Datasets:
lingtrain
/
chechen-russian

Dataset card Data Studio Files
xet
 Community
che
stringlengths
9
469
ru
stringlengths
1
384
Цхьаболчара, резабоцуш, оьгІазаллица вовшашка бохура: «Стенна оьшура иштта харж ян?
Некоторые же вознегодовали и говорили между собою: к чему сия трата мира?
ХІунда аьлча и даьтта кхо бІе а сов динари ахчанах дохка мегар ма дара, тІаккха и ахча мискачарна а доькъуш». Оцу зудчунна хамталлаш йора цара.
Ибо можно было бы продать его более нежели за триста динариев и раздать нищим. И роптали на неё.
Амма Іийсас элира: «Іадйитийша и зуда, эхь хІунда хоьтуьйту аш цунна? Цо Суна динарг дика гІуллакх ду-кх.
Но Иисус сказал: оставьте её; что её смущаете? Она доброе дело сделала для Меня.
ХІунда аьлча мисканаш гуттар а хир бу шуна юххехь, царна шайна лиъначу хенахь лур ду аш сагІа, ткъа Со даим хир вац шуьца.
Ибо нищих всегда имеете с собою и, когда захотите, можете им благотворить; а Меня не всегда имеете.
Со дІаволларна хьалххе кечам би цо, шега далург деш.
Она сделала, что могла: предварила помазать тело Моё к погребению.
Аса баккъалла а боху шуьга: дерриг а дуьнен тІехь, и хаза кхаъ кхайкхочу массо а меттехь, цу зудчо динарг, цуьнан сий айдеш, хьахор ду».
Истинно говорю вам: где ни будет проповедано Евангелие сие в целом мире, сказано будет, в память её, и о том, что она сделала.
ТІаккха ЯхІуд Искархо, Іийсан шийтта мурдах цхьаъ, динан коьртачу дайшна тІевахара, ямартло а йина, Іийса церан кара дІавалархьама.
И пошёл Иуда Искариот, один из двенадцати, к первосвященникам, чтобы предать Его им.
И хезча, вукхара самукъадаларца цунна ахча дала барт бира. Ткъа ЯхІуда Іийса церан кара дІавала аьтто лоьхура.
Они же, услышав, обрадовались, и обещали дать ему сребренники. И он искал, как бы в удобное время предать Его.
Совсазчу баьпкан дезачу денойн дуьххьарлерчу дийнахь, Пасахьан Іахар а бийна, мурдаша Іийсага хаьттира: «Пасахьан пхьор мичахь дан лаьа Хьуна? Оха, дахана, кечйийр ю чоь».
В первый день опресноков, когда заколали пасхального [агнца], говорят Ему ученики Его: где хочешь есть пасху? мы пойдём и приготовим.
ТІаккха, Шен мурдех шиъ вохуьйтуш, Іийсас цаьрга элира: «Шу гІала чу гІо, ткъа цигахь кхаби чохь хи дахьаш вогІу цхьа стаг дуьхьалкхетар ву шуна, цунна тІаьххье дІагІо.
И посылает двух из учеников Своих и говорит им: пойдите в город; и встретится вам человек, несущий кувшин воды; последуйте за ним
Иза чу ваханчу цІийнан хІусамдега аш ала: „Устазо хоьтту: Сайн мурдашца Пасахьан суьйренан пхьор даа чоь мичахь ю?“
и куда он войдёт, скажите хозяину дома того: Учитель говорит: где комната, в которой бы Мне есть пасху с учениками Моими?
Цо шуна лакха тІехь йоккха а йолуш, лаьтта хІума а тесна, кечйина чоь гойтур ю, цу чохь кечам бийр бу аш вайна».
И он покажет вам горницу большую, устланную, готовую: там приготовьте нам.
Іийсан мурдаша, гІала а баьхкина, дерриг а Цо ма-бохху а карийна, Пасахьана кечам бира.
И пошли ученики Его, и пришли в город, и нашли, как сказал им; и приготовили пасху.
Суьйре тІееача, Іийса Шен шийтта векалца цига веара.
Когда настал вечер, Он приходит с двенадцатью.
ДІа а тевжина, уьш хІума юуш бохкуш, Іийсас элира: «Баккъалла а боху шуьга, Соьца кхача бууш волчу шух цхьаммо ямартло йийр ю Суна».
И, когда они возлежали и ели, Иисус сказал: истинно говорю вам, один из вас, ядущий со Мною, предаст Меня.
Уьш, и халахетта, Цуьнга баха буьйлабелира: «Со-м вац те иза?»
Они опечалились и стали говорить Ему, один за другим: не я ли? и другой: не я ли?
Ткъа Іийсас жоп луш, элира цаьрга: «Шийттаннах цхьаъ ву, Соьца кеда чу бепиг Іуттуш верг.
Он же сказал им в ответ: один из двенадцати, обмакивающий со Мною в блюдо.
Ткъа Адамийн КІант, Делан Йозанашна тІехь Цунах яздина ма-хиллара, кху дуьнен чуьра дІавоьдуш ву, амма декъаза ву-кх Цунна ямарта верг! Цунна дуьнен чу ца валар гІоле яра!»
Впрочем Сын Человеческий идёт, как писано о Нём; но горе тому человеку, которым Сын Человеческий предаётся: лучше было бы тому человеку не родиться.
Цара хІума юучу хенахь, Іийсас, бепиг схьа а эцна, доІанца декъал а дина, декъа а декъна, Шен мурдашка дІа а кховдош, элира: «Схьаэца – иза Сан дегІ ду».
И когда они ели, Иисус, взяв хлеб, благословил, преломил, дал им и сказал: приимите, ядите; сие есть Тело Моё.
ТІаккха кад, схьа а эцна, Далла хастам а бина, Цо иза цаьрга дІакховдийра, ткъа цара массара а цу чуьра дІамелира.
И, взяв чашу, благодарив, подал им: и пили из неё все.
Іийсас элира цаьрга: «ХІара Сан цІий ду, Делаца бина барт чІагІдеш долу, дукхахболчеран дуьхьа Іенор долу.
И сказал им: сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая.
Билггала боху шуьга: кемсех даьккхина долу кхин цхьа а малар Аса мер дац, Дала дІахІоттийначу Олаллехь керла чагІар молу де тІекхаччалц».
Истинно говорю вам: Я уже не буду пить от плода виноградного до того дня, когда буду пить новое вино в Царствии Божием.
ТІаккха Далла хастаман назманаш а аьлла, Зайт-диттийн лам тІе бахара уьш.
И, воспев, пошли на гору Елеонскую.
Шен мурдашка Іийсас элира: «Аша массара а Со дІатосур ву, хІунда аьлча яздина ду: „Іуьнна чов йийр ю Аса, ткъа уьстагІий дІасадовдур ду“, – аьлла».
И говорит им Иисус: все вы соблазнитесь о Мне в эту ночь; ибо написано: поражу пастыря, и рассеются овцы.
«Амма веллачуьра денвеллачул тІаьхьа Галилай-махка шул хьалха кхочур ву Со».
По воскресении же Моём, Я предваряю вас в Галилее.
Кипас элира Іийсага: «Массара дІатесча а, ас-м вуьтур вац Хьо».
Пётр сказал Ему: если и все соблазнятся, но не я.
ТІаккха Іийсас элира цуьнга: «Баккъалла а боху хьоьга: тховса, шозза нІаьна кхайкхале, кхузза Сох дІакъаьстар ву хьо».
И говорит ему Иисус: истинно говорю тебе, что ты ныне, в эту ночь, прежде нежели дважды пропоёт петух, трижды отречёшься от Меня.
Амма Кипас, кхин а чІагІдеш, элира: «Сан Хьоьца вала дезахь а, со цкъа а Хьох дІакъаьстар вац». Изза вукхара а элира.
Но он ещё с большим усилием говорил: хотя бы мне надлежало и умереть с Тобою, не отрекусь от Тебя. То же и все говорили.
Цул тІаьхьа Гатшамани олучу меттиге баьхкира уьш. Іийсас элира Шен мурдашка: «Ас доІа дечу юкъана, ховший Іе кхузахь».
Пришли в селение, называемое Гефсимания; и Он сказал ученикам Своим: посидите здесь, пока Я помолюсь.
ТІаккха Шеца Кипа а, Якъуб а, Яхьъя а вигира Цо. Кхузахь Іийса синтем байна а, чІогІа сингаттаме а хилира.
И взял с Собою Петра, Иакова и Иоанна; и начал ужасаться и тосковать.
Цо элира цаьрга: «Сан са Іожаллин гІайгІанехь ду. Аша кхузахь а совций, сема хан яккха».
И сказал им: душа Моя скорбит смертельно; побудьте здесь и бодрствуйте.
Царна жимма дехьа а ваьлла, лаьтта а воьжна, Іийсас доІа дира: «Нагахь йиш елахь, дІакъастадойла Ахь Сох и къизаллин сахьт», –
И, отойдя немного, пал на землю и молился, чтобы, если возможно, миновал Его час сей;
кхин а Цо элира: «Сан Дада! Дерриг а Хьан карахь ду, и къаьхьа кад Суна юххехула чекхбаккхахьа! Делахь а, Сан лаамца доцуш, Хьан лаамца хуьлийла дерриг а».
и говорил: Авва Отче! всё возможно Тебе; пронеси чашу сию мимо Меня; но не чего Я хочу, а чего Ты.
Ша юхавирзича, Шен мурдаш бийшина Іохкуш карийра Цунна. ТІаккха Цо элира Кипе: «ШамІа, хьо наб еш ву? Цхьана сахьтехь сема хила ца мегара хьо?
Возвращается и находит их спящими, и говорит Петру: Симон! ты спишь? не мог ты бодрствовать один час?
Сема хила, доІанаш де, шаьш къилахь долчу лаамашна кІел ца дисийта. Са сема хуьлу, ткъа дилха эгІаза ду».
Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна.
Юха а дехьо ваьлла, доІа дира Цо, изза дешнаш олуш.
И, опять отойдя, молился, сказав то же слово.
Юхавеача, кхин цкъа а бийшина карийра Іийсана уьш, хІунда аьлча церан бІаьрганегІарш дазделлера. Шаьш Іийсага хІун эр ду а ца хууш биснера уьш.
И, возвратившись, опять нашёл их спящими, ибо глаза у них отяжелели, и они не знали, что Ему отвечать.
КхозлагІа а тІевеана, элира Цо цаьрга: «Шу хІинца а наб еш, садоІуш ду? Тоьар ду, тІедеана и сахьт. Адамийн КІант къинош летийначеран каравоьду хан тІекхаьчна.
И приходит в третий раз и говорит им: вы всё ещё спите и почиваете? Кончено, пришёл час: вот, предаётся Сын Человеческий в руки грешников.
Дуьйло, хьалагІовтта! ХІара ву Суна ямартло ен верг».
Встаньте, пойдём; вот, приблизился предающий Меня.
Оцу сохьта, Іийсас и оллушехь, тІевеара ЯхІуд, шийттаннах цхьаъ. Цунна тІаьхьахІоьттина адамийн тоба яра, карахь таррашший, хьокхий а долуш. Уьш хьовсийнера динан коьртачу дайша а, Іелам наха а, баккхийчара а.
И тотчас, как Он ещё говорил, приходит Иуда, один из двенадцати, и с ним множество народа с мечами и кольями, от первосвященников и книжников и старейшин.
Іийсана ямарта волчо билгало йинера цаьрга: «Ас барт баьккхинарг Иза хир ву шуна, – аьлла, – И, схьа а лаций, ларвеш дІавига».
Предающий же Его дал им знак, сказав: Кого я поцелую, Тот и есть, возьмите Его и ведите осторожно.
Цу сохьта Іийсана тІе а вахана, цо элира: «Ва устаз!» Цул тІаьхьа Цунна барт баьккхира.
И, придя, тотчас подошёл к Нему и говорит: Равви! Равви! и поцеловал Его.
Ткъа вукхара, тІе куьйгаш а кховдийна, схьалецира Іийса.
А они возложили на Него руки свои и взяли Его.
Уллохь лаьттачех цхьаммо, тур схьа а даьккхина, тоьхна, динан коьртачу ден ялхочун лерг даьккхира.
Один же из стоявших тут извлёк меч, ударил раба первосвященникова и отсёк ему ухо.
ТІаккха Іийсас элира цаьрга: «Талорхо лаца доьлхуш санна, таррашций, хьокханашций ара ма девлла шу Со схьалаца?
Тогда Иисус сказал им: как будто на разбойника вышли вы с мечами и кольями, чтобы взять Меня.
Делан цІа чохь хІора дийнахь ца хуьлура Со шуьца, хьехамаш а беш? ХІетахь ма ца лоцура аш Со? Амма Делан Йозанаш тІехь яздинарг кхочушхила деза».
Каждый день бывал Я с вами в храме и учил, и вы не брали Меня. Но да сбудутся Писания.
Цу хенахь, Іийса а витина, массо а мурдаш дІасабевдира.
Тогда, оставив Его, все бежали.
Шен дерзинчу дегІа тІе шаршу хьарчийна волу цхьа жима къонах Іийсана тІаьхьа хІоьттира. Амма тІемалоша и дІалецира.
Один юноша, завернувшись по нагому телу в покрывало, следовал за Ним; и воины схватили его.
ТІаккха тІемалойн карахь шаршу а юьтуш, иза верзина ма-варра дІаведира царах.
Но он, оставив покрывало, нагой убежал от них.
Іийса динан коьрта да волчу цІа валийра. Цигахь массо а динан коьрта дай а, баккхийнаш а, Іелам нах а гулбеллера.
И привели Иисуса к первосвященнику; и собрались к нему все первосвященники и старейшины и книжники.
Іийсана гено тІаьхьа а хІоьттина, динан коьртачу ден керта чу велира Кипа. Иза динан коьртачу ден кертахь гІуллакх деш болчаьрца цІарна хьалха вохлуш вара.
Пётр издали следовал за Ним, даже внутрь двора первосвященникова; и сидел со служителями, и грелся у огня.
Ткъа Іийсана веран кхел ярхьама, динан коьрта дай а, коьртачу кхеташонехь мел верг а Иза бехке ван бахьана лоьхуш бара, амма и бахьана ца карадора царна.
Первосвященники же и весь синедрион искали свидетельства на Иисуса, чтобы предать Его смерти; и не находили.
ХІунда аьлча дукхахболчара харц тоьшаллаш дора Цунна дуьхьал, ткъа уьш цхьана ца догІура.
Ибо многие лжесвидетельствовали на Него, но свидетельства сии не были достаточны.
Цхьаболчара, хьала а гІевттина, харц тоьшаллаш деш, элира:
И некоторые, встав, лжесвидетельствовали против Него и говорили:
«Тхуна хезнера Цо олуш: „Аса адамаша куьйга дина хІара Делан цІа доха а дина, кхаа дийнахь кхин тайпа долу, куьйга дина доцург дІахІоттор ду“, – аьлла».
мы слышали, как Он говорил: Я разрушу храм сей рукотворенный, и через три дня воздвигну другой, нерукотворенный.
Амма церан тоьшаллаш а цхьаьнадогІуш дацара.
Но и такое свидетельство их не было достаточно.
ТІаккха динан коьртачу дас, юккъе дІа а хІоьттина, хаьттира Іийсага: «Ахь цхьа а жоп ма ца ло? Цара Хьуна дуьхьал тоьшаллаш хІунда до?» – аьлла.
Тогда первосвященник стал посреди и спросил Иисуса: что Ты ничего не отвечаешь? что они против Тебя свидетельствуют?
Ткъа Іийса дуьхьал вист а ца хилира, Цо цхьа а жоп ца делира царна. Юха а динан коьртачу дас хаьттира Цуьнга: «Хьо вуй Декъалволчун КІант? Цо леррина Къобалвинарг?»
Но Он молчал и не отвечал ничего. Опять первосвященник спросил Его и сказал Ему: Ты ли Христос, Сын Благословенного?
Іийсас элира: «Со ву. Шуна гур а ву Адамийн КІант Нуьцкъалчу Далла аьтто агІор хиъна Іаш а, стигалан мархашца охьавуссуш а».
Иисус сказал: Я; и вы узрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных.
ТІаккха, шена тІера бедар а ятІийна, динан коьртачу дас элира: «Кхин хІун тешаш оьшу вайна?
Тогда первосвященник, разодрав одежды свои, сказал: на что ещё нам свидетелей?
Хезира-кх шуна И Далла луьйш, шуна муха хета?» Цара массара а Іийса веран кхел къобалйира.
Вы слышали богохульство; как вам кажется? Они же все признали Его повинным смерти.
ТІаккха цхьаболчара Іийсана тІе туйнаш детта долийра, вукхара, Цуьнан бІаьргаш дІа а дихкина, буйнаш а детташ, олура: «Хьо пайхамар хилар гайта хІинца!» ГІаролхоша а еттара Цунна.
И некоторые начали плевать на Него и, закрывая Ему лице, ударять Его и говорить Ему: прореки. И слуги били Его по ланитам.
Кипа цу кертахь, лахахь волуш, динан коьртачу ден цхьа зуда-ялхо еара цига.
Когда Пётр был на дворе внизу, пришла одна из служанок первосвященника
Вохлуш волу Кипа а гина, цо, леррина юьхь-дуьхьал а хьаьжна, элира: «Хьо а вара-кх Назартера Іийсаца».
и, увидев Петра греющегося и всмотревшись в него, сказала: и ты был с Иисусом Назарянином.
Амма Кипас дІахадийра: «Суна ахь хІун боху а ца хаьа, со кхета а ца кхета ахь бохучух». Иза а аьлла, Кипа кертан хьалха велира. ТІаккха нІаьна кхайкхира.
Но он отрёкся, сказав: не знаю и не понимаю, что ты говоришь. И вышел вон на передний двор; и запел петух.
Оццу зудчо, иза юха а гина, «ХІара а ву царах цхьаъ», – элира уллохь хІиттина болчаьрга.
Служанка, увидев его опять, начала говорить стоявшим тут: этот из них.
Кипас юха а тІе ца лецира цо бохург. Жимма Іийча, кхузахь лаьтташ болчара Кипе юха а элира: «Баккъалла а хьо ву-кх царах, хІунда аьлча хьо а ма-ву галилайхо».
Он опять отрёкся. Спустя немного, стоявшие тут опять стали говорить Петру: точно ты из них; ибо ты Галилеянин, и наречие твоё сходно.
Ткъа Кипа, дуйнаш а бууш, чІагІонаш ян волавелира: «Ца вевза суна И стаг, аш вуьйцуш верг».
Он же начал клясться и божиться: не знаю Человека Сего, о Котором говорите.
ХІеттахь шозлагІа а нІаьна кхайкхира. ТІаккха дагадеара Кипина Іийсас шега аьлларг: «НІаьна шозза кхайкхале, ахь кхузза дІатосур ву Со». Кипа доггах вилхира.
Тогда петух запел во второй раз. И вспомнил Пётр слово, сказанное ему Иисусом: прежде нежели петух пропоёт дважды, трижды отречёшься от Меня; и начал плакать.
Сатосучу хенахь, Іуьйре тІеярца, динан коьртачу дайша а, Іелам наха а, ерриге а коьртачу кхеташонехь мел болчара а гулам бира. Оцу гуламо, сацам а бина, Іийса дІа а вихкина, Пулате дІавелира.
Немедленно поутру первосвященники со старейшинами и книжниками и весь синедрион составили совещание и, связав Иисуса, отвели и предали Пилату.
Пулата хаьттира Цуьнга: «Хьо жуьгтийн къоман Паччахь ву?» – аьлла. Ткъа Іийсас жоп делира цуьнга: «Ахь боху-кх иза».
Пилат спросил Его: Ты Царь Иудейский? Он же сказал ему в ответ: ты говоришь.
Динан коьртачу дайша дуккха а хІуманна тІехь бехке вора Іийса.
И первосвященники обвиняли Его во многом.
Пулата юха а хаьттира Цуьнга: «Ахь цхьа а жоп ма ца ло? Хьажал, Хьуна дуьхьал мел дукха бехкаш балабо».
Пилат же опять спросил Его: Ты ничего не отвечаешь? видишь, как много против Тебя обвинений.
Амма Іийсас оцу хаттарна кхин цхьа а жоп ца делира, ткъа Пулат цунах чІогІа цецвуьйлура.
Но Иисус и на это ничего не отвечал, так что Пилат дивился.
ХІора Пасахьан дезачу дийнахь чубоьхкинчарах цхьаъ, шега веххнарг, арахоьцура Пулата халкъана.
На всякий же праздник отпускал он им одного узника, о котором просили.
ХІетахь цхьа хьенех вара, Барраб цІе а йолуш. Шен накъосташца Іедална дуьхьал адам карзахдаьллачу хенахь, цо стаг верна, иза чувоьллинера.
Тогда был в узах [некто], по имени Варавва, со своими сообщниками, которые во время мятежа сделали убийство.
ТІаккха гулделлачу халкъо, маьхьарий а хьоькхуш, хІинццалц санна тутмакхех цхьаъ дІахецар дийхира Пулате.
И народ начал кричать и просить [Пилата] о том, что он всегда делал для них.
Цо дуьхьал хаьттира цаьрга: «Ас жуьгтийн къоман Паччахь дІавала лаьий шуна?» – аьлла.
Он сказал им в ответ: хотите ли, отпущу вам Царя Иудейского?
ХІунда аьлча Пулатана хаьара, динан коьртачу дайша Іийса шайн Цуьнга хьагІ йолу дела дІавеллий.
Ибо знал, что первосвященники предали Его из зависти.
Амма динан коьртачу дайша халкъ иракарахІоттийнера, царна Барраб дІахецар гІоле хетийтархьама.
Но первосвященники возбудили народ [просить], чтобы отпустил им лучше Варавву.
Пулата юха а, жоп луш, элира цаьрга: «Ткъа аш жуьгтийн къоман Паччахь ву бохучунна хІун дан лаьа шуна ас?»
Пилат, отвечая, опять сказал им: что же хотите, чтобы я сделал с Тем, Которого вы называете Царём Иудейским?
Цара цо бохучунна дуьхьал маьхьарий хьаькхира: «ЖІарах дІатоха Иза!» – аьлла.
Они опять закричали: распни Его.
Пулата хаьттира цаьрга: «ХІунда? Цо хІун зулам дина те?» Амма наха кхин а чІогІа маьхьарий хьоькхура: «ЖІарах дІатоха Иза!» – бохуш.
Пилат сказал им: какое же зло сделал Он? Но они ещё сильнее закричали: распни Его.
ТІаккха Пулата, халкъана луург а деш, Барраб дІахецийтира. Ткъа Іийса, шед а еттийтина, тІемалойн кара дІавелира жІарах дІатохийтархьама.
Тогда Пилат, желая сделать угодное народу, отпустил им Варавву, а Иисуса, бив, предал на распятие.
ТІемалоша, Іийса керта а ваьккхина, йоккха, кхел кхайкхочу гІишло чу а вигна, тІемалойн ерриге а тоба гулйира.
А воины отвели Его внутрь двора, то есть в преторию, и собрали весь полк,
ТІаккха Цунна тІе цІен оба а кхоьллина, коканийн коьллех кочар а дина, иза Іийсан коьрта тІе диллира.
и одели Его в багряницу, и, сплетши терновый венец, возложили на Него;
Цул тІаьхьа, Іийса беларца «декъалвеш», цара бохура: «Декъала хуьлда жуьгтийн къоман Паччахь!»
и начали приветствовать Его: радуйся, Царь Иудейский!
ТІаккха Цуьнан коьртах Іаса а етташ, Цунна тІе туйнаш деттара цара. Цул тІаьхьа, гора а хІиттина, корта беттаран сурт хІоттадора Цунна хьалха.
И били Его по голове тростью, и плевали на Него, и, становясь на колени, кланялись Ему.
Шаьш Іийса аьшнаш вина бевлча, Цунна тІера цІен духар дІа а даьккхина, Шен хІуманаш тІеюьйхира цара. ТІаккха жІарах дІатоха дІавигира Іийса.
Когда же насмеялись над Ним, сняли с Него багряницу, одели Его в собственные одежды Его и повели Его, чтобы распять Его.
ТІаккха шен кха тІера вогІу, Искандаран а, Рупан а да волу Къуринара ШамІа а сацийна, цуьнга Іийсан жІаран бІогІам дІабахьийтира цара.
И заставили проходящего некоего Киринеянина Симона, отца Александрова и Руфова, идущего с поля, нести крест Его.
Іийса «Галгатхьа» олучу метте схьавалийра цара (иза «туьтанан меттиг» бохург ду).
И привели Его на место Голгофу, что значит: Лобное место.
Ярийн муттанца эдина чагІар дала гІоьртира уьш Цунна, амма Іийсас иза ца мелира.
И давали Ему пить вино со смирною; но Он не принял.
Іийса жІарах дІатуьйхира. ТІемалоша, кхаж а тесна, Цуьнан хІуманаш вовшашлахь йийкъира.
Распявшие Его делили одежды Его, бросая жребий, кому что взять.
УьссалгІа сахьт дара Іийса жІарах дІатухучу хенахь.
Был час третий, и распяли Его.
Иза стенна бехке ву билгалдоккхуш, уьнна тІехь яздинера: «Жуьгтийн къоман Паччахь», – аьлла.
И была надпись вины Его: Царь Иудейский.
Іийсаца ши талорхо вара жІарах дІатоьхна,
С Ним распяли двух разбойников, одного по правую, а другого по левую [сторону] Его.
цхьаъ Цунна аьтту агІор, важа аьрру агІор.
И сбылось слово Писания: и к злодеям причтён.
Юххехула чекхбовлучара, вон баганаш а етташ, кортош а лестош, бохура Цуьнга: «ХІай! Делан цІа доха а дина, кхаа дийнахь дІахІоттош верг!
Проходящие злословили Его, кивая головами своими и говоря: э! разрушающий храм, и в три дня созидающий!
Хьуо кІелхьара а воккхуш, охьавосса бІогІам тІера».
спаси Себя Самого и сойди со креста.
Царах терра динан коьртачу дайша а, Іеламчу наха а, Цунах бела а боьлуш, вовшашка бохура: «Кхиберш кІелхьара а баьхна, Ша-м кІелхьара ца ваккхало!
Подобно и первосвященники с книжниками, насмехаясь, говорили друг другу: других спасал, а Себя не может спасти.