text
stringlengths
0
76
* КНИГА ДЕВЯТАЯ [1] *
1(I).
Во всех разнородных дружбах пропорциональность приравнивает и сохраняет
дружбу,.как то и было сказано; так, при государственной [дружбе] башмачник
за башмаки по [их] стоимости (kaf axian) получает вознаграждение, и ткач
тоже, и прочие[2]. В этом случае наготове общая мера -- монета, и с ней
поэтому все соотносится, ею и измеряется. Что же до любовной [дружбы], то
влюбленный иногда жалуется, что при избытке дружбы с его стороны он не
получает ответной дружбы, при этом он, может статься, не обладает ничем, что
служит предметом дружеской приязни; возлюбленный же часто жалуется, что
влюбленный прежде сулил все, а теперь ничего не исполняет. Такое случается
всякий раз, когда влюбленный дружит с возлюбленным из-за удовольствия, а
возлюбленный с влюбленным -- из-за пользы, но у обоих нет того, [чего они
ждут друг от друга]. Именно при дружбе ради этих [целей] ее расторжение
происходит всякий раз, когда не получают того, ради чего дружили, ибо в этом
случае любят не самих друзей, а то, что у них имеется, это, между тем,
непостоянно, а потому таковы и дружбы. Но [дружба] нравов, существующая сама
но себе, постоянна, как и было сказано[3].
Разногласия возникают и тогда, когда получают другое, т. е. не то, к
чему стремились, ибо не получать того, к чему тянет, все равно что ничего не
получать; так, например, [в случае] с кифаредом, которому [царь] посулил тем
большую плату, чем лучше он будет петь, но наутро на его требование
обещанного сказал, что за удовольствие ему уже было отплачено
удовольствием[4]. Если бы, действительно, каждый из них желал того, [что
получил, то каждый] получил бы достаточно, но если один желал веселья, а
другой -- заработка и одни имеет, что желал, а другой нет, при таких
взаимоотношениях не будет, пожалуй, ничего хорошего, потому что человек
обращается за тем, в чем нуждается, и, во всяком случае, ради этого он
отдаст, что имеет.
Но кому же из двух установить стоимость: тому ли, кто первым расточает,
или тому, кто первым взял? Ведь тот, кто дает первым, [оценивать свое
даяние,] похоже, предоставляет другому. Говорят, это делал Протагор, ибо
всякий раз, как он обучил чему бы то ни было, он приказывал ученику оценить,
сколько, по его мнению, стоят [полученные] знания, и столько брал[5]. В
подобных случаях некоторые довольствуются [правилом] "плати, сколько
спросят" [6]; а на тех, кто, взяв сначала деньги, потом ничего из того, о
чем говорили, не делают, потому что их обещания были чрезмерны, -- на тех,
разумеется, жалуются, ибо они не исполняют того, о чем было соглашение.
Софисты, вероятно, были вынуждены делать это, [т. е. брать, плату вперед],
потому что никто не дал бы денег за их знания. Так что на них, конечно,
жалуются как на людей, которые не делают того, за что взяли плату.
О расточающих первыми ради самих друзей в тех случаях, когда соглашения
о [взаимном] содействии не бывает, сказано, что они не вызывают жалоб[7]
(ибо именно такова дружба по добродетели). А вознаграждение здесь должно
соответствовать сознательному выбору [того, кто дал первым], ибо
[сознательный выбор блага для другого] отличает друга и добродетель. Так,
видимо, должно быть и у тех, кто занялся сообща философией, [т. е. у
учителей и учеников], ибо здесь стоимость не измеряется в деньгах да и
равновеликого воздаяния (time), пожалуй, не существует, однако, быть может,
в этом случае достаточно того, что посильно, точно так, как и в отношении к
богам в родителям [8].
Но если даяние не такого рода, но предполагает [воздаяние], то прежде
всего нужно, наверное, чтобы обе стороны признавали воздаяние достойным, а
если этого не произойдет, то, по-видимому, не только необходимым, но и
правосудным покажется, чтобы тот, кто первым решил принять [услугу или
помощь], устанавливал [их стоимость]. Действительно, сколько один взял себе
в поддержку или сколько он согласился [отдать] за [полученное им]
удовольствие, столько, получив назад, давший первым будет иметь в качестве
стоимости, определенной тем, кто первым взял.
Оказывается, так бывает и при купле-продаже, я кое-где есть законы,
которые запрещают судебное разбирательство добровольных сделок (ta hekoysia
symbolaia), подразумевая тем самым, что с тем, кому оказал доверие, [сделка]
должна быть расторгнута на тех же основаниях, на каких вступили во
взаимоотношения. В самом деле, считается более правосудным, чтобы
[стоимость] установил тот, кому была предоставлена возможность [это
сделать], а не тот, кто ее предоставил. Ведь для большинства вещей владельцы
и желающие получить эти вещи назначают не равную цену, потому что свое
собственное, к тому же отдаваемое, каждому кажется стоящим много. Но
вознаграждение все-таки соответствует тому, сколько установят принимающие
[даяние]. Нужно, наверное, чтобы цену назначили не ту, что кажется достойной
владельцу, а ту, что он назначал, прежде чем стал владельцем.
2(11).
Трудности заключаются и в следующих вопросах: предоставлять ли все на
усмотрение отца и во всем слушаться его, или же при недуге надо верить
врачу, а военачальником назначать способного вести войну? А также: кому
больше оказывать услуги -- другу или добропорядочному человеку и что важнее
-- воздать благодарность благодетелю или расточать [благодеяния] товарищу,
если и для того, и для другого [одновременно] нет возможности? Не правда ли,
нелегко точно определить все такие случаи? В самом деле, часто они бывают
отличны по самым разным признакам: по величине и ничтожности, по
нравственной красоте и необходимости.