text
stringlengths
2
1.22k
И мы хвалим стыдливых среди молодежи, но человека более взрослого никто, пожалуй, не похвалит за стеснительность .
Мы ведь уверены, что он не должен совершать поступки, которых стесняются .
Стыдливость, коль скоро она возникла в связи с дурными поступками, чужда порядочному человеку ведь не следует их совершать, причем безразлично, воистину постыдны эти деяния или слывут таковыми, потому что ни тех, ни других совершать не следует, чтобы не пришлось стесняться.
Свойство же дурного человека - это как раз быть способным совершить нечто постыдное.
Нелепо ведет себя тот, кто, совершив один из постыдных поступков, стесняется и думает, что тем самым он порядочный человек.
Стыд ведь бывает за произвольные поступки, а порядочный человек по своей воле никогда не сделает дурного.
Стыд мог бы быть чем-то порядочным условно ведь если человек совершил поступок, он будет этого стесняться, но к добродетелям это не имеет отношения.
И хотя беззастенчивость , т. е. отсутствие стыда за постыдные поступки, - это нечто дурное, тем не менее стесняться, совершая такие поступки, вовсе не есть нечто порядочное.
Ведь и воздержанность тоже не добродетель, а нечто смешанной природы на нее в этой связи мы укажем позднее.
КНИГА ПЯТАЯ Е .
В связи с правосудностью и неправосудностью нужно рассмотреть к каким поступкам то и другое может иметь отношение, обладание какого рода серединой есть правосудность и в чем серединой является правосудное ?
Пусть наше рассмотрение идет тем же путем -, что и в предыдущем изложении.
Мы видим, конечно, что все склонны называть правосудностью такой склад , при котором люди склонны к правосудным поступкам , совершают правосудные дела и желают правосудного .
Подобным образом и о неправо-судности , при котором поступают неправосудно и желают неправосудного .
Поэтому сперва пусть это и будет у нас как бы в общих чертах принято за основу.
Между тем с науками и умениями дело обстоит иначе, нежели со складами .
А именно для противоположностей признается существование одного и того же умения, или одной и той же науки, но склад как один из противоположных складов не может быть тождественным для противоположностей скажем, от здоровья не бывает ничего ему противоположного, только здоровье ведь походку мы определяем как здоровую, ...
Часто поэтому душевный склад узнается с противоположным и часто по тому, с чем он имеет дело например, когда очевидно, закалка, становится очевидным и то, в чем плохая закалка и как по тому, что закаливает, она сама, так по ней - что закаливает, потому что если закалка - это крепость мышц, то отсутствие ее - их вялость...
Отсюда, как правило, следует, что если одно из двух многозначно, то многозначно и другое, т е. если многозначно правосудное, . .
По всей видимости, у правосудности и неправо-судности много значений, но из-за их близости, что это соименность, скрыто и не так заметно, как при далеких в последнем случае велико различие по внешнему виду ясна, например, соименность, когда называют ключом, , кость пониже шеи у животных и то, чем запирают двери.
Посмотрим теперь, в скольких значениях говорят не правосудный .
Итак, неправосудным считается тот, кто преступает закон , кто своекорыстен рео и несправедлив , а отсюда ясно, что правосудный - это законопослушный и справедливый .
Стало быть, правосудие, , - это законное и справедливое, а неправосудие, , - это противозаконное и несправедливое.
Коль скоро неправосудный своекорыстен, корысть его будет в благах вообще, но не во всех, а в тех, с которыми связана удача или неудача и которые, если взять их безотносительно, всегда являются благами, но применительно к тому или иному человеку не всегда. люди молят о таких благах и ищут их, не должно, но надо, с одной...
Неправосудный не всегда избирает большее, но и меньшее, если речь идет о безусловном зло.
А поскольку меньшее зло считается в известном смысле благом, своекорыстие же обращено на блага, то тем самым и здесь надо считать своекорыстным.
Он и несправедлив ведь это включает и общим . .
Коль скоро, как мы видели, преступающий законы неправосуден, а законопослушный правосуден , ясно, что все законное в известном смысле правосудно.
В самом деле, что определено законодательным , законно, а каждое из этих мы признаем правосудным, .
Законы говорят обо всем вместе, причем имеют в виду либо пользу всех, либо лучших, либо имеющих власть или как-то еще иначе, так что в одном из значений, , мы называем правосудным то, что для взаимоотношений в государстве создает и сохраняет счастье, и все, что его составляет.
Закон, стало быть, предписывает как дела мужественного например, не оставлять строя, не обращаться в бегство и не бросать оружия, так и благоразумного например, не блудить, не насильничать, а также ровного например, не бить и не бранить соответственно и с другими добродетелями и пороками в одном он наставляет, а другое...
Итак, правосудность сия есть полная добродетель, , однако, не безотносительно, но в отношении к другому .
Поэтому правосудность часто кажется величайшей из добродетелей, и ей дивятся больше, чем свету вечерней и утренней звезды.
И даже пословица говорит Всю добродетель в себе правосудность соединяет!
И эта добродетель есть в первую очередь полная добродетель, так как обращение с нею - полной добродетели, а полнота здесь от того, что, обладая этой добродетелью, можно обращать ее на другого, а не только на себя самого.
А ведь многие способны обращать добродетель на свои собственные , но на отношения с другим не способны.
Потому-то метким слывет изречение Бианта Мужчину чин покажет, ибо как начальник в отношении к другому и во взаимоотношениях в государстве.
На том же правосудность единственную из добродетелей почитают чужим благом затем, что она существует в отношении к другому.
Действительно, приносит пользу другому, будь то начальник или из сограждан .
Самый порочный человек, конечно, тот, чей порок обращается на него самого и близких, однако самый добродетельный не тот, чья добродетель обращается на него самого, а тот, чья - на другого, ибо это трудное дело.
Потому данная правосудность не часть добродетели, а добродетель в целом, а противоположное не часть порочности, но порочность в целом.
В чем же разница между добродетелью и данной правосудностью, ясно из сказанного выше, ибо, с одной стороны, они тождественны, а с другой - это разные понятия, а именно поскольку речь идет об отношении к другому, постольку правосудность, а поскольку о соответствующем складе, взятом безусловно, постольку о добродетели. .
Но мы все-таки исследуем правосудность как часть добродетели, ибо есть и такая, как мы утверждаем.
То же самое справедливо и для неправосудности как части .
Что такая существует, доказывает тот, чьи действия соответствуют иным порокам, конечно, поступает неправосудно, однако он ни в чем не своекорыстен скажем, бросив по трусости щит, или обругав по злобе, или не пособив по скупости деньгами.
Когда же человек ведет себя своекорыстно, часто ни одному из не соответствуют, ни тем более всем , и все же их отличает какая-то подлость ведь этого человека мы осуждаем! и неправосудность.
А значит, существует особая неправосудность, как бы часть от неправосудности в целом, и существует нечто неправосудное как часть от неправосудного противозаконного в целом.
Далее, если один блудит ради наживы и за плату, а другой - по влечению, платя и платясь за это, то последнего скорее, пожалуй, сочтут распущенным, нежели своекорыстным, а первого - неправосудным, но не распущенным.
Ясно, что это из-за наживы.
Далее, все прочие неправосудные дела всегда можно возвести к какому-нибудь пороку, например если совершил блуд - к распущенности, если оставил соратника - к трусости, если ударил - к гневу, но если нажился, то ни к чему, кроме неправосудности.
Таким образом, очевидно, что наряду с неправосуд-ностью в целом существует и некая другая, частная, именуемая так же, потому что по определению они относятся к одному и тому же роду, ведь и то и другое имеет смысл в отношении к другому , только неправосудность обращена на почесть, имущество, безопасность или на то, что...
Ясно, таким образом, что существует несколько правосудности и что наряду с добродетелью в целом, существует некая другая осталось выяснить, что это и каково оно.
Итак, неправосудное определено и как противозаконное, и как несправедливое, а правосудное - как законное и справедливое.
Неправосудность, о которой было сказано ранее, соответствует противозаконности.
Поскольку же несправедливость и противозаконность не тождественны, но различаются как часть по отношению к целому ведь все несправедливое противозаконно, но не все противозаконное несправедливо , то неправосудное и неправосудность тоже не одни и те же, но отличаться от , т. е. одно как часть, другое - как целое действи...
Следовательно, нам нужно сказать о частной правосудности и частной неправосудности и о таком же правосудном и неправосудном.
Поэтому оставим в стороне правосудность, подчиненную добродетели в целом и представляющую собою обращение добродетели в целом на другое , и соответствующую неправосудность, с порочностью .
Ясно также, как в соответствии с этим следует определить правосудное и неправосудное.
Дело в том, что, может быть, большинство законных совершается от добродетели в целом, так как закон предписывает жить по всей добродетели и запрещает - по любой порочности а добродетель в целом создается поступками, которые представляют собою узаконенные , установленные законодателем для воспитания на общее .
По поводу воспитания каждого в отдельности, благодаря которому муж добродетелен в безусловном смысле слова, впоследствии надо определить, к государственной или другой науке это относится, ибо, во-видимому, быть добродетельным мужем и гражданином не во всех отношениях одно и то же.
Один вид частной правосудности и соответствующего права связан с распределением почестей, имущества и всего прочего, что может быть поделено между согражданами определенного государственного устройства именно среди них одному возможно иметь в сравнении с другим несправедливую или справедливую .
Другой - направительное право при взаимном обмене .
Оно состоит из двух частей дело в том, что обмен бывает произвольный и непроизвольный , а именно произволен такой, как купля, продажа, ссуда, залог, заем, задаток, платеж произвольными они называются потому, что начало этих обменов зависит от нашей , а непроизвольный обмен осуществляется тайком - скажем, кража, блуд, с...
Поскольку неправосудный несправедлив и неправосудное несправедливо, ясно, что между несправедливого существует некая середина.
Это и есть справедливое равенство , ибо, в каком действии возможно больше и меньше, в том возможно и справедливое равенство.
Следовательно, если неправосудное несправедливо, то правосудное-справедливо именно так все и думают даже без рассуждения.
Поскольку же справедливое равенство - это середина, то правосудное - это , видимо, какая-то середина, а справедливое равенство предполагает не менее двух .
Соответственно и правосудие необходимо является серединой и справедливым равенством по отношению к чему-то и для кого-то, притом как середина между какими-то а именно между больше и меньше, а как справедливое равенство - это двух , наконец, как право - это для известных .
Право, таким образом, с необходимостью предполагает не менее четырех , потому что и тех, для кого двух, и то, к чему , - две вещи.
При этом для лиц и для вещей будет иметь место одно и то же уравнивание , ибо одинаково отношение одной пары, , и другой, , а именно если люди не равны, они не будут обладать равными , вот почему борьба и жалобы бывают всякий раз, когда не равные имеют и получают равные или, , не равные - равные .
Это дополнительно проясняется по достоинству.
Дело в том, что распределительное право, с чем все согласны, должно учитывать известное достоинство, правда, не все называют одно и то же, но сторонники демократии - свободу, сторонники олигархии - богатство, иные - благородное происхождение, а сторонники аристократии - добродетель.
Следовательно, право есть нечто соотносительное .
А входить в пропорцию - это свойство не только числа самого по себе, но вообще счисляемого.
Пропорция есть приравнивание отношений и состоит не менее чем из четырех членов.
Ясно, таким образом, что из четырех членов состоит прерывная пропорция.
Но и непрерывная тоже.
Ведь в ней одним членом пользуются как двумя и повторяют его дважды, например относится к , как относится к .
Значит, повторено дважды, а следовательно, если дважды и поставить, членов пропорции будет четыре.
Так и право предполагает не менее четырех и отношение здесь то же самое, ведь они разделены соответственно на лица и вещи.
А значит, как член будет относиться к , так - к , и соответственно как к , так к , следовательно, и целое к целому, и распределение объединяет в пары именно эти а если именно так составили , и то, что .
Итак, правосудие это - пропорциональность, а неправосудие - непропорциональность.
Значит, одно отношение больше, а другое меньше именно так и происходит на деле.
Действительно, поступая неправосудно, имеют блага больше, , а терпя неправосудие - меньше.
А со злом наоборот при сравнении с большим меньшее зло подпадает определению блага, ибо меньшее зло предпочтительнее большего, а что предпочтительно, то и благо, и, чем больше , тем большее .
Таков, следовательно, один вид правосудия. .
Осталось рассмотреть еще одно право - направительное, которое имеет место при произвольном и непроизвольном обмене.
Этот вид права иной в сравнении с предыдущим.
Дело в том, что правосудие в распределении общественного всегда согласуется с названной, , пропорцией ибо и тогда, когда распределяют общее имущество, распределение будет соответствовать тому же самому отношению, в каком находятся друг к другу взносы , а неправосудие, противоположное этому правосудию, состоит в непропо...
Что же касается правосудия при обмене, то оно хотя известное справедливое равенство а неправосудие - несправедливое неравенство, но соответствует не этой пропорции, а арифметической.
Ведь безразлично, кто у кого украл - добрый у дурного или дурной у доброго - и кто сотворил блуд - добрый или дурной но если один поступает неправосудно, а другой терпит неправосу-дие и один причинил вред, а другому он причинен, то закон учитывает разницу только с точки зрения вреда, с людьми же он обращается как с рав...
Так что если данное нарушение права представляет собою нарушение равенства, то судья старается восстановить его ведь и тогда, когда один получил увечье, а другой его нанес или убил, а другой умер, страдание и деяние различают как несправедливо неравные , отнимая наживу, восстанавливает равенство с помощью убытка, .
В подобных случаях, конечно, выражаются обобщенно , даже если название иногда не подходит, скажем нажива для побившего и убыток для пострадавшего, и тем не менее, когда страдание измерено, одно зовется убытком , а другое - наживой .
Таким образом, справедливое равенство - это середина между больше и меньше, а нажива и убыток - это больше и меньше в противоположных смыслах, т. е. больше блага и меньше зла - нажива, а наоборот - убыток.
Серединой между тем и другим оказывается справедливое равенство, которое мы определяем как правосудное, следовательно, исправительное право подразумевает середину между убытком и наживой.
Вот почему при тяжбах прибегают к посредничеству судьи , ведь идти к судье - значит идти к правосудию, так как судья хочет быть как бы одушевленным правосудием.
И ищут судью, который стоит посредине некоторые даже называют судей посредниками, полагая, что, найдя посредника, найдут и правосудие.
Выходит, правосудие - это какая-то середина, раз судья - .
Судья уравнивает по справедливости, причем так, как неравно поделенной линии насколько больший отрезок выходит за половину, столько он отнял и прибавил к меньшему отрезку.
Когда целое разделено надвое, признают, что имеют свою , когда получили равные .