text stringlengths 0 76 |
|---|
вероятно, будут считать добрым человеком. Действительно, кто правдолюб и |
правдив, даже когда это не важно, будет тем более правдив, когда это важно, |
ведь обмана он будет [заведомо] остерегаться как позора, если уж он |
остерегается его как такового; а такой человек заслуживает похвалы. Он |
отклоняется от правды, скорее, в сторону преуменьшения, потому что из-за |
отвратительности преувеличения [преуменьшение] кажется более пристойным. |
Кто приписывает себе больше, чем у него есть, безо всякой цели, похож |
на дурного человека (иначе он не радовался бы обману), но он кажется более |
пустым, нежели порочным. Если же это делают ради какой-то цели, то, чья цель |
- честь или слава, тот как хвастун заслуживает осуждения, но не слишком |
[сурового], а чья цель - деньги или что ведет к деньгам, тот довольно-таки |
непригляден. |
(Хвастуном человека делает не возможность [хвастать], а сознательный |
выбор, ибо хвастуном он является по складу и потому, что он таков.) |
Соответственно и среди обманщиков один рад самому обману, а другой |
стремится к славе или наживе. Стало быть, те, кто хвастают ради славы, |
приписывают себе такое, за что их восхваляют и почитают счастливцами; а кто |
делает это ради наживы, приписывает себе то, чем можно угодить окружающим и |
отсутствие чего можно скрыть, - скажем, [знания] прорицателя, мудреца, |
врача. Поэтому в большинстве случаев себе приписывают такого рода вещи и |
хвастают [ими]: они ведь имеют названные [свойства]. |
Притворы, которые говорят о себе приниженно и на словах отклоняются в |
сторону преуменьшения, представляются людьми, скорее, обходительного нрава |
(khariesteroi); кажется, что они говорят так не ради наживы, но избегая |
важничанья, и прежде всего они отказывают себе в славном, как делал, |
например, Сократ. Те, кто {притворяются} по ничтожным поводам, когда |
очевидно [обратное], называются лицемерами и вполне заслуживают презрения, а |
иногда это оказывается хвастовством, например одежда лаконян, ибо и излишек, |
и нарочитый недостаток [могут быть] хвастливыми. А кто умеренно прибегают к |
притворству и притворяются не в том, что слишком бросается в глаза, - те |
кажутся обходительными. Правдивому, по-видимому, противоположен хвастун, ибо |
он хуже притворы. |
14 (VIII). Поскольку в жизни бывает отдых и тогда время проводят в |
развлечениях, то и тут, видимо, существует известная пристойность в общении |
(homilia tis emmeles): что и как следует говорить и соответственно |
выслушивать. При этом будет важно различие: говорит ли человек в таких |
случаях или слушает. Ясно между тем, что и в этом бывает излишек и |
недостаток по сравнению с серединой. А значит, те, кто в смешном преступают |
меру, считаются шутами и грубыми людьми, ибо они добиваются смешного любой |
ценой и, скорее, стараются вызвать смех, чем сказать [нечто] изящное, не |
заставив страдать того, над кем насмехаются. |
А кто, не сказавши сам ничего смешного, отвергает тех, кто такое |
говорит, считается неотесанным и скучным (skleros). Те же, кто развлекаются |
пристойно, прозываются остроумными (eytrapeloi), т. е. людьми как бы |
проворными (eytropoi), потому что такая подвижность, кажется, принадлежит |
нраву, и, как о телах судят по движению, так и о нравах. Но поскольку |
смешное встречается повсюду и большинство людей рады развлечениям и |
насмешкам больше, чем следует, то и прозывают шутов остроумными, как будто |
они обходительны; однако из сказанного выше ясно, что они отличаются от |
остроумных, и притом значительно. |
Срединному душевному складу свойственна любезность (epidexiotes), а кто |
умеет быть любезным (epidexios), тому свойственно высказывать и выслушивать |
[лишь] то, что подобает доброму и свободнорожденному человеку. |
Действительно, есть нечто такое, что подобному человеку в качестве |
развлечения прилично и говорить, и выслушивать, а развлечения |
свободнорожденного отличаются от развлечении скота так же, как развлечения |
воспитанного и невежи. [Разницу эту] можно увидеть [на примере] старых и |
новых комедий: в первых смешным было срамословие, а в последних - скорее |
намеки. С точки зрения изящества это различие существенно. По чему же тогда |
надо определять умелого насмешника? по речам ли не неприличным для |
свободнорожденного? или по тому, что он не заставляет страдать слушающего |
[насмешки]? или по тому, что даже веселит его? или это все-таки |
неопределенно? Ведь как ненависть, так и удовольствие у одного вызываются |
одним, у другого - другим. Соответственно будут и слушать, ведь считается, |
что, какие насмешки не стесняются выслушивать, такие и сами говорят. Но не |
всякие насмешки, ибо насмешка - это своего рода поношение, а [если] иные |
поношения запрещаются законодателями, то следовало бы, вероятно, запретить |
также [иные] насмешки. |
Человек же обходительный и свободнорожденный будет вести себя так, |
словно он сам себе закон. Таков, стало быть, кто держится середины, любезным |
ли его называть или остроумным. А шут подчинен смешному, и, если выйдет |
потеха, он не пощадит ни себя, ни других, говоря такое, из чего |
обходительный человек ни одного слова не скажет, а иного не сможет и |
выслушать. |
Что до неотесанного, то для такого общения он непригоден, ибо, ни в чем |
ему не способствуя, он всем недоволен. |
Принято считать, что отдых и развлечение необходимы в жизни. А значит, |
в жизни возможны три названных [выше вида] обладания серединой, и все они |
связаны с взаимоотношениями посредством речей и поступков. Отличие же в том, |
что один [вид] связан с правдой, а [два] других - с удовольствием. Что же до |
связанных с удовольствием, то один [вид] соотносится с развлечениями, другой |
- с общением во [всей] остальной жизни. |
15 (IX). О стыде не приличествует говорить как о некоей добродетели, |
потому что он больше напоминает страсть, нежели склад [души]. Во всяком |
случае, его определяют как своего рода страх дурной славы, и он доходит |
почти до такой силы, как страх перед ужасным; от стыда краснеют, а от страха |
смерти бледнеют. Значит, и то и другое в каком-то смысле явления телесные, а |
это считается свойственным, скорее, страсти, нежели [душевному] складу. |
Эта страсть, [т. е. переживание], подобает не всякому возрасту, но |
[только] молодому. Мы полагаем, что в определенном возрасте следует быть |
стыдливыми, потому что, живя по страсти, молодые совершают много проступков, |
а стыдливость препятствует им. И мы хвалим стыдливых среди молодежи, но |
человека более взрослого никто, пожалуй, не похвалит за стеснительность |
(aiskhyntelos). Мы ведь уверены, что он не должен совершать поступки, |
которых стесняются (eph' hois aiskhyne). Стыдливость, коль скоро она |
возникла в связи с дурными поступками, чужда порядочному (epieikes) человеку |
(ведь [ему] не следует их совершать), причем безразлично, воистину постыдны |
(aiskhra) эти деяния или слывут таковыми, потому что ни тех, ни других |
Subsets and Splits
No community queries yet
The top public SQL queries from the community will appear here once available.