Datasets:
Oimasi
/
OIMASIRUTEXT

Dataset card Data Studio Files
xet
 Community
1
text
stringlengths
0
1.16M
** **
## **ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ** {#глава-двенадцатая .chapter}
Альберт Везбин очнулся на хирургическом столе в операционной комнате.
Ноги и руки его обездвиживали специальные металлические зажимы,
закреплённые на рёбрах стола. Подол женского платья был задран ему до
груди. Разрезанные трусы его валялись в мусорном ведре поверх пустых
упаковок от одноразовых шприцов и обрывков бинтов. В операционной
комнате кроме многофункционального хирургического стола под бестеневой
лампой находился: системный блок с монитором, один баллон с кислородом,
баллон с закисью азота, электронасос, штатив для инфузионного раствора,
наркозный аппарат.
Круживший возле хирургического стола Густав Эрнестович торжественно
произнёс:
-- Возрадуйся, незнакомец. Не кляни судьбу. Ты сейчас послужишь науке --
ты из самца станешь самкой. Рожать, правда, не сможешь, но сексуальное
наслаждение получать будешь и заживёшь совсем другой жизнью. После курса
инъекций суспензии мне не понадобится из кожи твоей мошонки формировать
вагину. Твоя грудь сама прибавит объём. Твой кадык исчезнет...
-- Что?! -- вскипел Альберт, но металлические зажимы помешали ему
пользоваться руками и ногами.
-- Я со студенческой скамьи занимался проблемами долголетия, проблемами
лишнего веса у человека, -- продолжил Густав Эрнестович, распираемый
тщеславием. -- Я стажировался в Европе в закрытых клиниках и там же
несколько лет лечился в частной психиатрической лечебнице. Вернувшись в
Москву, я опубликовал статью о решении проблемы долголетия пересадкой
молодых внутренних органов вместо износившихся. Я опубликовал статью о
регулирование веса человека химия терапией. Эту статью заметил Валентин
Валентинович и предоставил для моих дальнейших исследований пристройку с
подвалом. Однажды я обнаружил в подвале пристройки, в нише стены из
бутового камня, свиток на латыни -- рецепт зелья, повышающего потенцию у
мужчин после сорока лет. После многолетних опытов с зельем я получил
чудесную суспензию. Теперь без операционного вмешательства я могу
сотворить из самца самку, а из самки самца.
Альберт Везбин вновь напрасно напряг мышцы рук и ног, прижатых к столу
металлическими зажимами.
-- В прошлом году сутенёр Паша-гном был баскетболисткой, -- сообщил
Густав Эрнестович и достал из саквояжа шприц и ампулу, -- над её
двухметровым ростом, над её коряво слепленным лицом насмехались все кому
не лень. Теперь Паша-гном -- уважаемый сутенёр. Он часто звонит мне и
благодарит за суспензию. Правда, бедняга не знает, что из-за суспензии
печень его разрушит через пару лет рак.
-- Заткнись, гад! Делай своё дьявольское дело, но запомни, если я стану
женщиной, я поймаю тебя, оседлаю и затрахаю до смерти, -- пригрозил
Альберт.
-- Такая активная самка понравится Паше-гному. Он с удовольствием
возьмёт тебя в свою команду... Предупреждаю, после инъекций у тебя
появится сухость во рту, зуд в паху и в анусе, лёгкое покалывания в
паховых и шейных лимфоузлах. Но это не страшно... Что вам надо,
мада-а-ам?!
Альберт повернул голову и увидел, как голая Нина золотой статуэткой
ударила по голове старика, как брызнула кровь, как шприц с суспензией
раньше старика упал на пол.
-- Альберт, беги, беги отсюда! -- освободив от зажимов руки и ноги
Везбина, приказала Нина.
-- Ты разве не со мной?! -- соскочив с хирургического стола, крикнул
Альберт.
-- Нет, -- спрятав за спину статуэтку Аполлона, проронила Нина и после
короткой паузы добавила: -- Повторяю: деньги твои у меня отнял
Паша-гном, -- и назвала улицу и дом недалеко от площади трёх вокзалов.
-- Бежим со мной! -- предложил Альберт.
-- Нет. Я останусь. Объяснять нет времени. Иди за мной, -- сказала
строго Нина и вывела Везбина через пожарный выход в тесный безлюдный
темный дворик. Об этом пути из операционной комнаты Нина слышала от
Савелия, во время поездки на лимузине за продуктами на рынок.
-- Увидимся. Пока, -- попрощался Альберт, прошагал вдоль стены соседнего
дома и вышел в переулок. Он верил, что скоро проведёт с Ниной
умопомрачительную ночь. Но он ошибался -- он уже никогда не встретит
Нину. Много работая начальником охраны в строительной компании дяди
Бори, он лишь изредка будет грустить о тёмно-русой привлекательной
проститутке.
Но вот Нина почувствовала вечную разлуку с Альбертом, быстро поднялась
по чёрной лестнице на второй этаж, приняла с золотым Аполлоном душ в
ванной комнате и прошла в спальню.
Там Валентин Валентинович лежал на спине, похрапывал и смешно подёргивал
одновременно верхней губой и большими пальцами ног. Нина поставила на
комод тщательно отмытую от крови статуэтку Аполлона, допила из рюмки
остатки коньяка с клофелином и положила голову на мужской живот с
кудрявыми седыми волосками. Она верила -- ангел-хранитель не даст ей
попасть на скамью подсудимых.