Split (1)

train · 48.5k rows

text stringlengths 0 4.32k
Владеет английским, французским, монгольским языками, языком суахили35.
Отец Илья Дмитриевич Фурсов 1912, Хреновое, Воронежская губерния 1979, Московская область член ВКПб с 1939, выпускник Военно-воздушной академии РККА имени Н. Е. Жуковского 194236, участник Великой Отечественной войны, в РККА с 1934 года, в действующей армии с 25 июля 1942 года, служил в звании инженер-капитана в инженерно-техническом составе 50-й авиационной дивизии дальнего действия в должности сначала инженера, а затем старшего инженера авиадивизии по эксплуатации авиатехники обеспечивал осмотр самолётов перед вылетом, текущий ремонт и профилактическую работу с техникой37. Участвовал в обороне Кавказа в дальнейшем гвардии инженер-майор 2-й гвардейской бомбардировочной авиационной дивизии, принимал участие в Берлинской наступательной операции расписался на Рейхстаге. Окончил войну старшим инженером заместителем командира авиадивизии по ИАС 45-й тяжёлой бомбардировочной авиационной дивизии в звании гвардии инженер-майора38. Кавалер Ордена Красной Звезды 5 ноября 1944. По словам самого Андрея Фурсова, его отец в дальнейшем, в послевоенное время, работая лётчиком-испытателем в ОКБ-156, испытывал перспективные самолёты и вертолёты16 был одним из первых лётчиков, испытавших Ту-10439.
Сын Кирилл Андреевич Фурсов 1979 г. р. историк-востоковед, кандидат исторических наук старший научный сотрудник Института стран Азии и Африки МГУ им. М. В. Ломоносова и Института экономики РАН ряд работ подготовлены в соавторстве с отцом4041.
В результате исследования Интеллектуальная Россия Рейтинг социогуманитарных мыслителей. 100 ведущих позиций. Год 20012004, проведённого некоммерческим проектом группой ИНТЕЛРОС, Андрей Фурсов вошёл в сотню лидирующих российских интеллектуалов позиция 8042.
В 1998 году в журнале Review американской организации Fernand Braudel Centerангл. был опубликован раздел On Russia Reactions to Foursov с англ. О России отзыв на Фурсова, в котором Уильям Макнилл, Силвиу Брукан, Самир Амин, Марина Фукс и Ханс-Генрих Нольте разбирают работу Коммунизм, капитализм и колокола истории Фурсова54. Американский историк Уильям Макнилл в сборнике выше раскритиковал Фурсова за излишнюю абстрактность работы, использование марксистской терминологии, которая затрудняет понимание сути, и удалённость от современных реалий, приводящую к излишним упрощениям55. Румынский политолог Силвиу Брукан там же отзывается также скорее негативно он критикует то, как Фурсов противопоставляет коммунизм и капитализм, представление о коммунизме как побочном эффекте капитализма и представление о невозможности полноценного капитализма в России, но поддерживает критику Фурсовым устарелости современного устройства государств56.
Историк В. Б. Шепелева отмечала, что в посвящённых России исторических штудиях Фурсова серьёзные расхождения с действительностью, также как и немалое количество мягко говоря, спорных моментов57.
Публицист Е. С. Холмогоров называет Фурсова оригинальным русским историком и мыслителем, представителем одновременно мир-системного 10, неомарксистского и весьма оригинального неопочвеннического подхода19.
Философ И. С. Андреева анализирует труды Фурсова в своей работе Кто не слеп, тот видит Андрей Ильич Фурсов 11. Философ А. И. Липкин рассматривает его работы в статье Российская самодержавная система правления 12.
Философ А. В. Лубский пишет о цикле работ Русская система Фурсова в соавторстве с историком Ю. С. Пивоваровым, что концепция Пивоварова-Фурсова вызвала живой отклик и разную реакцию 135859. Философы В. А. Дубовцев и Н. С. Розов отмечают, что в работе Русская система историки А. И. Фурсов и Ю. С. Пивоваров ввели в научный оборот термины русская власть, система русской власти, русская система 14.
15 января 2023 года, из-за вторжения России на Украину, внесён в санкционный список Украины, предполагается блокировка активов на территории страны, приостановка выполнения экономических и финансовых обязательств, прекращение культурных обменов и сотрудничества, лишение украинских госнаград60.
Комментарии
Источники
Сайты
Списки публикаций на сайтах
Списки видео
Интервью
</s_text>

<s_text>
Андрей Витальевич Коротаев род. 17 февраля 1961 года, Москва российский учёный, работы которого носят междисциплинарный характер и исследуют широкий спектр вопросов истории, сравнительной политологии, демографии, социологии, экономики, футурологии, исламоведения, арабистики, африканистики, палеонтологии, эволюционной биологии, Большой Истории, фольклористики, культурной антропологии, математического моделирования, системного анализа и т. д. Создатель математической модели демографического будущего России, позволившей предложить обоснованные рекомендации по выходу из российского демографического кризиса1. Автор одного из наиболее убедительных2 математических объяснений закона гиперболического роста численности населения Земли и феномена Арабской весны3456, создатель теории нелинейной социальной эволюции7. Один из основоположников клиодинамики8. В последние годы Коротаевым был сделан особо серёзный вклад в разработку общей теории социальной эволюции, вообще, и в исследование эволюции Мир-Системы, в частности7 также необходимо отметить его вклад в исследование проблем социально-демографического развития Тропической Африки9.
Директор Центра изучения стабильности и рисков НИУ ВШЭ10, д. и. н., профессор. Ведущий научный сотрудник Института востоковедения РАН11. Профессор Факультета глобальных процессов МГУ1213. Главный научный сотрудник Института Африки РАН14. Ведущий научный сотрудник Международной лаборатории политической демографии и макросоциологической динамики РАНХиГС15. Профессор кафедры современного Востока РГГУ16.
Соредактор международных журналов Social Evolution History и Journal of Globalization Studies17.
Координатор проекта Комплексный системный анализ и моделирование мировой динамики Президиума РАН совместно с А. А. Акаевым и Г. Г. Малинецким18. Лауреат Фонда содействия отечественной науке в номинации Лучшие экономисты Российской академии наук 2006. Лауреат золотой медали Н. Д. Кондратьева 2012 года за выдающийся вклад в развитие общественных наук19.
Андрей Витальевич Коротаев родился 17 февраля 1961 года в Москве.
Окончил Институт стран Азии и Африки при МГУ. Кандидат исторических наук 1990, доктор философии Манчестерского университета 1993, доктор исторических наук 1998.
С 1989 работает в Институте востоковедения РАН. С 2002 года ведущий научный сотрудник, с 2012 года главный научный сотрудник.
В 20012004 гг. профессор кафедры общей социологии, заведующий Программой Антропология Востока ГУ-ВШЭ.
С 2012 г. заведующий Лабораторией мониторинга рисков социально-политической дестабилизации НИУ ВШЭ.
C 1994 преподаёт в Российском государственном гуманитарном университете РГГУ. С 1998 года профессор. В 19982001 годах заведующий Отделением социальной антропологии Института культурной антропологии ИнКА РГГУ. В 20042014 годах заведовал Кафедрой современного Востока.
В 20032004 годах проводил научные исследования в Институте высших исследований в Принстоне США.20
С 1999 года работает в Институте Африки РАН. С 2002 года ведущий научный сотрудник.
С 2012 года профессор Факультета глобальных процессов МГУ.
В этой области научного знания им было предложено одно из наиболее убедительных математических объяснений закона гиперболического роста численности населения Земли. Им и его коллегами, А. С. Малковым и Д. А. Халтуриной, было показано, что гиперболический рост населения мира и квадратически-гиперболический рост мирового ВВП а также гиперболический рост мировой грамотности и урбанизации, квадратически-гиперболический рост численности городского и грамотного населения мира и т. п., наблюдавшиеся вплоть до 1970-х годов, можно объяснить как продукт положительной нелинейной обратной связи второго порядка между демографическим ростом и технологическим развитием.
Эта положительная обратная связь может быть схематически описана следующим образом технологический рост рост потолка несущей способности земли расширение экологической ниши демографический рост больше людей больше потенциальных изобретателей ускорение технологического роста ускоренный рост несущей способности земли ещё более быстрый демографический рост ускоренный рост числа потенциальных изобретателей ещё более быстрый технологический рост дальнейшее ускорение темпов роста несущей способности земли и т. п21.
В своей статье О возможности предсказания нынешнего глобального кризиса и его второй волны, опубликованной в декабре 2010 г. в 6 академического журнала Экономическая политика с. 39-46, Аскар Акаев, Виктор Садовничий и Андрей Коротаев написали, что начало второй кризисной волны прогнозируется в июле-августе 2011 года22. Прогноз оказался точным и в августе действительно возникла кризисная волна23.
Совместно с А. В. Марковым Коротаев показал применимость гиперболических и гиперэкспоненциальных моделей положительной обратной связи для математического описания макродинамики биологического разнообразия24 и долгосрочного эволюционного роста размера генома25. Коротаев и Марков показали, что динамика родового разнообразия фанерозойской биоты значительно лучше описывается гиперболической моделью, широко используемой в демографии и макросоциологии, чем традиционно привлекавшимися для этой цели экспоненциальными и логистическими моделями, заимствованными из теории динамики популяций. Если последние предполагают отсутствие влияния межтаксонных взаимодействий на динамику разнообразия, за исключением соревнования за свободное экологическое пространство, то гиперболическая модель предполагает наличие в развитии биоты нелинейной положительной обратной связи второго порядка. Коротаев и Марков показали, что в развитии биоты имеется нелинейная положительная обратная связь второго порядка между разнообразием и структурой сообществ больше родов выше альфа-разнообразие, то есть среднее число родов в одном сообществе сообщества становятся более сложными, устойчивыми и забуференными растёт таксономическая ёмкость среды и средняя продолжительность существования родов снижается темп вымирания рост разнообразия ускоряется26. Разработанная ими математическая модель динамики биоразнообразия, основанная на этом предположении, была подтверждена эмпирическими данными по динамике альфа-разнообразия27.
Коротаев внёс заметный вклад в развитие математических моделей вековых социально-демографических циклов, разработав целый класс моделей, математически описывающих взаимодействие между тысячелетней трендовой и вековой циклической динамикой см., например, его книгу Долгосрочная политико-демографическая динамика Египта Циклы и тенденции28. Им совместно с его коллегами была также разработана модель возникновения социально-политических потрясений в процессе выхода социальных систем из мальтузианской ловушки т. н. ловушка на выходе из ловушки295 и показана её эффективность применительно к анализу волны революций на Ближнем Востоке в 20102011 гг.3.
Совместно с Д. А. Халтуриной Коротаевым было также предпринято очень важноеисточник не указан 3272 дня2 исследование факторов и механизмов современного российского демографического кризиса, т. н. Русского креста30 послужившее основой для сценарного математического моделирования демографического будущего России31, а в сотрудничестве с С. В. Цирелем ему впервые удалось выявить при помощи спектрального анализа кондратьевские волны а также циклы Жюгляра и Китчина в мировой динамике ВВП на статистически значимом уровне32. Им были также выявлены кондратьевские волны в мировой динамике инновационной активности33.
В сотрудничестве со своими коллегами он показал, что до 1973 г. гиперболический рост численности народонаселения мира сопровождался квадратически-гиперболическим ростом мирового ВВП, разработав, вместе с тем, систему математических моделей, описывающих не только этот феномен, но и выход Мир-Системы из режима с обострением после 1973 г.34.
Вслед за Андре Гундер Франком А. В. Коротаев значительно удревняет датировку начала формирования Мир-Системы, однако идёт значительно дальше А. Г. Франка, датируя начало этого процесса IX тысячелетием до н. э. и связывая его с началом неолитической революции в Западной Азии35. Именно там, в Западной Азии, и находился, по мнению А. В. Коротаева, центр Мир-Системы первые тысячелетия её существования36.
А. В. Коротаевым был также предложен новый подход, в рамках которого в качестве наиболее важного механизма интеграции Мир-Системы рассматриваются генерация и диффузия инноваций. Наряду с прочим предлагаемый подход предполагает и пересмотр определения мир-системного ядра, в качестве которого в этом случае предлагается понимать скорее не мир-системную зону, эксплуатирующую другие зоны, а ту зону Мир-Системы, которая имеет наивысшее соотношение между сгенерированными внутри неё и получившими распространение в других зонах и заимствованными из других зон инновациями, ту зону, которая выступает в качестве донора инноваций в значительно большей степени, чем в качестве их реципиента. Им также предложен ряд прогнозов развития Мир-Системы37, в том числе совместно с коллегами, был предложен расчёт динамики сближения роста ВВП на душу населения центра и периферии Мир-Системы, в соответствии с которым разрыв должен снизиться с современного уровня 71 до уровня 4,51 к 2050 г.38.
Совместно с Д. А. Халтуриной Коротаев показал, что начало 1970-х годов было важной вехой не только в глобальном демографическом, но и в глобальном экономическом переходе а также и в глобальном социокультурном переходе, вехой, обозначившей начало выхода Мир-Системы из режима с обострением, начало замедления и стабилизации развития Мир-Системы по многим ключевым показателям39. Ими было также показано, что наметившаяся в последние годы тенденция к выравниванию уровня экономического развития высоко экономически развитых стран, с одной стороны, и средне- и слаборазвитых, с другой, является достаточно логичным следствием нарастающей реальной глобализации, невозможной без роста прозрачности экономических границ, а также результатом роста уровня образованности населения развивающихся стран и тесно связанного с этим продвижения к завершению демографического перехода, то есть результатом того, что к 1990-м гг. большинству стран третьего мира удалось добиться резкого роста грамотности это, с одной стороны, стимулировало экономический рост, а с другой стороны, способствовало сокращению рождаемости и очень значительному замедлению темпов роста населения. Коротаев и Халтурина показали, что в результате всех этих процессов в последние годы в большинстве стран периферии наблюдаются темпы роста ВВП на душу населения, значительно более высокие, чем в большинстве стран центра, а значит, и происходит совершенно закономерное, быстрое сокращение разрыва по уровню жизни между развитыми и развивающимися странами40. При этом Коротаевым и Халтуриной было показано, что сокращение это идёт заметно более быстрыми темпами, чем шло нарастание данного разрыва вплоть до начала 70-х гг. прошлого века. Они обращают особое внимание на то обстоятельство, что перелом двухвековой тенденции к росту разрыва по уровню жизни между центром и периферией на тенденцию к сокращению этого разрыву с удивительной точностью практически до года совпал по времени с переломом целого ряда других многовековых и даже иногда много тысячелетних тенденций на прямо противоположные. Речь идёт в том числе и о переходе от много тысячелетних тенденций к увеличению относительных темпов роста населения и ВВП а также ВВП на душу населения к прямо противоположным тенденциям к уменьшению этих темпов и о переходе от много тысячелетней тенденции к уменьшению эффективности использования энергии к прямо противоположной тенденции к росту этой эффективности. Коротаев и Халтурина показывают, что совпадение это отнюдь не случайно и отражает тот факт, что мы имеем здесь дело с разными сторонами единого процесса развития Мир-Системы, с разными сторонами единого процесса выхода Мир-Системы из режима с обострением представляющего собой по сути дела фазовый переход41 и началом движения к траектории устойчивого развития42.
А. В. Коротаев явился в отечественной науке пионером использования в исторической антропологии методики формальных кросс-культурных исследований, основанной на статистическом анализе кросс-культурных баз данных43. Опираясь на эту методику, ему, например, удалось показать связь между глубокой христианизацией и разложением родовой организации44, между ростом культурной сложности среди неолитических обществ и ростом женской сексуальной свободы45, между исламизациейарабизацией и родовой эндогамией46, а также выявить и объяснить несколько контринтуитивную связь между распространением ислама в странах Африки к югу от Сахары и снижением уровня полигинии в данных странах47. Коротаев в этой области явился одним из пионеров использования формального количественного анализа распространения фольклорно-мифологических мотивов и генетических маркеров для глубокой исторической реконструкции48. Работы А. В. Коротаева в этом направлении получили широкое международное признание и опубликованы в таких ведущих культурно-антропологических журналах мира, как Этнографическое обозрение, Current Anthropology49, World Cultures50, American Anthropologist51, Ethnology46, Journal of Anthropological Research52, Cross-Cultural Research53, Journal of American Folklore54, Acta Americana55.
В этой области Коротаев известен прежде всего разработанной им совместно с Н. Н. Крадиным и В. А. Лыншей теорией нелинейной социальной эволюции. Эта теория исходит из того, что имеет смысл говорить не о линиях эволюции, а о непрерывном эволюционном поле. При этом в рамках этого поля мы вовсе не наблюдаем такой ситуации, при которой движение в любом направлении возможно в равной степени. Движение в некоторых направлениях в его рамках оказывается в принципе невозможным, в то время как движение в одном направлении будет менее вероятным, чем в другом56. Коротаев известен также исследованиями по движущим силам социальной эволюции и роли субъективного фактора социальной эволюции57. По мнению Коротаева, темпы социальной эволюции в архаических обществах были довольно низкими. Крупные макросоциологические сдвиги переход от присваивающего хозяйства к производящему, появление развитой социальной стратификации, централизованных политических систем вождеств, а затем ранних государств и их аналогов и т. п. занимали столько времени, что практически не фиксировались сознанием людей. К тому времени, когда общество достигало качественно нового состояния, практически стиралась всякая память о предыдущем качественно ином состоянии. Начинало казаться, что всегда так оно и было, как оно есть сейчас, а главное по-другому Мы, люди то есть наш этнос и жить не могут. Практически безраздельно господствовали концепции циклического времени и представление о совпадении должного и сущего. Проблема выбора пути развития, как правило, просто не стояла на повестке дня, ибо сам факт развития был далеко не очевиден. По мнению Коротаева, социальная эволюция архаических обществ и представляла собой естественноисторический процесс во многом потому, что она, как правило, просто не замечалась людьми, не фиксировалась их сознанием и не становилась предметом их забот и интересов. Выбор путей развития совершался практически без участия людей, что и позволяет считать социальную эволюцию архических обществ вполне стихийной. Качественный сдвиг происходит, по мнению А. В. Коротаева, в осевое время VIIIIII вв. до н. э., так как именно в эту эпоху происходит появление и широкое распространение представлений о том, что общество со временем изменяется, что должное не совпадает с сущим, что возможно более справедливое социальное устройство и что его можно достичь, приложив для этого определённые сознательные усилия оформляются многообразные социальные идеалы появляются, распространяются и развиваются организационные формы, в рамках которых ведётся деятельность по претворению этих идеалов в жизнь, сразу как минимум во всех центрах осевого времени Греции, Риме, Палестине, зороастрийском Среднем Востоке, Индии, Китае. Именно с этой эпохи социальную эволюцию человечества по крайней мере той его части, которая тем или иным образом, прямо или косвенно прошла через осевое время никак нельзя уже рассматривать как полностью или почти полностью естественноисторический процесс, обусловленный даже в конечном счёте только или почти только одними объективными материальными факторами. Сознание все в большей и большей степени начинает определять бытие.
В 20012003 гг. А. В. Коротаев возглавлял научный проект РГНФ Логико-математическое моделирование процессов социальной эволюции, а в 20062008 гг. научный проект РФФИ Выявление закономерностей функционирования и эволюции традиционных социально-политических систем Евразии. В ходе осуществления этих проектов А. В. Коротаеву и его коллегам удалось получить важные научные результаты. Например, им удалось проследить тенденции динамики численности городского населения североафриканско-евразийской мир-системы, начиная с IV тыс. до н. э. и предложить математические модели, с неожиданно высокой степенью точности описывающие эту динамику. Ими были также предложены математические модели, описывающие демографическую, технологическую, политическую и культурную динамику этой мир-системы.
Коротаев и его коллеги полагают, что протестантизм оказал положительное влияние на экономическое развитие соответствующих модернизирующихся обществ, но не столько через протестантскую этику как это было предложено Максом Вебером, сколько через распространение грамотности58. Они обращают внимание на то обстоятельство, что, согласно учению Лютера, умение читать было протестантам жизненно необходимо для того, чтобы исполнять свой религиозный долг читать Библию. Ситуация была прямо противоположна применительно к католикам. Католическая церковь запрещала мирянам читать Библию даже на латинском языке, а Мартин Лютер, настаивал на том, что это не просто право, а обязанность всех христиан и читать Библию они при этом должны на своём родном языке, что не могло не стимулировать распространение грамотности среди протестантов. В результате уровень грамотности и образования среди протестантов был, в целом, выше не только такового у католиков, но и у последователей других конфессий, у которых не было религиозного стимула к обучению грамотности. Было показано, что грамотное население имеет гораздо больше возможностей для получения и использования достижений модернизации, чем неграмотное. С другой стороны, грамотные люди могут характеризоваться большей инновационной активностью, которая резко увеличивает возможности для модернизации, развития и экономического роста. Кроме того грамотный бизнесмен, рабочий, солдат, изобретатель и т. д. оказывается эффективнее неграмотного не только благодаря способности прочитать контракты, инструкции и учебные пособия, но и благодаря более развитым навыкам абстрактного мышления59. Эмпирические исследования, проведённые Коротаевым и его коллегами, подтвердили наличие довольно сильных и очень значимых корреляций между ранним переходом к массовой грамотности в модернизирующемся обществе и последующими высокими темпами экономического развития60.
А. В. Коротаев внёс заметный вклад в разработку количественных методов анализа массовых эпиграфических источников с целью выявления основных тенденций эволюции древнеаравийских социальных систем. Использование этих методов позволило ему предпринять успешную попытку проследить общие тенденции эволюции социально-политических систем Северо-Восточного Йемена с X в. до н. э. по XX в. н. э.61 Особый научный интерес представляет открытие А. В. Коротаевым того факта, что йеменская племенная организация не является первобытной, а возникает только в раннее средневековье, приходя на смену назло упрощённым эволюционистским схемам политической организации древних вождеств62, а также факта значительного укрепления родовой организации в Северо-Восточном Йемене в конце 1-го тыс. до н. э.6364.
А. В. Коротаеву также впервые удалось достоверно установить факт существования в доисламской Аравии матрилинейных родовых групп65 и предложить адекватный перевод самой большой катабанской надписи, R 356666.
Возникновение ислама рассматривается А. В. Коротаевым и его соавторами в контексте социально-экологического кризиса в Аравии VI в. и адаптации к нему арабов. Ими показано, что в процессе этой адаптации произошло разрушение большинства аравийских царств, что сопровождалось развитием свободолюбивого антицарского этоса, кодифицированного в племенных исторических традициях и поэзии, что привело к формированию в Аравии конца VIVII вв. политико-антропологического контекста, оптимального для формирования и распространения автохтонной аравийской монотеистической религии67.
Применительно к Ближнему Востоку историко-демографические исследования Коротаева показали, что общий тренд демографической динамики средневекового Египта был скорее восходящим, чем нисходящим. Вместе с тем, он показал, что несущая способность земли в средневековом Египте выросла заметно сильнее, чем численность его населения при этом наблюдавшийся за этот период рост численности населения был многократно ниже аналогичного показателя для всех основных регионов Мир-Системы Старого Света за пределами Ближнего и Среднего Востока. Коротаев продемонстрировал, что это было связано с некоторыми специфическими характеристиками политико-демографических циклов средневекового Египта средневековые египетские политико-демографические циклы имели относительно небольшую порядка 90 лет продолжительность. В ходе непродолжительных средневековых египетских политико-демографических циклов население этой страны, как правило, не имело достаточно времени для того, чтобы в высокой степени заполнить экологическую нишу68.
Политико-демографические коллапсы в средневековом Египте, как правило, происходили на уровне заметно ниже потолка несущей способности земли. Средневековый Египет страдал скорее от недонаселенности, чем перенаселённости средневековое египетское население флуктуировало заметно ниже уровня потолка несущей способности земли, не выходя на этот потолок даже накануне политико-демографических коллапсов. Соответственно, модели политико-демографических циклов, связывающие политико-демографические коллапсы с заполнением экологической ниши и неплохо описывающие долгосрочную политико-демографическую динамику традиционного Китая, оказываются не вполне применимыми к средневековому Египту. Коротаев показал, что средневековую египетскую динамику лучше всего описывают математические модели, разработанные в качестве попытки сформулировать математически релевантную часть социологической теории Абд ар-Рахмана ибн Халдуна 13321406, то есть мыслителя, проведшего наиболее плодотворные годы своей жизни непосредственно в средневековом Египте69.
С. П. Капица, применительно к книге А. В. Коротаева и др. Законы истории, отмечал
К сожалению, общие вопросы применения методов математики к общественным явлениям также требуют большего внимания и понимания, чем это происходит на самом деле и о чём свидетельствуют некоторые публикации в серии Законы истории. В ряде случаев речь может идти лишь о качественном, мягком моделировании, когда очень рискованно, если вообще допустимо, искать в модели более глубокий
смысл70.
Высоко оценивал Коротаева Роберт Карнейро71.
</s_text>

<s_text>
Леонид Ефимович Гринин род. 16 декабря 1958, Камышин российский философ, историк, социолог, политантрополог, экономист, футуролог. Доктор философских наук 20021, главный научный сотрудник Центра изучения стабильности и рисков НИУ ВШЭ2, ведущий научный сотрудник Института востоковедения РАН, заместитель руководителя Евроазиатского центра мега-истории и системного прогнозирования3, главный научный сотрудник и директор Волгоградского центра социальных исследований. Действительный член Всемирной ассоциации Универсальной истории International Big History AssociationIBHA, вице-президент международного фонда им. Н. Д. Кондратьева4.
Удостоен золотой медали Н. Д. Кондратьева 2012 за вклад в развитие общественных наук15. В 2016 году Л. Е. Гринину и А. Л. Гринину за книгу От рубил до нанороботов. Мир на пути к эпохе самоуправляемых систем присуждена Литературная премия имени Александра Беляева в номинации Специальная премия Жюри6.
Окончил с отличием Волгоградский государственный педагогический институт в 1980 году, специальность История. Затем работал учителем4.
С 2014 года работает в НИУ ВШЭ. Действительный член РАЕН 2011 членкор 20101.
Заместитель главного редактора журналов Историческая психология и социология историивд7, Философия и общество8, История и современностьвд9 соредактор международных журналов Social Evolution History10 и Journal of Globalization Studies11.
Исследования Л. Е. Гринина связаны с проблемами общественных законов, социальной эволюции, движущих сил исторического развития, с теорией исторического процесса, его периодизацией, анализом его отдельных аспектов производственного, политического, эволюцией государственности, проблемами Великой дивергенции и Великой конвергенции, а также анализом современных проблем глобализации. В области глобалистики, футурологии и универсальной истории научные интересы связаны с анализом современных проблем глобализации и модернизации прогнозированием политического и социально-экономического развития мира современным глобальным кризисом экономическими циклами различной длительности и их моделированием научно-информационной революцией и её влиянием на глобальные процессы историей глобализации и периодизацией глобальных процессов анализом глобальных трендов в историческом процессе сравнением глобальных процессов в природе и обществе12.
Вкладом Гринина в развитие теории эволюции государства является введение понятия развитого государства, которое дополнило и уточнило одну из самых известных теорий государственности Классена-Скальника13
Высоко оценивал Гринина Роберт Карнейро15.
Автор более 500 научных работ по философии, социологии, истории, антропологии, политологии, эволюционистике, включая 30 монографий.
</s_text>

<s_text>
Школа Анналов фр. École des Annales, также Новая историческая наука фр. La Nouvelle Histoire историческое направление, основанное Люсьеном Февром и Марком Блоком. Эта историческая школа, формировавшаяся вокруг журнала Анналы, оказала значительное влияние на развитие всей мировой историографии XX века1.
В 1929 году Люсьен Февр и Марк Блок создали журнал Анналы экономической и социальной истории фр. Annales dhistoire économique et sociale, который издаётся до сих пор. В этом журнале историки пытались публиковать статьи, характеризующие историю в целом, статьи, которые не ограничивались политическими, военными и дипломатическими аспектами истории. Направление возникло и группировалось вокруг журнала Анналы. С 1929 по 1938 год журнал назывался Анналы экономической и социальной истории, с 1939 по 1941 и в 1945 Анналы социальной истории, с 1942 по 1944 Сборники социальной истории, с 1946 по 1993 Анналы. Экономика. Общество. Цивилизация, с 1994 Анналы. История, социальные науки. В их подаче произошла замена классической истории повествования историей проблемой, а также предпринимались попытки создать тотальную историю, то есть историю, описывающую все существующие в обществе связи экономические, социальные, культурные. Учёные стали ставить в центр своих исследований не деятельность великих людей, не описание событий, а общество в целом, пытаясь вскрыть глубинные структуры, существующие в течение больших временных отрезков. Такой подход потребовал привлечения данных смежных наук социологии, этнографии, географии и других, а также расширения круга исторических источников. Сторонники новой исторической науки привлекают результаты исследований археологии, истории техники, лингвистики, проповеди, жития святых и др. Это привело к эпистемологическому повороту в исторической науке источник сам по себе нем, вопросы ему задаёт исследователь, следовательно, ценность приобретает даже фальсифицированный источник, так как он может рассказать, почему фальшивка появилась, кому это было выгодно. Сторонники данного направления изучают массовые представления людей той или иной эпохи история ментальностей, смену ценностных установок на протяжении веков, проблему исторической памяти и так далее.
К первому поколению относят самих основоположников школы Люсьена Февра и Марка Блока. Их деятельность стала основой для долговременных исследований и с самого начала вызывала споры учёных. Если Л. Февр акцентировал своё внимание на культурных явлениях, то М. Блока интересовал человек. Анализируя движущие силы исторического процесса, Февр считал, что самосознание и религиозность здесь играют большую роль, нежели экономическое и социальное развитие. Блок же полагал, что главным является человеческий фактор. Указывая на то, что развитое феодальное общество XI века характеризуется возникновением особых, магических представлений о власти, он отмечал их наличие до конца XVIII века. Он считал, что активное развитие феодального общества и оформление системы представлений о нём началось только после XI века. В этом заключалось принципиальное отличие его концепции от взглядов других учёных XIX первой половины XX века2.
Ко второму поколению относят Фернана Броделя, Жоржа Дюби, Жака Ле Гоффа последних двух нередко относят к Третьему поколению Анналов3, которые, развивали идеи основоположников школы с учётом новых направлений в исторической науке. Как и первое поколение, они выступали против классической позитивистской нарративной истории Леопольда фон Ранке, который считал определяющими политические события и историю отдельных исторических личностей. В противовес этому Ф. Бродель и Ж. Дюби продолжили развитие идей Марка Блока, изложенных им в работе Феодальное общество2.
Ф. Бродель стал автором концепции трёх видов исторического времени, которая нашла отражение в его работах Средиземноморье в эпоху Филиппа II и Материальная цивилизация, экономика и капитализм. Его концепция предлагала следующую классификацию время длительных экономических процессов, продиктованных природными условиями, время социальных преобразований и время политических событий, которое противоположно времени длительной протяжённости и, наоборот, построено на крайне коротких циклах2. Иными словами, Бродель считал, что историю определяют в первую очередь естественные и социальные факторы, а события нарративной истории играют второстепенную роль24.
Вместе с Фернаном Броделем нередко упоминают и Эрнеста Лабруса, основоположника использования квантитативных методов и сериальной истории. Многие представители школы Анналов 1960-80-х ученики прямые или же идейные Лабруса5.
Важной вехой в идейной истории Второго поколения стал спор между Лабрусом и его ученикам и Роланом Мунье. Если Лабрус исследовал общество эпохи Старого режима с точки зрения дохода и называл его классовым, то Мунье исходя из иерархии социального престижа, называя французское общество до революции сословным6. Апофеозом дискуссии стал коллоквиум в Сен-Клу7.
Ж. Дюби в своих исследованиях социальных процессов образования феодального общества стремился доказать справедливость предложенной Марком Блоком периодизации феодализма. Он, как и его учитель, отстаивал мысль о том, что феодализм как явление оформился и имел место с XI по XVIII век28. И хотя Бродель и Дюби заявляли об исследовании ментальностей, их практический интерес, в первую очередь, лежал в области анализа социальных и властных систем2.
В отличие от них, Жака Ле Гоффа прежде всего интересовали культурные аспекты и ментальности. Причём, опять же, в отличие от Броделя, исследующего в основном темпы времени longue durée и неизменные структуры общества, Ле Гофф сосредоточил своё внимание на изменчивых непродолжительных процессах, имевших место в Средневековье. При этом его привлекали не политические явления, а идеи М. Блока, изложенные в книге Короли-чудотворцы2.
Однако, если Блок в этой работе делал акцент на преемственности и статичности основных структур ментальности92, то Ле Гофф обращал особое внимание на динамическое развитие основных структур ментальности в Высоком Средневековье.
Он показал, что именно в Средние века были сформированы те идеи и системы представлений, которые стали впоследствии актуальными и нужными для развития всей европейской цивилизации в раннем Новом и Новом времени2.
Главным выразителем идей третьего поколения Школы 19681989 считают Эммануэля Ле Руа Ладюри. Тематика его исследований чрезвычайно широка, она охватывает такие области, как история климата, гляциология, демография, виноделие, антропометрические исследования, историческая география, история сельского хозяйства, история институтов, Ренессанс, жанр травелогов, Религиозные войны, придворная культура, революционный террор7. Его труд История климата стал работой, где были высказаны сомнения в справедливости основной идеи Фернана Броделя о неизменности естественных факторов в истории Европы2. Проанализировав данные хроник и налоговых описей, учёный сравнил их с результатами гляциологов7 и пришёл к выводу о динамических изменениях естественных условий. Это позволило ему обнаружить связь между конкретными периодами малого оледенения XI и XVIXVII веков с существенными изменениями в экономических и социальных структурах общества Средневековья и раннего Нового времени. Другая работа учёного Монтайю, деревня в Окситании также отодвинула на второй план социальные структуры, выдвинув на первое место ментальности. По мнению Ле Руа Ладюри, для отдалённой деревни в горах типичная структура феодального общества играла меньше значения, чем те представления о социуме, которые создавались людьми в процессе их повседневного взаимодействия2.
Уже в конце 1980-х годов Ж. Дюби говорил о распаде Школы Анналов. Четвертое поколение Школы столкнулось не только с упадком интереса к темам, развиваемых французской историографией, но и кризисом истории как науки положения, предложенные Блоком и Февром уже не казались революционными3.
Несмотря на упадок, новая редакция журнала с подачи Бернара Лепти Анналы предложила новый проект междисциплинарного взаимодействия истории и социальных наук, в первую очередь социологии. Журнал ориентировался на прагматический поворот в социологии, что привело в состав редакции Л. Тевено, одного из лидеров прагматической социологии. Однако смерть Б. Лепти и отсутствие интереса к новому проекты анналистов привели к затуханию этого направления в исторических исследованиях3.
Направление исследований четвёртого поколения Школы формировалось в период так называемого лингвистического поворота в истории. Это время в исторической науке характеризуется утратой интереса не только к социальным структурам, но и к структурам мышления. Философы, антропологи, историки стали использовать новые подходы в своей работе, руководствуясь идеями постструктурализма. При изучении истории возникновения понятий и представлений об обществе и мире главенствующая роль отводилась языку, способам преломления действительности. Известный представитель четвёртого поколения Школы Бернар Лепти в частности писал2
Количественной истории нужно противопоставить идею о том, что люди не существуют в социальных категориях, они не укладываются в них, как шары в лунки, и что сами эти лунки не имеют значения более того, которое придают им сами люди.
На первый план вышли новые методы, в которых стало больше уделяться внимания не только внешней и внутренней критике источника, но также и второму и третьему планам повествования. Так, другой известный представитель четвёртого поколения Школы Р. Шартье, исследуя процесс создания и чтения текстов, доказывал, что нельзя с одинаковой меркой подходить к тому, как формировались и читались тексты в разной социальной среде. Отмечается, что2
Важнейшей идеей его работы было то, что понимание текста и его частей зависело от ситуации, и что один и тот же источник мог иметь разные смыслы в зависимости от контекста чтения и создания.
Школой Анналов сформулирована концепция реконструкции исторических фактов. Содержание концепции наиболее точно выражено М. Блоком, полагавшим, что для понимания истории необходимо обнаружить смысл явления, постигнуть мотивы людей, совершивших поступки в условиях, прочитанных ими на свой манер10. В своей книге Апология истории он писал В наших трудах царит и всё освещает одно слово понять11.
Как пишет профессор Латвийского университета Харийс Туманс, школа Анналов впервые объектом исторического изучения сделала формы мыследеятельности людей изучаемой эпохи. При этом он отмечает, что она в своей сути почти всецело принадлежит медиевистике, а в антиковедении её метод не прижился12.
Как указывает Харийс Туманс, в методологическом отношении школа Анналов открыла12
По словам проф. РГГУ Н. И. Басовской, Марк Блок совершил переворот в исторической науке, сказав Для того чтобы что-то реально узнать о прошлом, нам прежде всего надо стремиться понять, что было в головах людей15.
С. К. Цатурова отмечала Устоявшееся мнение о намеренном отказе ведущей в историографии XX в. школы Анналов от политической истории не совсем точно. Разумеется, и её отцы-основатели, и второе поколение при Ф. Броделе, и даже третье поколение Ж. Ле Гоффа и Ж. Дюби осуждали выхолощенную политическую историю как описательную, событийную, нетребовательную. Но именно они способствовали подлинному обновлению политической истории за счёт соединения её с экономическим и социальным компонентом, с областью сознания и ментальностей, с мифами, ритуалами и символикой. Показательно, что никто иной, как М. Блок написал книгу Короли-чудотворцы, по достоинству оцененную во Франции только спустя десятилетия, а Ж. Ле Гофф признавал политическую историю становым хребтом исторического анализа16.
Сергей Александрович Нефёдов указывает на большую роль данной школы в разработке теории вековых демографических циклов17.
Членкор РАН Павел Юрьевич Уваров отмечал Между всеми тремя поколениями Анналов и марксизмом была масса точек соприкосновения. Но марксизм имеется в виду не советского извода, а марксизм в широком смысле этого слова18.
Профессор С. С. Неретина отмечала Главным признаком новой исторической науки, как стали называть эту школу к конце XX в., стало внедрение ее основоположниками понятия ментальности, соотнесенного с антропологией, психологией и культурой19.
Отмечается, что наибольшее своё влияние школа сохраняла до 1980-х20, а в целом связанное с нею направление являлось доминирующим на протяжении большей части 20-го века21.
В российской историографии большой вклад в популяризацию школы Анналов, особенно трудов М. Блока и Л. Февра, внес А. Я. Гуревич в начале 1970-х гг. он же одним из первых стал публиковаться в журнале Анналы. Как отмечают, к концу 80-х гг. XX в. интерес к западной исторической науке в первую очередь к школе Анналов, в России становится устойчивым явлением22.
</s_text>

Subsets and Splits

No community queries yet

The top public SQL queries from the community will appear here once available.