Datasets:
Oimasi
/
OIMASIRUTEXT

Dataset card Data Studio Files
xet
 Community
1
text
stringlengths
0
1.16M
 -- Я люблю тебя.
Альберт Везбин заплатил официанту за шампанское Ларисы и ушёл за Ниной
из вагона-ресторана.
Оказалось, в купе с Ниной ехали три невзрачные старушки -- родные
сестры-погодки. Увидев свою попутчицу с молодым мужчиной, они, сидевшие
на нижней полке, сделали морщинистые лица сердитыми. Каждая из них была
давным-давно брошенной женой. Каждая из них ненавидела мужчин за
кобелизм и жуткий эгоизм.
-- Вякните хоть слово -- зашибу! -- пригрозил зловещим тоном Альберт и
поводил кулаком перед крючковатыми носами старушек.
Онемев от страха, сестры-погодки притиснулись к углу, у двери. Зубы их
вставных челюстей застучали в такт стуку вагонных колёс.
Нина поспешно выложила из своего чемодана на столик коробочку с
презервативами, силиконовые наручники, три разных по цвету парика, тюбик
интимного геля...
Всю ночь сестры-погодки просидели на нижней полке, прижавшись друг к
другу. Подглядывая за сексом молодой пары, они глубоко огорчались на
быстротечность своей жизни, большую часть которой потратили на духовное
развитие.
** **
## **ГЛАВА ТРЕТЬЯ** {#глава-третья .chapter}
На Ярославский вокзал скорый поезд прибыл в безоблачный августовский
рассветный час. Выйдя из вагонов, пассажиры неплотной толпой двинулись
вдоль состава к зданию вокзала, с тремя разными по форме башенками на
крыше. Нина и Лариса в белых просторных платьях покинули купейный вагон,
встали на краю перрона параллельного железнодорожного пути. Каждая из
них держала в руке чемодан из жёлто-зелёной ткани. Прежде не бывая в
Москве, женщины внимательно посмотрели по сторонам, принюхались к
незнакомым запахам.
Нина заметила бредущих по платформе трёх старушек в чёрном одеянии и
помахала им рукой. Лариса повторила жест подруги для двух пожилых
шулеров, -- каждый из них в ответ покрутил указательным пальцем у виска.
На всю оставшуюся жизнь оба шулера запомнили, как при въезде поезда в
Москву выкупил деньгами Альберта свою одежду у сексуально озабоченной
женщины, не умеющей проигрывать в дурака.
-- Лара, где твой Паша-гном, где? -- недовольно спросила Нина и поднятой
рукой поманила появившегося из вагона Альберта Везбина. Она захотела
поцелуем попрощаться с мужчиной, с которым испытала умопомрачительное
наслаждение минувшей ночью в купе.
-- Не дергайся, Нинок, у меня всё схвачено. Сейчас я ему позвоню, --
сказала Лариса и достала из кармашка платья мобильный телефон, в памяти
которого хранилась фотка московского сутенёра с аляповатым прямоугольным
лицом. Лариса познакомилась с Пашей-гномом по переписке на сайте
интимных услуг. Это он пригласил её и Нину в Москву.
-- Хэллоу, девочки, -- приветливо сказал молодой черноволосый мужчина
под два метра роста, в легкой спортивной курточке, в белых узких брюках.
-- Привет, Паша-гном. Мы давно тебя ждём, -- недовольно отозвалась
Лариса.
-- Почему ты гном? -- не удержалась от вопроса Нина, не сводя глаз с
приближавшего к ней Везбина.
-- Давайте ваши паспорта. Давайте ваши справки из поликлиники и КВД, --
потребовал Паша-гном. -- У меня солидная фирма. Больных и заразных я не
держу.
Каждая из женщин быстро достала из чемодана конверт с документами.
-- Мне надо денёк отдохнуть. Я не в форме. Я плохо спала ночь из-за
храпа соседок по купе, -- произнесла Нина и закрыла чемоданчик. Она
чувствовала себя усталой, не выспавшейся и не хотела в этот день сексом
с другими мужчинами затуманивать в памяти образ Альберта.
-- Разве я разрешал тебе, сучка рваная, рот открывать?! -- убрав
документы женщин в карман курточки, рассердился Паша-гном и отвесил Нине
хлёсткий подзатыльник. -- С этого момента, сучки рваные, называйте меня
и всех своих клиентов: мой господин.
Альберт Везбин шагнул к сутенёру и грозно спросил, указывая строгим
взглядом на понурую Нину:
-- Ты что, солитёр, грабли распускаешь?! Ты почему её ударил?!
-- Прощай Альберт, -- печально произнесла Нина.
-- Отвянь от этой сучки, деревня! -- презрительно бросил Паша-гном в
лицо Везбина. -- Эта сучка тебе не по карману. Она уже забронирована за
солидным человеком.
-- Я хочу эту, -- твёрдо сказал Альберт.
-- Проваливай, проваливай, деревня, а то отвешу тебе хороших люлей, --
пригрозил Паша-гном и сквозь зубы сплюнул в сторону. Он был выше Везбина
на голову и имел более длинные руки.