text stringlengths 2 1.22k |
|---|
Надо, однако, памятуя сказанное ранее, не добиваться точности во всем одинаково, но в каждом случае сообразовываться с предметом, подлежащим в той мере, в какой это присуще данному способу исследования . |
Действительно, по-разному занимается прямым углом плотник и геометр, ибо первому с такой точностью, какая полезна для дела, а второму его суть или качества, ибо он зритель истины. |
Подобным образом следует поступать и в других случаях, чтобы, , задел не больше дела был. |
Не следует также для всего одинаково доискиваться причины, но в иных случаях достаточно правильно указать, что , как и в связи с началами, ибо что - это первое и начало. |
Одни из начал постигаются через наведение, другие - чувством, третьи - благодаря некоему приучению , а другие еще как-то иначе. |
Нужно стараться преследовать каждое начало по тому пути, который отвечает его природе, и позаботиться о правильном выделении ведь начала имеют огромное влияние на все последующее. |
В самом деле, начало - это, по всей видимости, больше половины всего и благодаря выясняется многое из того, что мы ищем. . |
Исследовать это , нужно исходя не только из выводов и предпосылок определения, но также из того, что об говорят. |
Ведь все, что есть, согласуется с истиной, а между ложью и истиной очень скоро обнаруживается несогласие. |
Итак, блага подразделяют на три вида так называемые внешние, относящиеся к душе и относящиеся к телу, причем относящиеся к душе мы называем благами в собственном смысле слова и по преимуществу, но мы именно действия души и ее деятельности представляем относящимися к душе. |
Таким образом, получается, что наше определение высшего блага и счастья правильно, по крайней мере оно согласуется с тем воззрением, которое и древнее и философами разделяется. верно еще и потому, что целью оно называет известные действия и деятельности, ибо тем самым целью оказывается одно из благ, относящихся к душе,... |
С определением согласуется и то , что счастливый благоденствует и живет благополучно, ибо счастьем мы выше почти было назвали некое благоденствие и благополучие . . |
По-видимому, все, что обычно видят в счастье, - все это присутствует в определении. |
Одним счастьем кажется добродетель, другим - рассудительность, третьим - известная мудрость, а иным - все это вместе или что-нибудь одно в соединении с удовольствием или не без участия удовольствия есть, , и такие, что включают и внешнее благосостояние . |
Одни из этих воззрений широко распространены и идут из древности, другие же разделяются немногими, однако знаменитыми людьми. |
Разумно, конечно, полагать, что ни в том, ни в другом случае не заблуждаются всецело, а, напротив, хотя бы в каком-то одном отношении или даже в основном бывают правы. |
Наше определение, стало быть, согласно с тех, кто определяет счастье как добродетель или как какую-то определенную добродетель, потому что добродетели как раз присуща деятельность сообразно добродетели. |
И может быть, немаловажно следующее различение понимать ли под высшим благом обладание добродетелью или применение ее, склад души или деятельность. |
Ибо может быть так, что имеющийся склад не исполняет никакого благого дела - скажем, когда человек спит или как-то иначе бездействует, - а при деятельности это невозможно, ибо она с необходимостью предполагает действие, причем успешное. |
Подобно тому как на олимпийских состязаниях венки получают не самые красивые и сильные, а те, кто участвует в состязании ибо победители бывают из их числа, так в жизни прекрасного и благого достигают те, кто совершает правильные поступки. |
И даже сама по себе жизнь доставляет им удовольствие. |
Удовольствие ведь испытывают в душе, а между тем каждому то в удовольствие, любителем чего он называется. |
Скажем, любителю коней - конь, любителю зрелищ - зрелища, и точно так же правосудное - любящему правое, а любящему добродетель - вообще все, сообразно добродетели. |
Поэтому у большинства удовольствия борются друг с другом, ведь это такие удовольствия, которые существуют не по природе. |
То же, что доставляет удовольствие любящим прекрасное , доставляет удовольствие по природе, а таковы поступки, сообразные добродетели, следовательно, они доставляют удовольствие и подобным людям, и сами по себе. |
Жизнь этих людей, конечно, ничуть не нуждается в удовольствии, словно в каком-то приукрашивании, но содержит удовольствие в самой себе. |
К сказанному надо добавить не является добродетельным тот, кто не радуется прекрасным поступкам, ибо и правосудным никто не назвал бы человека, который не радуется правому, а щедрым - того, кто не радуется щедрым поступкам, подобным образом - и в других случаях. |
А если так, то поступки сообразные добродетели будут доставлять удовольствие сами по себе. |
Более того, они в то же время добры и прекрасны, причем и то и другое в высшей степени, если только правильно судит о них добропорядочный человек, а он судит так, как мы уже сказали. |
Счастье, таким образом, - это высшее и самое прекрасное , доставляющее величайшее удовольствие, причем все это нераздельно, вопреки известной делос-ской надписи Право прекрасней всего, а здоровье - лучшая участь. |
Что сердцу мило добыть - вот удовольствие нам. |
А ведь все это вместе присуще наилучшим деятельно-стям, а мы утверждаем, что счастье и есть эти деятельности или одна, самая из них лучшая. |
Однако, по-видимому, для счастья нужны, как мы сказали, внешние блага, ибо невозможно или трудно совершать прекрасные поступки, не имея никаких средств. |
Ведь многие поступки совершаются с помощью друзей, богатства и влияния в государстве, словно с помощью орудий, а лишение иного, например благородного происхождения, хорошего потомства, красоты, исключает блаженство. |
Ибо едва ли счастлив безобразный с виду, дурного происхождения, одинокий и бездетный и должно быть, еще меньше если дети и друзья отвратительны или если были хорошие, да умерли. |
А потому для счастья, как мы уже сказали, нужны, видимо, еще и такого рода благоприятные обстоятельства . |
Именно поэтому некоторые отождествляют со счастьем удачу , в то время как другие - добродетель. . |
В этой связи ставят вопрос, есть ли счастье результат обучения, приучения или еще какого-то упражнения, дается ли оно как некая божественная доля или оно случайно? |
Конечно, если вообще существует какой-нибудь дар богов людям, весьма разумно допустить, что и счастье дарится богами, тем более что это наилучшее из человеческих благ. |
Но данный вопрос, вероятно, скорее принадлежит другому исследованию тем не менее ясно, что, даже если счастье не посылается богами, а является плодом добродетели и своего рода усвоения знаний или упражнения, оно все-таки относится к самым божественным вещам, ибо наградою и целью добродетели представляется наивысшее бла... |
В то же время - это нечто общее для многих, ведь благодаря своего рода обучению и усердию оно может принадлежать всем, кто не увечен для добродетели. |
А если быть счастливым так лучше, чем случайно, то разумно признать, что так и бывают , коль скоро сообразному с природой свойственно иметь состояние наипрекраснейшее из возможных, так же как и сообразному с искусством и со всякой причиной, а особенно с наилучшей. |
Предоставлять же случаю самое великое и прекрасное было бы слишком опрометчиво. |
Исследуемый вопрос проясняется также из нашего определения счастья, ибо сказано, что счастье - это определенного качества деятельность души сообразно добродетели. |
Что же касается прочих , то одни из них даны как необходимое , а другие по своей природе являются подсобными и полезными орудиями. |
Это, видимо, согласуется со сказанным вначале мы полагали целью науки о государстве наивысшее благо, потому что именно эта наука больше всего уделяет внимания тому, чтобы создать граждан определенного качества, т. е. добродетельных и совершающих прекрасные поступки . |
Мы, стало быть, разумно не называем счастливым ни быка, ни коня и никакое другое животное, ведь ни одно из них не может оказаться причастным такой деятельности. |
По той же причине и ребенок не является счастливым, ибо по возрасту он еще не способен к таким поступкам оуро , а кого из детей так называют, тех считают блаженными, уповая на будущее. |
Ведь для счастья, как мы уже сказали, нужна и полнота добродетели, и полнота жизни. |
А между тем в течение жизни случается много перемен и всевозможные превратности судьбы, и может статься, что самого процветающего человека под старость постигнут великие несчастья, как повествуется в троянских сказаниях о Приаме того же, кто познал подобные превратности судьбы и кончил злосчастно, счастливым не считает... |
Может быть, тогда вообще никого не следует считать счастливым, покуда он жив, а нужно, по Солону, взирать на конец? |
Если в самом деле признать такое, то не будет ли человек счастлив лишь тогда, когда умер? |
Или это все-таки нелепо во всех отношениях, а особенно для нас, коль скоро мы определяем счастье как некую деятельность? |
Если же мы не называем умершего счастливым и Солон имел в виду не это, а то, что без ошибки признать человека блаженным можно, лишь когда он уже вне зол и несчастий, то и в этом случае несколько спорным. |
Ведь принято считать, что для умершего существует некое зло и благо, коль скоро это так для живого, когда он ничего не чувствует это, например, честь и бесчестье, а также благополучие и несчастья детей и вообще потомков. |
Но и это ставит трудный вопрос. |
Действительно, можно допустить, что у человека, прожившего в блаженстве до старости и соответственно скончавшегося, происходят многочисленные перемены, связанные с его потомками, причем одни из потомков добродетельные и добились достойной жизни, а у других все наоборот. |
Ясно также, что потомки могут быть в самых разных степенях родстве с предками. |
Однако было бы, разумеется, нелепо, если бы умерший переживал перемены вместе с потомками и становился то счастливым, то снова злосчастным, но нелепо также допустить, что потомков ни в чем и ни на каком отрезке времени не оказывает влияния на предков. |
Надо, однако, вернуться к поставленному ранее вопросу может быть, с его помощью будет уяснен и вопрос, исследуемый теперь. |
В самом деле, если нужно взирать на конец и тогда только причислять того или иного человека к блаженным, причем не как блаженного ныне, но потому, что он был блаженным прежде, то как избежать нелепости о человеке, когда он счаспвц, утверждать это в соответствии с его состоянием не будет истиной только потому, что живых... |
Ясно ведь, что, если следовать за превратностями судьбы, тогда одного и того же человека мы будем называть то счастливым, то снова злосчастным, представляя счастливого своего рода хамелеоном и как бы шаткой постройкой. |
Может быть, следовать за превратностями судьбы отнюдь не правильно? |
Ведь хорошее или плохое зависит не от них хотя без них, как мы то уже сказали, человеческая жизнь не обходится для счастья же главное - деятельности сообразно добродетели, а противоположные деятельности - для противоположного счастью. |
В пользу нашего определения говорит и решение только что рассмотренного вопроса. |
Действительно, ни в одном из человеческих дел не заложена такая основательность, как в деятельностях сообразно добродетелям, ведь эти деятельности явно более постоянны, чем науками, причем самые ценные из них те, что более постоянны, затем что именно в них и притом непрерывно проходит жизнь блаженных людей. |
В этом, пожалуй, причина того, что они не уходят в забвение. |
Таким образом, счастливый будет обладать искомым и в течение всей жизни останется счастливым, ибо всегда или насколько вообще возможно как в поступках, так и в умозрении он будет сообразовываться с добродетелью, а превратности судьбы будет переносить превосходно и пристойно во всех отношениях, во всяком случае как чело... |
Поскольку случайностей бывает много, и они различны по значению, ясно, что незначительные счастливые случаи, точно так же как и соответствующие , не оказывают на жизнь решающего влияния. |
Но если важные и многочисленные оказываются благоприятными, они сделают жизнь более блаженной ибо и сами они по своей природе способствуют украшению и воспользоваться ими можно прекрасно и добропорядочно, а случаи, напротив, неблагоприятные стесняют и омрачают блаженство ибо и приносят страдание, и препятствуют многим ... |
Однако и при таких нравственная красота продолжает сиять, коль скоро человек легко переносит многочисленные и великие несчастья - и не от тупости, а по присущему ему благородству и величавости. |
Если же действительно, как мы уже сказали, деятельности - главное в жизни, то никто из блаженных не может стать злосчастным, потому что он никогда не совершит омерзительных И дурных . |
Мы ведь уверены, что истинно добродетельный и здравомыслящий человек умело переносит все превратности судьбы и всегда совершает самые прекрасные из возможных в данном случае поступков, подобно тому как доблестный военачальник использует имеющееся у него войско наилучшим для ведения войны способом, а хороший башмачник и... |
Коль скоро это так, счастливый никогда не станет злосчастным, хотя, конечно, он не будет блаженным, если ему выпадет жребий Приама. |
Но, во всяком случае, его жизнь не пестра и не легко поддастся переменам, потому что трудно будет лишить его счастья и не от случайных неудач, но от великих и многочисленных , а после таких ? |
А раз это так, то мы назовем блаженными в течение жизни тех, кто обладает и будет обладать описанными выше , причем блаженными именно как люди. |
Будем считать, что с этим мы несколько разобрались. . |
Чтобы превратности судьбы потомков и всех вообще близких ничуть не влияли бы на счастье - такое представляется чересчур жестоким и противоречащим мнениям. |
При обилии различных случайностей, одни из которых имеют большее влияние, а другие - меньшее, выделять каждый отдельный случай, по-видимому, очень долгое , предела не имеющее между тем общего определения и в общих чертах, пожалуй, будет достаточно. |
Итак, среди неудач одного и того же человека одни имеют в его жизни известный вес и влияние, а другие кажутся довольно легкими если это верно, то точно так обстоит дело и с неудачами, касающимися всех близких и, конечно же, для каждого переживания кого оно затрагивает - живых или умерших - значит даже больше, чем для п... |
Так что необходимо учесть и эту разницу и в еще большей мере сомнение причастны ли умершие к какому бы то ни было благу или противоположным ему ? |
Если даже что-то достигает их, будь то благо или его противоположность, из этих , что, взятое безотносительно или по отношению к умершим, это что-то бледно и незначительно, и если нет - все равно величина и свойство этого таковы, что не могут ни превратить в счастливых не счастливых, ни лишить блаженства. |
Итак, благополучие близких, так же как и неблагополучие, по-видимому, как-то влияет на умерших, но это такого свойства и такой степени, что не может ни сделать счастливых несчастливыми, ни оказать иное подобное . . |
Покончив с этим разбором, обратимся к вопросу о счастье относится ли оно к вещам, заслуживающим похвалы, или, скорее, к тому, что ценится? |
Ясно ведь, что к возможностям оно, во всяком случае, не относится. |
Между тем все заслуживающее похвалы, очевидно, заслуживает ее за известное качество и определенное отношение к чему-либо мы ведь хвалим правосудного и мужественного и вообще добродетельного и добродетель за дела и поступки, а сильного и быстроногого и всякого такого - за известное природное качество и известное отношен... |
Это ясно и на примере похвал богам боги ведь кажутся смешными, если их соотносят с нами, а это происходит потому, что, как мы уже сказали, похвала предполагает соотнесение. |
Но если похвала связана с такими вещами, тогда ясно, что наилучшим вещам пристала не похвала, но нечто большее и лучшее, как мы то и видим, ведь богов, а из мужей самых божественных мы считаем блаженными и счастливыми, . |
Точно так же и с благами. |
Никто ведь не хвалит счастье так, как правосудие, но, видя в нем нечто более божественное и лучшее, почитают его блаженством. |
Видимо, и Евдокс удачно защищал притязания удовольствия на высшую награду. |
Дело в том, что в отсутствии похвал удовольствию, хотя оно относится к благам, он усматривал указание на то, что оно выше похвал, а таковы божество и высшее благо с ними ведь соотносится все остальное. |
Таким образом, хвала подобает добродетели, ибо благодаря последней люди совершают прекрасные , а прославления подобают плодам трудов, как телесных, так и духовных. |
Но знать тонкости в этих вопросах свойственнее, вероятно, тем, кто потрудился над прославлениями. |
Нам же из сказанного ясно, что счастье относится к вещам ценимым и совершенным. |
Это так, должно быть, еще потому, что - это начало в том смысле, что все ради него делаем все остальное, а начало и причину благ мы полагаем чем-то ценимым и божественным. . |
Поскольку счастье - это некая деятельность души в полноте добродетели, нужно, пожалуй, подробно рассмотреть добродетели так мы, вероятно, лучше сможем уразуметь все связанное со счастьем. |
Настоящий государственный муж тоже, кажется, больше всего старается о добродетели, ибо он хочет делать граждан добродетельными и законопослушными. |
Образец таких мы имеем в законодателях критян и лакедемонян и других, им подобных, если таковые были. |
Коль скоро рассмотрение этого вопроса относится к науке о государстве, , то, очевидно, наши поиски идут , избранным в самом начале. |
Subsets and Splits
No community queries yet
The top public SQL queries from the community will appear here once available.