text
stringlengths
2
1.22k
Орудия этих движений органы и части тела действенность, которую сущее достигает в этих движениях, и есть его жизнь.
Тело такого сущего устроено сложнее, чем камень, и определяется более сложной структурой.
Говоря об одушевленном, мы находим, что душа как причина единства, энтелехия и форма тела, в возможности обладающего жизнью, оказывается разделенной на части, т. е. сама душа, как кажется, представляется неким целым, которое нуждается в причине для собственного единства.
Душа может быть определена как сущность и причина единства сущего, и это определение относит душу в область рассмотрения метафизики.
В физическом же рассмотрении она присутствует как причина множества, которая организует телесную структуру и вместе с этим определяет функции тела как различные, т. е. как такое начало, которое организует материю как целое и делит это целое на части.
Таким образом, душа оказывается понятием, которое, находясь на границе метафизики и физики, становится полем столкновения единства и множества. ..
Органическое сложение тела Итак, душа как сущность и начало есть причина единства и действенность, поэтому она не имеет частей.
Душа как форма в подлежащем, рассматриваемая вместе с подлежащим как причина его движений, в некотором смысле имеет части и возможности а именно, постольку, поскольку их имеет сложенное.
Начало возможности, так же как и начало величины, разделимой на части, есть материя, однако в подлежащем эти возможности и части считаются по целому, а значит по форме как причине целого, поскольку сущее есть в первую очередь по своей форме.
Душа как начало движения определяется через способности к различным движениям, которые Аристотель называет способностями души.
Каждая душа растительная, животная и разумная обладает рядом способностей.
Так, растительная душа есть причина роста и питания, животная душа появляется там, где есть ощущение.
Каждой душе соответствует определенное строение тела, приспособленное для движений, причем органы в различных телах устроены по-разному, в соответствии с природой вида, но выполняют схожие функции.
Сложению души из частей, или отдельных душ, которые Аристотель выделяет как начала определенных движений, соответствует сложение тела из органов, которые являются орудием для тех или иных движений.
Аристотель выделяет три стадии сложения сложение однородных частей, таких как кровь, мясо, кости, из элементов, сложение тела или частей тела из однородных частей и сложение тела из органов и неоднородных частей, например, из лица, руки и т. д. . . .
Каждое сложение образует некоторую материю в теле, которая сама по себе обладает собственной формой или природой, собственными свойствами и движениями.
Поэтому каждая часть тела, будь она однородна или неоднородна, имеет собственную действенность.
Например, кровь, какую бы мы малую часть ее не взяли, остается кровью мы можем определить ее свойства, она действенна, когда движется в теле.
Но часть тела, хотя и имеет свою определенность и действенность, является материей, или возможностью, для тела как целого.
Часть не самостоятельна, она не может быть как что-то отдельное, в отличие от целого тела.
Так, кровь, теряя связь с телом, сворачивается и разлагается на элементы она перестает быть кровью, теряет свою форму и действенность.
Органы так же, как и подобочастные, представляют собой некоторую способность двигаться так или иначе цель движения органов жизнь тела, в котором они сложены.
Сами органы имеют свою действенность, которая заключается в исполнении ими собственной функции как части целого т. е. как части тела.
Одушевленный организм представляет собой целое из подвижных частей, каждая из которых, согласно своей форме и соединенной с формой материи, т. е. согласно своей природе как части или органа именно такого сущего человека или дерева, имеет способность к движению, и потому, с одной стороны, является материей тела, а с дру...
Сами по себе органы не имеют отдельной сущности, поскольку бытие их не отдельно, но, напротив, их завершенность возможна только в одушевленном теле.
Быть для органа означает исполнять свою функцию, т. е. быть в движении, а значит в действенности однако эта действенность есть не действенность отдельного органа самого по себе, но действенность тела как целого .
Тело здесь понимается как связь различных органов и частей, а единство или цельность этой связи, выраженная в энтелехии целого, есть из формального начала, надлежащего целому по природе природное целое является таковым само из себя. ..
Части души Таким образом, тело, будучи целым, состоит из частей как из возможностей эти части суть материя тела, но как части они определены и имеют собственную подвижность.
Составность души параллельна составности тела части души суть ее способности как причины тех или иных движений одушевленного или сложение таких способностей каждая часть есть форма и действенность, которой подлежит материя.
Материей каждой из частей души являются органы тела, пригодные для совершения тех или иных движений.
Содержание предшествующей части в возможности в последующей можно проиллюстрировать на примере сложения телесных частей.
Эти части могут быть отделены в рассмотрении, но не физически если их отделить от организма, они потеряют собственное единство и определенность.
Действенность тела включает в себя действенность всех своих частей, но сами части относятся к этой действенности как возможность.
Различные души, так же как и части тела, относятся друг к другу как возможность к действительности.
Так, в растении действует растительная душа, которая причиняет движения роста и питания.
Эта душа является первой и основной для наличия жизни, поскольку жизнь есть в первую очередь питание, рост и упадок тела.
В животном действует животная душа, которая характеризуется чувственной способностью, но также может быть причиной стремления, движения по месту, фантазии, если животное по природе имеет материю к этим движениям.
В человеке действует разумная душа, причина способности к размышлению и речи.
Эти души относятся друг к другу как первое к последующему.
Растительная душа действенна как форма растения, но содержится в возможности в животной душе как ее материя это значит, что движения, началами которых является растительная душа, необходимы для жизни животного, но животное ими не ограничивается для того, чтобы животное действовало как животное, необходимо что-то еще.
Это нечто последующее, представленное рядом возможностей или причин других движений, и есть животная душа, соединенная с соответствующей орудийной материей.
Животная душа не действует без растительной, так же, как не действует и без своей материи, но возможность питания и роста животное осуществляет в соответствии со своей животной формой.
Без животной души, в свою очередь, невозможна действенность рациональной формы.
Но в последующей душе предыдущая содержится не как ее часть, а как возможность, как определенная органическая структура т. е. как упорядоченная материя.
Хотя мы можем выделить в животном движения роста и питания, присущие растительной душе, однако не можем отделить саму растительную душу как какую-либо форму или действенность, отличную от действенности животного так же, как мы можем выделить движение крови и сердца в теле, но не можем изъять их из тела, рассмотреть вне...
Как органы и части суть материя тела, хотя они и обладают собственной определенностью, так и предыдущая душа суть материя последующей и не действует без нее животное питается и растет, поскольку оно есть как животное, т. е. его животная душа является причиной его бытия.
Поэтому нельзя сказать, что в животном есть две различные души растительная и чувствующая, в нем есть лишь одна душа как форма его тела, но растительную душу в нем можно выделить как способ определенной организации материи и причину движений питания и роста.
Актуально есть только одна душа, и именно эту душу Аристотель называет природой, формой и энтелехией тела, но, так как душа всегда уже есть вместе с телом как начало сущего, она дает начало и телесной структуре. .
Единство и сложность души как начала Все же, в отличие от тела, которое может рассматриваться как целое из различных частей, душа не может пониматься как целое, поскольку определение целого может быть отнесено к сущему из формы и материи, а не к началу.
Целое разделимо на части по своей материи, душа же, как начало, не есть целое и потому не может иметь частей.
В О душе термин части, видимо, используется метафорически речь идет не столько о частях души, сколько о разных началах жизни в теле, которые каким-то образом есть в одной душе и относятся к одной сущности.
Части души называются так по аналогии с частями тела, но не относятся к душе как к целому.
Иначе говоря, душа не может быть сложена из своих частей так же, как тело сложено из рук, ног и органов души соотносятся не как часть и целое, но как первое и последующее и у фигур, и у одушевленных существ в последующем всегда содержится в возможности предшествующее, например в четырехугольнике треугольник, в способно...
Отношение первого к последующему есть не отношение части и целого, но отношение возможности и действенности как нельзя сказать, что материя, или возможность, есть часть действенности, или формы, так нельзя сказать, что растительная душа суть часть животной в том же смысле, в каком рука или сердце есть часть тела.
Если в уже завершенном сущем более совершенная форма заключает в себе менее совершенную, в зародыше Аристотель усматривает сам процесс такого сложения.
В первую очередь, в зародыше появляется растительная душа затем, когда начинает чувствовать, в нем появляется животная душа и уже в завершении развития рациональная если это зародыш человека.
При этом в растительной душе уже имеется в возможности животная, а в животной рациональная если речь идет о человеке, однако последующая душа становится действительной не сразу с появлением зародыша, но по мере соответствующего развития материи, появления соответствующих органов, тогда как предшествующая душа переходит...
Целью развития эмбриона и энтелехией, к которой стремится его материя, является природа зародыша или его сущность по мере того, как материя достигает своей цели, форма также становится более завершенной .
Рассматривая возможности сущего, Аристотель говорит о возможностях души, поскольку она присутствует в материи эти части и возможности есть в сложенном сущем, но рассматриваются они по душе, поскольку душа, а не материя, есть то начало, по которому организуется телесная структура, ограничивается составленность каждого с...
Материя есть начало возможности, но сущее может именно постольку, поскольку оно уже есть, а значит есть в форме сама по себе форма не имеет возможностей, поскольку таковые может иметь только отдельное сущее но возможности эти есть только потому, что уже есть действенность сущего как такого-то.
Составленность души соответствует многослойности сложения материи в подлежащем, но не противоречит простоте души как начала, поскольку составленность эта есть составленность самого подлежащего как сущности как этой-вот сущности, или как вида в материи, каковая есть и познается по его душе или природе.
Определение души как способности или части предполагает уже душу как форму тела, поскольку только сущее, сложенное из начал, подвижно, т. е. способно к движению.
Таковое определение предполагает и определенную материю как причину такого движения.
Таким образом, живое как целое устроено из частей, но поскольку каждая часть имеет собственное движение, собственную причину и завершенность части души завершенность частей тела, то структурности тела предшествует некоторая структурность души душа есть логос в материи не только для целого, но и для его частей.
Сложность душевного устройства необходима в виду многообразия и сложности материального сложения, описанного нами выше.
Итак, душа как сущность есть причина единства и бытия сущего, душа как природа причина его подвижности.
Подвижность сущего определена целью, которая заключается в природе сущего.
Душа как завершенность есть пребывание у цели.
Пребывание у цели характеризуется напряжением между возможностью и действенностью как различными движениями сущего.
Возможности этих движений ограничены природой сущего, поскольку она есть начало подвижности дерево по природе может одно, человек другое.
Само же пребывание у цели, или в завершенности, это присутствие в определенной форме, в форме дерева или человека.
Эта форма как сущность проста, но, будучи опрокинутой в материю, по необходимости должна представлять некоторую материальную структуру, соответствующую природной подвижности вещи.
Такая структура будет тем более сложной, чем больше способностей есть в сущем по природе.
Поэтому душа как форма организма является причиной или логосом ряда функциональных органических единств.
Но действенность этих единств есть не сама по себе, а вместе с действенностью или завершенностью сущего.
Таким образом, сущее уже есть как завершенное, и душа как завершенность проста, но в то же время сущее всегда есть в возможности оно незакончено, стремится к природе как цели.
Возможность и стремление, поскольку они есть в определенном сущем, определены как органическая структура.
Сущность или природа сущего включает эту возможность как онтологическое свойство, и потому единство сущего есть единство разделенного разделенность же выражается в структуре его формы, поскольку эта форма или душа есть причина жизни или причина различных движений.
И эта разделенность, или структура, организована как отношение первого к последующему через возможность и действительность. .
Эквивокация Вопрос о частях и единстве души имеет дополнительное измерение, связанное с определением души и ее частей.
Определением Аристотель называет единый логос о чем-то одном . .
Но может ли душа, разделенная на части, иметь одно определение?
В О душе Аристотель пишет Таким образом, ясно, что определение души одно в том же смысле, в каком определение геометрической фигуры одно.
Ведь ни в последнем случае нет фигуры помимо треугольника и производных от него фигур, ни в первом случае душа не существует помимо перечисленных способностей души.
Однако так же, как для фигур возможно общее определение, которое подходит ко всем фигурам, но не будет принадлежать исключительно к какой-либо одной фигуре, точно так же обстоит дело и с упомянутыми душами.
Однако было бы смешно, пренебрегая указанным определением, искать в этих и других случаях такое общее определение, которое было бы определением, не относящимся ни к одной из существующих вещей и не соответствующим особой и неделимой форме вещи .
Нет души, помимо душ, как нет фигуры, помимо фигур, и нет также общего рода души или фигуры, определение которого могло бы быть общим для этих фигур или душ, как например, определение живого существа является общим для осла и человека, т. е. имеет основание в некоторой реальности, которая содержится в том и в другом.
Род в видах, как говорит Филопон, комментируя это место, есть не только как род в видах, но и как логос каждого . , общий же логос души не является собственным для каждой из душ.
Более того, поскольку сами души расположены в порядке так, что одна является первой, а другая последующей, то с уничтожением первой уничтожаются и все последующие с исчезновением растительной души, т. е. способности роста и питания, умирает тело в целом, и потому исчезают остальные души.
Виды же в роде так не соотносятся с исчезновением одного вида другие виды не теряют собственной реальности, заключенной в общности рода.
Далее Филопон указывает, что общим образом сказываемое о тех, у которых при уничтожении одного вида уничтожаются и остальные, есть не род, но омонимичный звук . .
Таким образом, общее определение души, которое есть помимо отдельных душ, Филопон признает эквивокальным.
Он отмечает, что эта эквивокация не значит, что общее определение или описание души дать невозможно, но значит то, что для познания души необходимо определить каждую душу в отдельности.
Известно, что Аристотель дает общее определение души как энтелехии органического тела, обладающего в возможности жизнью, но это определение не является собственным для какой-либо из указанных душ, т. е. не определяет ни растительную душу как растительную, ни животную как животную, ни рациональную как рациональную именн...
Общего определения души недостаточно для познания какой-либо из них, так же как и общего определения фигуры недостаточно для знания о треугольнике или о квадрате.
В общем определении содержится понятие жизни, которое также сказывается различным образом в отношении растения, животного или человека о жизни говорится в разных значениях а, и душа, будучи энтелехией, распадается на различные души в связи с жизнью как суммой движений органического тела.
Через описывается также и само понятие движения, и потому оно тоже не является унивокальным различные движения несравнимы друг с другом, как и различные души, хотя движение также имеет общее определение .
Таким образом, разделение как платонический способ познания, используемый Аристотелем для построения собственной науки, приводит к трудности в отношении определения предмета науки или ее части, поскольку сам предмет оказывается возможным уловить не в его единстве, но в его множественности при этом множественные определ...
Проблема единства души связана с проблемой эквивокации если нет общего определения души, то нет и ее единства, так как нет общей реальности, высказываемой в определении, которая была бы основой этого единства.
С другой стороны душа как сущность не может быть определена, поскольку относительно простого нельзя дать определение, но оно является началом любого определения.