text stringlengths 0 76 |
|---|
вероятно, станет ясно. В самом деле, различны удовольствия коня, собаки и |
человека, и, согласно словам Гераклита, "осел охотно предпочел бы золоту |
солому", поскольку для ослов в пище заключено больше удовольствия, чем в |
золоте. Значит, удовольствия у существ разных видов тоже различаются видом, |
а удовольствия одинаковых существ соответственно не имеют видовых различий. |
Но применительно по крайней мере к одному виду - людям - удовольствия |
все-таки разнятся немало, ибо одни и те же вещи одних услаждают, других |
заставляют страдать, а что вызывает страдания и ненависть одних, другим |
доставляет удовольствие и вызывает приязнь. Это бывает даже со сладостями: |
не одно и то же кажется сладким человеку в горячке и здоровому, а теплым не |
одно и то же кажется слабому и закаленному. Соответственно и в других |
случаях. |
Пожалуй, во всех подобных случаях имеет место то, что видится |
добропорядочному. Если же такое определение, как кажется, удачно и в каждом |
отдельном случае мерой является добродетель и добродетельный человек как |
таковой, то и "удовольствиями" будут, пожалуй, те вещи, что кажутся ему |
удовольствиями, а "доставлять удовольствие" будет то, чем он наслаждается. |
Ничего удивительного, если отвратительное для этого человека |
кому-нибудь покажется доставляющим удовольствие, ведь много есть [видов] |
человеческого растления и уродства. Но это не то, что [в действительности] |
доставляет удовольствие, а то, что доставляет его соответствующим людям с |
соответствующими наклонностями. |
Поэтому ясно, что удовольствия, которые согласно считаются позорными, |
не следует признавать удовольствиями, кроме как для растленных людей. Но |
среди тех удовольствий, что считаются добрыми, какой род удовольствий или |
какое именно удовольствие следует признать свойственным человеку? Может |
быть, это явствует из [рассмотрения] деятельностей? Удовольствия ведь |
сопутствуют деятельностям. |
Итак, одна ли деятельность или несколько свойственны совершенному и |
блаженному мужу, все равно удовольствия, которые придают совершенство [и |
полноту] этим деятельностям, должны определяться как в собственном смысле |
удовольствия человека; остальные удовольствия, так же как [соответствующие] |
деятельности, будут занимать вторую или еще более низкую ступень. |
6 (VI). После того как было сказано о добродетелях, дружбах и |
удовольствиях, осталось в общих чертах описать счастье, раз уж мы полагаем |
его целью всего человеческого. Наше рассуждение будет, вероятно, лишь более |
отчетливым, если повторить сказанное ранее. |
Итак, мы сказали, что счастье - это не склад, [или состояние, души], |
ибо тогда оно было бы и у того, кто проспал всю жизнь, кто живет, как |
растение, или у того, кто претерпел величайшие несчастья. Если же и такое не |
годится, то, скорее, счастье следует относить к деятельности, как и было |
Сказано в предыдущих [рассуждениях], причем из деятельностей одни необходимы |
и заслуживают избрания ради других, а вторые заслуживают его сами по себе, |
то ясно, что счастье следует полагать одной из деятельностей, заслуживающих |
избрания сами по себе, и не одной из тех, что существуют ради чего-то |
другого; счастье ведь нужды ни в чем не имеет, но довлеет себе. |
Сами же по себе заслуживают избрания те деятельности, в которых ничего |
помимо [самой] деятельности не ищут. Именно такими считаются поступки |
сообразно добродетели, ибо совершение прекрасных и добропорядочных |
[поступков] относится к заслуживающему избрания ради себя самого. |
Такими являются и развлечения, доставляющие удовольствия, потому что их |
избирают не ради других [благ]: от них ведь, скорее, бывает вред, а не |
польза, [ибо из-за них] не уделяют внимания своему телу и имуществу. К |
такого рода времяпрепровождению прибегают большинство тех, кого почитают |
счастливыми, и тираны потому высоко ставят остроумных при подобном |
провождении времени; дело в том, что во всем, к чему бывает тяга у тиранов, |
такие люди умеют сделать себя источником удовольствий, а в таких людях |
тираны нуждаются. |
Потому эти развлечения и считаются признаками счастья, что в них |
проводят свой досуг государи; но подобные [счастливцы] не доказывают, |
наверное, [что счастье - это развлечение], ведь от обладания властью |
государя не зависят ни добродетель, ни ум, а именно они - источники |
добропорядочных деятельностей; и если, не имея вкуса к удовольствию чистому |
и достойному свободнорожденного, прибегают к удовольствиям телесным, то |
из-за этого не следует думать, будто эти удовольствия предпочтительны; дети |
ведь тоже уверены, что самое лучшее это то, что ценится между ними. |
Так что вполне разумно, чтобы разные вещи казались ценными детям и |
мужам, дурным и добрым. Вместе с тем, как говорилось уже неоднократно, и |
ценным является и доставляет удовольствие [в собственном смысле слова] то, |
что таково для добропорядочного, ибо для каждого наиболее предпочтительна |
деятельность в соответствии с его собственным складом и для добропорядочного |
тем самым такова деятельность, сообразная добродетели. |
Следовательно, не в развлечениях заключается счастье, ведь это даже |
нелепо, чтобы целью было развлечение и чтобы человек всю жизнь работал и |
терпел беды ради развлечений (toy paidzein). Ведь, так сказать, ради другого |
мы избираем все, за исключением счастья, ибо счастье и есть цель. А |
добропорядочное усердие (spoydadzein) и труд ради развлечений кажутся |
глупыми и уж слишком ребячливыми (paidikon); зато развлекаться для того, |
чтобы усердствовать в добропорядочных [делах] (spoydadzei), - по Анахарсису, |
это считается правильным, потому что развлечение напоминает отдых, а, не |
будучи в состоянии трудиться непрерывно, люди нуждаются в отдыхе. |
Отдых, таким образом, - не цель, потому что он существует ради |
деятельности. |
Далее, считается, что счастливая жизнь - это жизнь по добродетели, а |
такая жизнь сопряжена с добропорядочным усердием (spoyde) и состоит не в |
развлечениях. И мы утверждаем, что усердие и добропорядочность (ta spoydaia) |
лучше потех с развлечениями и что деятельность лучшей части души или лучшего |
человека всегда более добропорядочная и усердная. А деятельность наилучшего |
выше и тем самым более способна приносить счастье. |
Первый попавшийся, в том числе раб, будет вкушать телесные |
удовольствия, наверное, ничуть не хуже самого добродетельного. Но долю в |
счастье никто не припишет рабу, если не припишет и участие в жизни. Ведь |
счастье состоит не в таком времяпрепровождении, но в деятель-ностях |
сообразно добродетели, как то и было сказано прежде. |
7 (VII). Если же счастье - это деятельность, сообразная добродетели, |
то, конечно, - наивысшей, а такова, видимо, добродетель наивысшей части |
души. Будь то ум или что-то еще, что от природы, как считается, начальствует |
и ведет и имеет понятие (ennoian ekhei) о прекрасных и божественных |
Subsets and Splits
No community queries yet
The top public SQL queries from the community will appear here once available.