text
stringlengths
0
32k
предназначенные всю жизнь проводить на воде, снабжены предпочтительно самым
густым пухом. Нырок всегда на воде: с утра до вечера ловит мелкую рыбешку, не
брезгая, впрочем, никакими водяными мелкими гадинами и насекомыми.
Утки с утятами, которые изумительно проворны, держатся упорно в
камыше, и трудно выгнать их на открытую воду. Нырки всегда довольно сыты, а
осенью бывают даже очень жирны; мясо их было бы сочно, мягко и вкусно, если б не
пахло сильно рыбой. Я встречал людей, которым этот запах был не противен, и они
считали нырков за лакомое кушанье. Если с нырка содрать кожу, выскоблить начисто
его внутренности, хорошенько выполоскать, помочить часа два в соленой воде и
потом зажарить, то рыбного запаху останется очень мало, и у кого хорош аппетит,
тот может кушать его с удовольствием. Нырок довольно крепок к ружью и требует
настоящей утиной дроби, не мельче 4-го нумера.
Есть точно такие же маленькие нырки, не более чирка, и есть еще
нырки большие, с красными головами, широким носом пепельного цвета и широкими
лапами абрикосового цвета. И тех и других мне видеть близко не удалось.
з) ЧЕРНЬ
Недаром дано этой породе уток собирательное имя: они появляются
не очень рано весной, всегда огромными стаями; не только в одиночку или попарно,
но даже маленькими стайками я никогда их не встречал. Обыкновенно садятся они на
большие, чистые пруды или озера и густым черным покрывалом одевают светлую воду.
Вода буквально кажется
черною
, а потому и в этом отношении верно дано им
название
чернь
. Они бывают у нас только пролетом: весной и осенью; на
больших водах держатся долго, особенно в хорошую, теплую осень. Где выводят
детей -- не знаю, только не в тех уездах Оренбургской губернии, где я живал,
потому что с молодыми я никогда их не видывал.
[Недавно получил я известие от одного достоверного охотника,
что он встречал выводки черни в Оренбургской губернии. Я могу объяснить свою
ошибку только тем, что смешивал их с выводками белобрюшки или нырка: утки их
очень сходны.]
Величиною, складом носа и пером чернь очень похожа на утку
нырка, то есть верхняя часть у них черного, а нижняя -- беловатого цвета. Мне не
удавалось много стрелять их; это хлопотно, потому что они всегда сидят на
середине пруда и надобно к ним подъезжать на лодке, чего я никогда не делал, да
и птица того не стоит. Я бивал их только тогда, когда они случайно на меня
налетали. Различия в перьях между селезнем и уткой я не замечал, но другие
охотники сказывали мне, что селезень отличается большим отливом кофейного цвета,
большею величиной и черным хохлом. Вообще эта утка пером некрасива, но крепкого
сложения; нос и лапы у ней точно такого же цвета и устройства, как у нырка, а
пахнет рыбой меньше его. Если удастся подплыть в меру из-за камыша к стае
черни
, то можно убить одним зарядом до десятка.
и) ГАГАРА
Долго думал я, что
крохаль
-- утка-рыбалка, особенная от
гагары
, потому что в молодости случилось мне убить двух гагар, которые не
имели хохлов, были гораздо белесоватее пером, крупнее телом и которых простые
охотники тогда называли крохалями. Впоследствии убедился я, что это одно и то же
и что убитые мною утки-рыбалки были старые гагары, или крохали, которые всегда