут за стол рука с рукой. |
Теснятся барышни к Татьяне; |
Мужчины против; и, крестясь, |
Толпа жужжит, за стол садясь. |
</s> |
На миг умолкли разговоры; |
Уста жуют. Со всех сторон |
Гремят тарелки и приборы |
Да рюмок раздается звон. |
Но вскоре гости понемногу |
Подъемлют общую тревогу. |
Никто не слушает, кричат, |
Смеются, спорят и пищат. |
Вдруг двери настежь. Ленский входит, |
И с ним Онегин. «Ах, творец! — |
Кричит хозяйка: — наконец!» |
Теснятся гости, всяк отводит |
Приборы, стулья поскорей; |
Зовут, сажают двух друзей. |
Сажают прямо против Тани, |
И, утренней луны бледней |
И трепетней гонимой лани, |
Она темнеющих очей |
Не подымает: пышет бурно |
В ней страстный жар; ей душно, дурно; |
Она приветствий двух друзей |
Не слышит, слезы из очей |
Хотят уж капать; уж готова |
Бедняжка в обморок упасть; |
Но воля и рассудка власть |
Превозмогли. Она два слова |
Сквозь зубы молвила тишком |
И усидела за столом. |
</s> |
Траги-нервических явлений, |
Девичьих обмороков, слез |
Давно терпеть не мог Евгений: |
Довольно их он перенес. |
Чудак, попав на пир огромный, |
Уж был сердит. Но девы томной |
Заметя трепетный порыв, |
С досады взоры опустив, |
Надулся он и, негодуя, |
Поклялся Ленского взбесить |
И уж порядком отомстить. |
Теперь, заране торжествуя, |
Он стал чертить в душе своей |
Карикатуры всех гостей. |
Конечно, не один Евгений |
Смятенье Тани видеть мог; |
Но целью взоров и суждений |
В то время жирный был пирог |
К несчастию, пересоленный; |
Да вот в бутылке засмоленной, |
Между жарким и блан-манже, |
Цимлянское несут уже; |
За ним строй рюмок узких, длинных, |
Подобно талии твоей, |
Зизи, кристалл души моей, |
Предмет стихов моих невинных, |
Любви приманчивый фиал, |
Ты, от кого я пьян бывал! |
</s> |
Освободясь от пробки влажной, |
Бутылка хлопнула; вино |
Шипит; и вот с осанкой важной, |
Куплетом мучимый давно, |