Datasets:
Imperius
/
ru-classic

Dataset card Data Studio Files
xet
 Community
1
text
stringlengths
0
32k
сведений, можно вывести следующие заключения: 1) коростели не разбиваются на
пары; 2) не имеют токов; 3) совокупление происходит случайно с разными самками и
4) самец не разделяет с самкою забот о выводе детей.
Близкое знакомство с коростелями увлекло меня несколько вперед;
но я возвращаюсь к принятому мною порядку. Я уже сказал, что никто не видал
прилета коростелей. Судя по времени начала их крика, можно подумать, что
коростели появляются очень поздно, но это будет заключение ошибочное: коростели
прилетают едва ли позднее дупельшнепов, только не выбегают на открытые места,
потому что еще нет на них травы, а прячутся в чаще кустов, в самых корнях, в
густых уремах, иногда очень мокрых, куда в это время года незачем лазить
охотнику. Я догадывался об этом давно по горячему поиску собаки, даже видал
что-то, взлетавшее в кустах, и по красноте перьев думал, что это вальдшнепы, но
потом убедился, что это были коростели; я убивал их в исходе апреля, а кричать
начинают они в исходе мая. В это же последнее время два раза случилось мне найти
гнезда коростелей, тщательно свитые из сухой травы и устроенные весьма скрытно в
непроходимой чаще кустов, растущих на опушке уремы. Яиц я не находил более
десяти, но, говорят, их бывает до пятнадцати, чему я не совсем верю, потому что
в последнем случае коростели были бы многочисленнее; яички маленькие, несколько
продолговатой формы, беловато-сизого цвета, покрыты красивыми коричневыми
крапинками. На гнезде сидит одна самка; коростелята выводятся очень мелки и
покрыты черным, как уголь, пухом, скоро оставляют гнездо и бегают с большим
проворством. Вообще и гнезда и выводки коростелей попадаются очень редко. Как
скоро немного подрастут молодые, матка уводит их в хлебные поля, и с этого
времени до поздней осени я уже не нахаживал молодых коростелей выводками, а
всегда поодиночке. Самцы и вообще коростели холостые остаются около лугов даже
тогда, когда их скосят, перемещаясь на время в соседние поля, залежи и не очень
мокрые болота или опушки уремы. Коростели перестают кричать ранее перепелов: в
половине июля. Не знаю, когда спят дергуны? Они кричат и день и ночь,
преимущественно по зарям, которые, именно в это время года, одна с другою
сходятся: вероятно, они дремлют около полдён.
Собственно за одними коростелями охоты нет; они попадаются
между другой дичью: в лугах -- между дупелями и болотными куликами, в поле --
между перепелками и в мелких перелесках -- между молодыми тетеревами. Коростелей
никогда не убьешь много: десяток в одно поле -- это самое большое число.
Во-первых, они не так многочисленны, и, во-вторых, подымать их тяжело и для
собаки и для охотника.
Я описал полет коростелей, и потому нетрудно заключить, что
стрельба их весьма легка: к ружью они слабы, и для них очень достаточно мелкой
бекасиной дроби. По большей части они поднимаются так близко и всегда летят так
медленно, что их надобно выпускать в меру. Молодые, горячие охотники, забывающие
это необходимое правило, нередко разбивают вдребезги коростеля или дают промах,
что бывает очень досадно и что (надо признаться) случалось со мной. В кустах и
около кустов стрелять коростеля труднее: он сейчас завернет за куст, сквозь
который, когда он одет зелеными листьями, птицы не видно и убить ее невозможно.
Весною и летом, до исхода июля, коростели довольно худы, но с
перемещением в поля очень скоро так жиреют, что к концу августа буквально
заплывают салом, и в это время коростель имеет отличный вкус, потому что жир его
не так приторен, как перепелиный. Впрочем, коростели всегда недурны. В болотных
лугах они питаются всякою дрянью, то есть всякими насекомыми, а в полях кушают
чистый хлеб и созревшие семена некоторых трав, так же очень питательные. Весь