Datasets:
anna4uonline
/
TextCorrectorDataset

Dataset card Data Studio Files
xet
 Community
1
text
stringlengths
0
18M
Ледяная неподатливая плоть под его пальцами и отсутствие пульса однозначно указывали на то, что женщина мертва. Убедившись в этом, юноша решил не тратить на нее больше время, поднялся и обвел комнату взглядом, после чего громко позвал:
– Где ты, приятель?
И тут же услышал из-за плотно прикрытой двери перед собой сдавленные всхлипы. Казалось, будто кто-то пытается говорить через кляп во рту. Сердце подкатилось к горлу: похоже, преступник укрывался именно там.
Собравшись, Фан Му обратился к двери, самую малость повысив голос:
– Выходи, ладно? Давай всё обсудим.
Он задержал дыхание и сосредоточился на звуках из-за двери, ожидая ответа.
Несколько секунд – а может, минут – спустя дверь медленно приоткрылась.
На пороге стояла девочка лет десяти, со связанными за спиной руками. Волосы ее были перепутаны, а лицо залито слезами. Полные ужаса глаза глядели из-под покрасневших, распухших век. Стоило ей увидеть тело женщины, как она отчаянно вскрикнула и завизжала, но наволочка во рту заглушила эти звуки.
Позади девочки стоял мужчина. Одной рукой он держал ее за шею, а другую прятал за ее спиной, поэтому Фан Му не мог разглядеть, что у него за оружие. Зато он заметил, что рост преступника около 180 сантиметров, что у него коротко стриженые волосы и что он еще очень молод. Щеки у него запали, глаза покраснели. Фан Му ожи...
Человек, который не боится смерти, не боится ничего.
– Люо Цзяхай?
Тот не ответил, только оглядел его с ног до головы. Заметив это, Фан Му медленно выпрямил спину и встал, слегка раздвинув ноги, а потом поднял руки, демонстрируя раскрытые ладони.
– Посмотри – я не вооружен. Давай просто поговорим.
Теперь Люо Цзяхай смотрел прямо ему в лицо, но по-прежнему молчал. Внезапно он открыл рот:
– Вы из полиции?
Фан Му опустил руки и кивнул:
– Да.
Люо Цзяхай немного расслабился, и в его глазах промелькнуло нечто вроде любопытства. Фан Му понял, почему Бьян Пинь настаивал, чтобы именно он пошел переговорщиком: люди, сообщившие о нападении в полицию, упоминали, что преступник учится в университете. Если б на переговоры отправили полицейского, Люо Цзяхай почувствов...
Услышав слово «полиция», девочка словно вынырнула из глубин отчаяния – она начала отбиваться и устремила на Фан Му взгляд, полный мольбы, в котором отчетливо читалось: «Спасите меня!»
Юноша заметил на ее белой футболке следы крови. Быстро оглядел девочку, чтобы проверить, не ранена ли она, а если да, то насколько серьезно.
Люо Цзяхай в ответ медленно покачал головой и сказал глухо:
– С ней всё в порядке. Это кровь ее матери. Девчонку я не трогал. – Он сделал паузу и улыбнулся одними уголками губ. – У нее не тот запах.
Фан Му замер. Запах? Какой еще запах?
Люо Цзяхай не обратил внимания на недоуменное выражение лица переговорщика. Он наклонился к девочке и шепнул:
– Прекрати вырываться, твоя мать мертва. Ты ей ничем не поможешь.
В панике девочка отдернула голову, стараясь держаться как можно дальше от похитителя, и одновременно снова устремила умоляющий взгляд на Фан Му.
Тот кивнул:
– Делай как он велит.
Девочка перестала отбиваться. Но слезы не останавливались; они катились по ее щекам, похожие на жемчужные бусины.
Фан Му снова посмотрел на Люо Цзяхая и сказал:
– У меня предложение. Вытащи эту штуку у нее изо рта, хорошо?
– Чего?
Фан Му ткнул пальцем себе в нос.
– Когда человек плачет, слизистые у него в носу разбухают и воздух не проходит. А ты заткнул ей рот. – Он кивнул на девочку, лицо которой стало багровым от рыданий. – Она задохнется.
Люо Цзяхай опустил голову и посмотрел на свою пленницу, казалось, что-то взвешивая у себя в голове. Наконец он сказал, обращаясь к ней:
– Я вытащу, если не будешь кричать. Ладно?
Девочка отчаянно закивала. Люо Цзяхай пошевелил рукой, которую до того держал позади девочки, и Фан Му увидел у него в ладони окровавленный нож. Рукой с ножом мужчина вытащил скомканную наволочку у девочки изо рта, и другая рука, которой он сжимал ей шею, немного ослабила хватку.
Все это время девочка практически лежала на Люо Цзяхае, чтобы держаться на ногах: от внезапного облегчения и притока кислорода она едва не упала. Люо Цзяхай тут же схватил ее за локти, не давая соскользнуть на пол, и нож, упиравшийся ей в спину, сместился.
В наушнике у Фан Му раздался окрик констебля Дуана, ясный и четкий:
– Давай же!
Юноша на мгновение впал в растерянность: что делать? Броситься вперед и отобрать нож? Или просто выстрелить в него из пистолета? Воспользовавшись промедлением, Люо Цзяхай снова крепко схватил пленницу и приставил нож к ее горлу.
– Черт побери! – раздраженно воскликнул констебль.
Однако Фан Му ни о чем не жалел – скорее радовался, что не стал торопиться. Если Люо Цзяхай согласится слушать, его еще можно уговорить сдаться.
От этой мысли Фан Му почувствовал себя спокойнее и улыбнулся Люо Цзяхаю:
– Спасибо. Ну что, давай поговорим… Какие у тебя требования?
– Требования? – Вопрос застал Люо Цзяхая врасплох. Секунду он в недоумении таращился на Фан Му, а потом покачал головой. – Никаких требований нет.
Настала очередь Фан Му изумляться. Переговоры стопорились из-за отсутствия предмета торга. Поразмыслив пару мгновений, он решил пойти на риск.
– Тогда почему бы нам не выйти отсюда? – Юноша постарался произнести это самым легким тоном, какой сумел изобразить.
До этого Люо Цзяхай смотрел ему прямо в лицо, но тут его глаза померкли.
– Наружу? – Он слегка наклонил голову и обвел комнату растерянным взглядом. – И все это закончится? Вот так просто?
Фан Му решил сделать еще одну попытку.
– Конечно. Все закончится. Неплохо же, да?
Люо Цзяхай расхохотался.
– Закончится? И чем? – Он сделал паузу. – Моей смертью, не так ли?
Сердце Фан Му сжалось. Он знал, что самое худшее в переговорах – дать преступнику ощутить отчаяние. Вполне возможно, что оно заставит его наплевать на все и покончить с собой, заодно убив заложницу.
– Не обязательно. Ты напрасно так думаешь.
Люо Цзяхай покачал головой и горько усмехнулся.
– Я немного изучал юриспруденцию. Как ваше имя?
– Что?
– Наверное, вы последний человек, с которым я разговариваю, так что мне стоит знать, как к вам обращаться.
– О! Меня зовут Фан. – Внешне Фан Му держался по-прежнему собранно, но его ладони уже начали потеть. Слова Люо Цзяхая лишний раз подтверждали, что тот готов умереть. Надо было срочно придумать, как успокоить его и дать понять, что у него еще есть пространство для маневра.
– Офицер Фан, вы, может, и не вооружены, но я уверен, что где-то поблизости сидит снайпер и целится мне в голову. В любой момент он может вышибить мне мозги. Однако я хочу, чтобы вы знали: я неплохой человек. Это правда – я убил эту женщину. Потому что она должна была умереть. Но девочке я не причинил вреда, у нее нет ...
Запах… Уже второй раз он упомянул о запахе.
Фан Му посмотрел Люо Цзяхаю прямо в глаза.
– Что за запах? О чем ты говоришь?
Тот покачал головой.
– Забудьте. Вам не надо знать, а у меня нет времени рассказывать истории. Я убил человека и не выйду отсюда живым. О, не волнуйтесь, – усмехнулся он, увидев, как Фан Му резко бледнеет, – девочке я ничего не сделаю. Но пока она у меня в руках, ваши люди не станут стрелять, я прав? – Прежде чем Фан Му ответил, Люо Цзяхай...
Он перевел взгляд куда-то за голову Фан Му, и его глаза опять померкли.
Фан Му прищурился и внезапно задал вопрос:
– Как пахнет девочка в красном?
Люо Цзяхай стремительно вскинул голову. На его лице промелькнули ужас и паника.
Фан Му понял, что угадал верно. Он заговорил громче:
– Кто она была?
Нож в руке Люо Цзяхая нацелился на Фан Му:
– Вы знаете меня? Кто вы такой?
Фан Му уже собирался ответить, но его отвлек голос констебля Дуана в наушнике:
– Давай, приятель, заставь его сделать еще два шага вперед.
Внутри у Фан Му похолодело. Он знал, что снайпер на крыше дома напротив целится в центр комнаты из СВД. Юноша приподнял правую руку, развернув ее ладонью к окну – условный сигнал не открывать огонь.
Голос констебля Дуана стал жестким:
– Нет! Заложница в плохом состоянии. Больше ждать нельзя. У нас приказ немедленно ликвидировать преступника.
Люо Цзяхай не обратил на жест Фан Му ни малейшего внимания; он не отрываясь смотрел ему в глаза.
– Откуда вы знаете?
Фан Му поднял руку, веля ему успокоиться.
– Мы можем это обсудить. Пока ты должен знать следующее: я верю, что ты – хороший парень. Все, что ты сделал, имеет объяснение. Мне правда интересно узнать, что привело к этому происшествию, – если ты захочешь рассказать.
Глаза Люо Цзяхая наполнились слезами, нож в руке задрожал.
– Они разрушили ее жизнь… Ей было всего двадцать два года…
– Фан Му! Ты получил приказ! – громыхнул в наушнике голос Бьян Пиня.
Фан Му застыл на месте. Если они сейчас застрелят Люо Цзяхая, секрет, связанный с девушкой и запахом, о котором он упоминал, так и останется неразгаданным и может затронуть кого-то еще – может, ту самую девушку и ее жизнь.
Слезы медленно катились у Люо Цзяхая по щекам. Жестокий убийца рыдал, как обманутое дитя.
– Зачем топтать нас… Мы так мало хотели… Просто вести тихую жизнь…
Рыдания сотрясали его с такой силой, что он начал оседать вниз. Периферийным зрением Фан Му даже не видел, а скорее ощущал, как снайпер на крыше изготовился стрелять. Он знал, что в оптический прицел тот видит вены на шее Люо Цзяхая. Что еще секунда, и грянет выстрел. Но тут снайпер скрылся за выступом, и у Фан Му отле...
– Пусть сделает еще шаг вперед, – отчеканил в наушнике констебль Дуан, и Фан Му понял, что и он тоже смотрит в прицел.
Юноша понимал, что с крыши дома напротив эта сцена выглядит по-другому. Что кажется, будто он утратил контроль над своими эмоциями. Тем не менее Фан Му не хотел пробуждать подозрения Люо Цзяхая. Он изогнул шею и яростно замахал рукой в окно.
Люо Цзяхай принял решение.
– Офицер Фан, я сдаюсь. Единственное, чего я прошу, это дать мне шанс рассказать всю правду о случившемся. Мы с Шен Сянь не хотели бы покинуть этот мир с грузом страшного преступления на душе… – Он перестал плакать и опустил нож. – Забирайте ее. Я пойду с вами.
Затем положил ладонь девочке на спину и подтолкнул ее к Фан Му.
Фан Му инстинктивно протянул к ней руку, но тут же мысль, словно молния, промелькнула у него в мозгу. Люо Цзяхай вышел на линию стрельбы!
Нет!
Времени подавать сигналы не оставалось. Стиснув зубы, Фан Му бросился вперед и заслонил собой окно.
– Черт! – воскликнули в наушнике с яростью.