gowitheflow/parallel-global-voices-deduplicated

english stringlengths 1 1.63k	non_english stringlengths 0 1.42k	language stringclasses 28 values
The first time, the thieves allegedly got away with more than 39 billion FCFA .	В первый раз похитителям удалось скрыться с суммой более 39 миллиардов франков КФА BEAC .	en-ru
You can find all the reports published by Global Voices related to the investigation of the leaders of Equatorial Guinea here.	Все репортажи Global Voices о расследовании деятельности лидеров Экваториальной Гвинеи можно найти здесь.	en-ru
He's home, but both him and Venezuela are still captives of the regime. Leopoldo López is not free.	Он дома, но и он и Венесуэла — пленники существующего режима.	en-ru
According to León, the government seems affected by the current protests and by international pressure, something that seems to have opened a way to establish a dialogue, even if its results might not be welcomed by everyone: There is, no doubt, an opportunity for negotiation.	Без сомнений появилась возможность проведения переговоров, в ходе которых всем необходимо будет пойти на уступки.	en-ru
A negotiation that will ask for concessions, and that will not be popular among any of the extreme groups.	Но такое решение вряд ли станет популярным среди экстремистских групп.	en-ru
In many of the cases, the legal background can be messy and confusing, with little hope of release.	Во многих случаях правовая база весьма беспорядочна и запутана, и надежды на освобождение практически нет.	en-ru
Other cases, like that of Juan Pablo Giraldo, include first-person accounts of their lives in prison:	В других же, как, например, в случае Хуана Пабло Хиральдо, берётся в расчёт рассказ от первого лица о жизни в тюрьме:	en-ru
Now I follow the same example. I help those who keep arriving because of political persecution...	Сейчас я делаю то же самое — я помогаю тем, кто попадает сюда по политическим причинам.	en-ru
Human rights organizations have denounced torture inside prisons and the use of military courts and prisons to judge and detain civilians.	Международные правозащитные организации осудили пытки в тюрьмах и использование военных судов и тюрем для вынесения приговоров гражданским лицам и их задержания .	en-ru
Like many Syrians, Ali moved to Irbid—a small city approximately 90 miles north of Amman. According to UNHCR, nearly 150,000 registered Syrian refugees reside in Irbid city making it one of the largest host cities in Jordan.	Как и многие сирийцы, Али переехал в Ирбид — маленький город примерно в 90 километрах к северу от Аммана. по данным Агентства ООН по делам беженцев, в Ирбиде проживает около 140 000 сирийских беженцев, что делает этот город одним из самых крупных центров приёма беженцев в Иордании.	en-ru
The shields that describes as "face shields" and "mirror shields" have been used in the demonstrations that have taken place in Venezuela since April 1.	Со времени 1 апреля на демонстрациях в Венесуэле можно увидеть щиты, которые Валдивьесо описывает как «щиты-лица» и «щиты-зеркала».	en-ru
The shield represents both the individual holding it and the group that it’s defending.	Щит представляет одновременно человека, его держащего, и группу, которую он защищает.	en-ru
These are the shields with linguistic messages like "democracy", "resistance" and "freedom", "justice" and "peace".	Эти щиты несут на себе такие лозунги, как «демократия», «сопротивление» и «свобода», «правосудие» и «мир».	en-ru
The images of these shields have also been widely shared on social media. On Instagram, graphic journalists and professional photographers such as Issac Paniza, Rafael Hernández Marcano and Jairo Gudino have shared high-impact images that allow for a close-up view of the shields' symbols.	Фотосмешение религии и сопротивления в #Венесуэле на щитах, разрисованных изображениями Девы и Иисуса.	en-ru
In addition, because they ‘belong’ to a new family, they often cannot go to school and are not able to work. It is impossible for them to become financially independent.	Кроме того, поскольку с момента свадьбы они «принадлежат» к новой семье, они зачастую не могут посещать школу и устроиться на работу, что делает для них невозможной финансовую независимость.	en-ru
Some people in power have tried to silence us and to deny us the possibility of expressing ourselves freely. We've continued our activism because we want to be respected and, through our battles, make our voices heard.	Некоторые представители властных структур пытались заставить нас замолчать и лишить возможности свободного самовыражения, но мы продолжаем свою деятельность, потому что мы хотим, чтобы нас уважали и прислушивались к нашим голосам в нашей борьбе.	en-ru
Source: Tayjasaruta Official Blog of the Kichwa People of Sarayaku, republished with permission. Andrés Tapia, one of the people in charge of the communication of the Confederation of Indigenous Nationalities of the Ecuadorian Amazon (CONFENIAE), has worked with the Sarayaku for many years. Tapia observed that internet communication provides an important opportunity for sharing information, especially about culture and land rights, not only with non-indigenous people, but also among other indigenous communities.	Источник: Tayjasaruta — официальный блог кичуа из Сарайяку , перепечатка с разрешения автора.Представитель Конфедерации коренных народов эквадорианской Амазонии по вопросам коммуникаций Андрес Тапия, на протяжении многих лет сотрудничающий с общиной Сарайяку, подчёркивает, что интернет создаёт важную платформу по обмену информацией, особенно о культуре и правах на землю, не только с мировым сообществом, но и с другими коренными общинами.	en-ru
Apawki Castro, the head of communications for the Confederation of the Indigenous Nationalities of Ecuador (CONAIE) , noted that the sharing of knowledge even internally has in fact been the more crucial part of the strategies employed by Sarayaku and other Ecuadorian communities: We need to use social networks because they contribute to create new communication avenues and to complement traditional forms of communication, such as community meetings.	Управляющий по коммуникациям Конфедерации коренных народов Эквадора (CONAIE) Апауки Кастро отметил, что обмен информацией на внутреннем уровне также играет ключевую роль в стратегиях, задействованных как общиной Сарайяку, так и другими сообществами Эквадора:	en-ru
According to Katy Betancourt Machoa, director of Women for CONAIEC, communicating digitally has also allowed the people of Sarayaku to articulate a diversity of perspectives and opinions among themselves: There are diverse points of view and the different communication channels help us articulate these positions so that we organize ourselves and strengthen our efforts to resist extraction projects and the other issues that directly affect the indigenous population, but also affect the interests of the country more broadly.	Существует множество точек зрения, и разнообразные каналы связи помогают нам их высказывать, способствуя нашей самоорганизации и укреплению наших усилий как в противостоянии добыче нефти, так и в других вопросах, не только напрямую влияющих на коренное население, но также и затрагивающих интересы страны в целом.	en-ru
We don’t want our children and grandchildren to learn our history only from books. We want them to live what we are promoting and we want them to feel what we are feeling so that they too get involved in our fight.	Мы не хотим, чтобы наши дети и внуки учили нашу историю только по книгам, мы хотим, чтобы они жили тем, что мы сейчас защищаем, и чувствовали то, что мы сейчас чувствуем, чтобы они тоже стали участниками нашей борьбы.	en-ru
“Those terrible things they said about that little girl are shameful,” said an elderly woman, Nana, who refused to give her last name. “I am glad these people came out against those uncultured men.	«Эти ужасные вещи, которые они говорили об этой молодой девушке — позорны, — пояснила пожилая дама по имени Нана, отказавшаяся назвать свою фамилию. — Я рада, что эти люди выступили против подобных некультурных мужчин.	en-ru
“We are a breed on the verge of extinction,” Nana said of ethnic Georgians. “Look, son, at all these shawarmas and what not, all these men in their robes and women covered from head to toe . . .	«Наша нация — на грани вымирания, — так Нана оценивает положение этнических грузин. — Взгляни, дорогой, во всех этих закусочных с шавермой все эти мужчины в халатах и женщины, укрытые от головы до пят...	en-ru
The human rights commission of Pakistan reports 1,843 cases of domestic violence in Pakistan between 2004 and 2016. This doesn't include other instances of violence like honor killings, kidnapping, rape and acid attacks.	Комиссия по правам человека Пакистана сообщила о 1843 случаях домашнего насилия в стране с 2004 по 2016 год, не включая другие примеры насилия, такие как убийство чести, похищение, изнасилование или кислотные атаки.	en-ru
“When I first saw South Korean cartoons, I just didn’t get them,” he says. “There were no stories about patriotism or catching spies or war.	«Когда я впервые посмотрел южнокорейские мультфильмы, я их не понял, — признаётся он. — В них не было никаких историй о патриотизме, поимке шпионов или войне.	en-ru
Thus, according to the testimonies and investigation reports, such as the UN International Investigation Commission, the proceedings prove that the BNP knew the destination of the funds and that it could contribute to the ongoing genocide.	Так показания свидетелей и отчеты о расследованиях, такие как доклады Международной следственной комиссии ООН, доказывают, что BNP знал назначение денег и что он мог способствовать происходящему геноциду.	en-ru
This is the first time such a complaint is initiated against a bank in France on such a legal basis.	Иск против банка во Франции по такому делу подан впервые.	en-ru
"Water and Gas".	«Вода и газ».	en-ru
Photo by Flickr User Sin.Fronteras.	Фото пользователя Flickr Sin.Fronteras.	en-ru
Click on the links to read the first and second installment.	По ссылкам вы можете прочитать первый и второй выпуск.	en-ru
I wake up startled, staring into the darkness with eyes wide open.	Я просыпаюсь в страхе, вглядываясь в темноту широко открытыми глазами.	en-ru
I do not know what awoke me, and the resulting sensation is a paralyzing confusion.	Я не знаю, что пробудило меня, откуда проистекает чувство парализующего замешательства.	en-ru
The second blast goes off and I leap out of bed, still confused about what is happening.	Второй взрыв — я выскакиваю из постели, всё ещё не понимая, что происходит.	en-ru
It takes a few minutes before the realization sinks in: the cacophony of clattering pots and pans, screaming neighbors, rising clamor and noise in the street.	Через несколько минут приходит осознание: какофония грохочущих кастрюль и сковород, кричащие соседи, шум на улице.	en-ru
By then, tear gas has started seeping into my apartment, filling the place, enveloping me in a dense and suffocating cloud.	К этому времени в мою квартиру начал просачиваться слезоточивый газ, заполняя пространство, окружая меня густым, удушающим облаком.	en-ru
My heart thumps and fear hammers my chest.	Моё сердце подскакивает, страх бьётся в моей груди.	en-ru
I am not going to cry, I repeat to myself, exhausted but defiant. I am not going to cry.	Я не заплачу, — повторяю я себе, истощённая, но не желающая сдаваться. — Я не заплачу.	en-ru
I stumble around the dark apartment.	Я спотыкаюсь в тёмной квартире.	en-ru
Another blast goes off.	Ещё один взрыв.	en-ru
It’s almost 11pm, the end of an especially strained and difficult day.	Почти 11 вечера, конец особенно напряжённого и сложного дня.	en-ru
I'd gone to bed less than an hour earlier, overwhelmed at the news of brutal repression and horrific beatings of civilians by police.	Я легла спать меньше чем час назад, потрясённая новостями о жестоких репрессиях и ужасающих избиениях гражданских лиц полицией.	en-ru
Fatigued by the helpless frustration of being held hostage in this country.	Утомлённая беспомощным разочарованием тем фактом, что я заложник в собственной стране.	en-ru
I make my way carefully now, with outstretched hands, listening to the metallic sound of pots banging, the rhythmic clack of tear gas guns discharging.	Я аккуратно пробираюсь по квартире с вытянутыми вперёд руками, прислушиваясь к металлическим звукам стучащих кастрюль, ритмический треск разрядки слезоточивых ружей.	en-ru
In Venezuela the days don’t ever seem to come to a complete end.	В Венесуэле эти дни, судя по всему, никогда не закончатся.	en-ru
Violence remains, continues, spreads.	Насилие остаётся с нами, продолжается, распространяется.	en-ru
Normal means a collection of pains and terrors.	Нормальность — собрание боли и страхов.	en-ru
Of closed doors and a general state of suspicion.	Закрытых дверей и общего состояния подозрительности.	en-ru
We have survived this way for over a decade now.	Так мы выживаем уже больше десятилетия.	en-ru
When I peer out of the window, I see the toxic smoke spiraling up from the street.	Когда я выглядываю из окна, я вижу токсический дым, поднимающийся с улицы.	en-ru
It can’t reach far enough to seriously harm me because I live ten floors up, but I the odor clearly reaches me, a rancid sting that causes me to sneeze and gasp.	Он не может оказаться так высоко, чтобы серьёзно навредить мне, ведь я живу на десятом этаже, но запах явно достигает меня, прогорклым жалом, которое заставляет меня чихать и ловить ртом воздух.	en-ru
A group of National Guardsmen move around surreptitiously in the dark, guns held aloft, firing upwards.	Группа национальных гвардейцев крадётся в темноте, с ружьями в руках, стреляя вверх.	en-ru
I am almost unable to distinguish their figures from street lamps.	Я почти не могу отличить их силуэты от уличных фонарей.	en-ru
They form a line in the center of the plaza.	Они формируют линию в середине площади.	en-ru
They wear helmets and breastplates.	На них шлемы и бронежилеты.	en-ru
And they shoot.	И они стреляют.	en-ru
They shoot at buildings, down the deserted street.	Они стреляют по домам, вниз по пустынной улице.	en-ru
One, two, three times.	Раз, два, три.	en-ru
Frozen, I watch them with a disorienting sense of surreality and incredulity.	Застыв на месте, я смотрю на них со сбивающим с толку чувством сюрреальности и скептицизма.	en-ru
One of the blasts hits with a resounding echo and I throw myself down, hands over my head, shaking from head to foot.	Один из ударов находит цель и отзывается эхом; меня рвёт, с руками за головой я трясусь с головы до ног.	en-ru
I am not going to cry, I repeat to myself, infuriated now. I am not going to cry.	Я не заплачу, — говорю я себе, теперь с яростью. — Я не заплачу.	en-ru
Several of my neighbors lean out of windows, gesticulating and screaming at the top of their lungs.	Некоторые мои соседи выглядывают из окон, жестикулируя и крича со всей силы.	en-ru
One hauls out a large casserole pan which flashes under the milky glow of the flashlight he's wielding.	Один вытаскивает большую кастрюлю, которая сверкает под молочным свечением фонарика в его руке.	en-ru
He strikes it with a clenched fist, euphoric with anger and anguish.	Он бьёт по ней кулаком, в эйфории от злости и боли.	en-ru
I see him lean out into the void of night, shouting with all his might.	Я вижу, как он наклоняется в мрак ночи, крича так громко, как может.	en-ru
The cacophony of metal and voice blend together in a single sound.	Какофония метала и голоса сливается в единый звук.	en-ru
“Damn soldiers!	«К чёрту солдат!	en-ru
Damn them all!” he screams.	К чёрту их всех!» — кричит он.	en-ru
His voice is hoarse and tired.	Голос у него хриплый и усталый.	en-ru
“Damn them!	«К чёрту их!	en-ru
There are families here!”	Здесь семьи!»	en-ru
Someone else joins in.	К нему присоединяется другой мужчина.	en-ru
He also screams, unleashing slogans, insults, vulgarities.	Он тоже кричит, извергая лозунги, оскорбления, пошлости.	en-ru
Voices rise from everywhere in a discordant uproar.	Отовсюду поднимаются голоса нестройным шумом.	en-ru
The only answers from below are blasts.	Снизу отвечают только взрывы.	en-ru
Once more, and again.	Ещё один, ещё один.	en-ru
Tear gas thickens and smothers.	Слезоточивый газ становится гуще, всё больше душит.	en-ru
A bright white wall running the length of the street obscures the full view.	Яркая белая стена длиной во всю улицу закрывает обзор.	en-ru
The image is tinged with something ghostly, brutal.	Вид оттеняется чем-то призрачным, жестоким.	en-ru
An unthinkable images of the streets, the everyday landscape of a place I have seen every day for over twenty years.	Немыслимые виды улиц, повседневный пейзаж места, которое я вижу каждый день на протяжении двадцати лет.	en-ru
It hurts to breathe.	Больно дышать.	en-ru
I rub my eyes and cough.	Я тру глаза и кашляю.	en-ru
My neighbor beckons to me from her window.	Моя соседка зовёт меня из своего окна.	en-ru
"Come over to the door," she shouts.	«Иди к двери», — кричит она.	en-ru
I can barely make her words out over the clattering pans and screaming around us.	Я еле слышу её голос через грохочущие сковороды и крики вокруг.	en-ru
There's a new blast.	Новый взрыв.	en-ru
"Murderers!"	«Убийцы!»	en-ru
The scream multiplies, elevates, rocks, trembles and flows outward.	Крик множится, поднимается, катится, грохочет и течёт.	en-ru
In the street, the national guardsmen advance and spread.	На улице национальные гвардейцы занимают новые позиции, продвигаясь вперёд.	en-ru
I see their figures appear and disappear in the pearly darkness.	Я вижу, как их силуэты появляются и исчезают в жемчужной темноте.	en-ru
A quick spark of light.	Быстрая вспышка света.	en-ru
And the sound of another blast embraces the world, throttles it.	И звук ещё одного взрыва поглощает, душит мир.	en-ru
My throat thickens and closes in fear.	Страх сжимает и закрывает моё горло.	en-ru
When I open the door, my neighbor slides her arm around my shoulders and places a damp cloth in my hands.	Когда я открываю дверь, моя соседка приобнимает меня за плечи и вкладывает мне в руки влажную тряпку.	en-ru
"Wash your face off with this," she whispers, "to get the gas off you, so you don't get intoxicated."	«Помой этим лицо, — шепчет она, — чтобы из тебя ушёл газ, чтобы ты не отравилась».	en-ru
She inclines her head toward mine.	Она склоняется головой к моей.	en-ru
"This is going to get worse," she adds.	«Будет хуже», — добавляет она.	en-ru
She is shaking with fear, like me.	Она трясётся от страха, как я.	en-ru
I press her hand between mine, as firmly as I'm able.	Я сжимаю её руку так крепко, как могу.	en-ru
I do not know if it seemed that way.	Я не знаю, показалось ли ей также.	en-ru
"They're throwing bombs at buildings," she tells me in a nervous whisper. "They say that by the street corner, they're trying to get some of them inside."	«Они кидают бомбы по домам, — говорит она мне нервным шёпотом. — Говорят, что на углу улицы они пытаются закинуть какие-нибудь внутрь».	en-ru
She pushes me firmly into the hall.	Она твёрдо пропихивает меня в коридор.	en-ru

The first time, the thieves allegedly got away with more than 39 billion FCFA .

В первый раз похитителям удалось скрыться с суммой более 39 миллиардов франков КФА BEAC .

en-ru

You can find all the reports published by Global Voices related to the investigation of the leaders of Equatorial Guinea here.

Все репортажи Global Voices о расследовании деятельности лидеров Экваториальной Гвинеи можно найти здесь.

en-ru

He's home, but both him and Venezuela are still captives of the regime. Leopoldo López is not free.

Он дома, но и он и Венесуэла — пленники существующего режима.

en-ru

According to León, the government seems affected by the current protests and by international pressure, something that seems to have opened a way to establish a dialogue, even if its results might not be welcomed by everyone: There is, no doubt, an opportunity for negotiation.

Без сомнений появилась возможность проведения переговоров, в ходе которых всем необходимо будет пойти на уступки.

en-ru

A negotiation that will ask for concessions, and that will not be popular among any of the extreme groups.

Но такое решение вряд ли станет популярным среди экстремистских групп.

en-ru

In many of the cases, the legal background can be messy and confusing, with little hope of release.

Во многих случаях правовая база весьма беспорядочна и запутана, и надежды на освобождение практически нет.

en-ru

Other cases, like that of Juan Pablo Giraldo, include first-person accounts of their lives in prison:

В других же, как, например, в случае Хуана Пабло Хиральдо, берётся в расчёт рассказ от первого лица о жизни в тюрьме:

en-ru

Now I follow the same example. I help those who keep arriving because of political persecution...

Сейчас я делаю то же самое — я помогаю тем, кто попадает сюда по политическим причинам.

en-ru

Human rights organizations have denounced torture inside prisons and the use of military courts and prisons to judge and detain civilians.

Международные правозащитные организации осудили пытки в тюрьмах и использование военных судов и тюрем для вынесения приговоров гражданским лицам и их задержания .

en-ru

Like many Syrians, Ali moved to Irbid—a small city approximately 90 miles north of Amman. According to UNHCR, nearly 150,000 registered Syrian refugees reside in Irbid city making it one of the largest host cities in Jordan.

Как и многие сирийцы, Али переехал в Ирбид — маленький город примерно в 90 километрах к северу от Аммана. по данным Агентства ООН по делам беженцев, в Ирбиде проживает около 140 000 сирийских беженцев, что делает этот город одним из самых крупных центров приёма беженцев в Иордании.

en-ru

The shields that describes as "face shields" and "mirror shields" have been used in the demonstrations that have taken place in Venezuela since April 1.

Со времени 1 апреля на демонстрациях в Венесуэле можно увидеть щиты, которые Валдивьесо описывает как «щиты-лица» и «щиты-зеркала».

en-ru

The shield represents both the individual holding it and the group that it’s defending.

Щит представляет одновременно человека, его держащего, и группу, которую он защищает.

en-ru

These are the shields with linguistic messages like "democracy", "resistance" and "freedom", "justice" and "peace".

Эти щиты несут на себе такие лозунги, как «демократия», «сопротивление» и «свобода», «правосудие» и «мир».

en-ru

The images of these shields have also been widely shared on social media. On Instagram, graphic journalists and professional photographers such as Issac Paniza, Rafael Hernández Marcano and Jairo Gudino have shared high-impact images that allow for a close-up view of the shields' symbols.

Фотосмешение религии и сопротивления в #Венесуэле на щитах, разрисованных изображениями Девы и Иисуса.

en-ru

In addition, because they ‘belong’ to a new family, they often cannot go to school and are not able to work. It is impossible for them to become financially independent.

Кроме того, поскольку с момента свадьбы они «принадлежат» к новой семье, они зачастую не могут посещать школу и устроиться на работу, что делает для них невозможной финансовую независимость.

en-ru

Some people in power have tried to silence us and to deny us the possibility of expressing ourselves freely. We've continued our activism because we want to be respected and, through our battles, make our voices heard.

Некоторые представители властных структур пытались заставить нас замолчать и лишить возможности свободного самовыражения, но мы продолжаем свою деятельность, потому что мы хотим, чтобы нас уважали и прислушивались к нашим голосам в нашей борьбе.

en-ru

Source: Tayjasaruta Official Blog of the Kichwa People of Sarayaku, republished with permission. Andrés Tapia, one of the people in charge of the communication of the Confederation of Indigenous Nationalities of the Ecuadorian Amazon (CONFENIAE), has worked with the Sarayaku for many years. Tapia observed that internet communication provides an important opportunity for sharing information, especially about culture and land rights, not only with non-indigenous people, but also among other indigenous communities.

Источник: Tayjasaruta — официальный блог кичуа из Сарайяку , перепечатка с разрешения автора.Представитель Конфедерации коренных народов эквадорианской Амазонии по вопросам коммуникаций Андрес Тапия, на протяжении многих лет сотрудничающий с общиной Сарайяку, подчёркивает, что интернет создаёт важную платформу по обмену информацией, особенно о культуре и правах на землю, не только с мировым сообществом, но и с другими коренными общинами.

en-ru

Apawki Castro, the head of communications for the Confederation of the Indigenous Nationalities of Ecuador (CONAIE) , noted that the sharing of knowledge even internally has in fact been the more crucial part of the strategies employed by Sarayaku and other Ecuadorian communities: We need to use social networks because they contribute to create new communication avenues and to complement traditional forms of communication, such as community meetings.

Управляющий по коммуникациям Конфедерации коренных народов Эквадора (CONAIE) Апауки Кастро отметил, что обмен информацией на внутреннем уровне также играет ключевую роль в стратегиях, задействованных как общиной Сарайяку, так и другими сообществами Эквадора:

en-ru

According to Katy Betancourt Machoa, director of Women for CONAIEC, communicating digitally has also allowed the people of Sarayaku to articulate a diversity of perspectives and opinions among themselves: There are diverse points of view and the different communication channels help us articulate these positions so that we organize ourselves and strengthen our efforts to resist extraction projects and the other issues that directly affect the indigenous population, but also affect the interests of the country more broadly.

Существует множество точек зрения, и разнообразные каналы связи помогают нам их высказывать, способствуя нашей самоорганизации и укреплению наших усилий как в противостоянии добыче нефти, так и в других вопросах, не только напрямую влияющих на коренное население, но также и затрагивающих интересы страны в целом.

en-ru

We don’t want our children and grandchildren to learn our history only from books. We want them to live what we are promoting and we want them to feel what we are feeling so that they too get involved in our fight.

Мы не хотим, чтобы наши дети и внуки учили нашу историю только по книгам, мы хотим, чтобы они жили тем, что мы сейчас защищаем, и чувствовали то, что мы сейчас чувствуем, чтобы они тоже стали участниками нашей борьбы.

en-ru

“Those terrible things they said about that little girl are shameful,” said an elderly woman, Nana, who refused to give her last name. “I am glad these people came out against those uncultured men.

«Эти ужасные вещи, которые они говорили об этой молодой девушке — позорны, — пояснила пожилая дама по имени Нана, отказавшаяся назвать свою фамилию. — Я рада, что эти люди выступили против подобных некультурных мужчин.

en-ru

“We are a breed on the verge of extinction,” Nana said of ethnic Georgians. “Look, son, at all these shawarmas and what not, all these men in their robes and women covered from head to toe . . .

«Наша нация — на грани вымирания, — так Нана оценивает положение этнических грузин. — Взгляни, дорогой, во всех этих закусочных с шавермой все эти мужчины в халатах и женщины, укрытые от головы до пят...

en-ru

The human rights commission of Pakistan reports 1,843 cases of domestic violence in Pakistan between 2004 and 2016. This doesn't include other instances of violence like honor killings, kidnapping, rape and acid attacks.

Комиссия по правам человека Пакистана сообщила о 1843 случаях домашнего насилия в стране с 2004 по 2016 год, не включая другие примеры насилия, такие как убийство чести, похищение, изнасилование или кислотные атаки.

en-ru

“When I first saw South Korean cartoons, I just didn’t get them,” he says. “There were no stories about patriotism or catching spies or war.

«Когда я впервые посмотрел южнокорейские мультфильмы, я их не понял, — признаётся он. — В них не было никаких историй о патриотизме, поимке шпионов или войне.

en-ru

Thus, according to the testimonies and investigation reports, such as the UN International Investigation Commission, the proceedings prove that the BNP knew the destination of the funds and that it could contribute to the ongoing genocide.

Так показания свидетелей и отчеты о расследованиях, такие как доклады Международной следственной комиссии ООН, доказывают, что BNP знал назначение денег и что он мог способствовать происходящему геноциду.

en-ru

This is the first time such a complaint is initiated against a bank in France on such a legal basis.

Иск против банка во Франции по такому делу подан впервые.

en-ru

"Water and Gas".

«Вода и газ».

en-ru

Photo by Flickr User Sin.Fronteras.

Фото пользователя Flickr Sin.Fronteras.

en-ru

Click on the links to read the first and second installment.

По ссылкам вы можете прочитать первый и второй выпуск.

en-ru

I wake up startled, staring into the darkness with eyes wide open.

Я просыпаюсь в страхе, вглядываясь в темноту широко открытыми глазами.

en-ru

I do not know what awoke me, and the resulting sensation is a paralyzing confusion.

Я не знаю, что пробудило меня, откуда проистекает чувство парализующего замешательства.

en-ru

The second blast goes off and I leap out of bed, still confused about what is happening.

Второй взрыв — я выскакиваю из постели, всё ещё не понимая, что происходит.

en-ru

It takes a few minutes before the realization sinks in: the cacophony of clattering pots and pans, screaming neighbors, rising clamor and noise in the street.

Через несколько минут приходит осознание: какофония грохочущих кастрюль и сковород, кричащие соседи, шум на улице.

en-ru

By then, tear gas has started seeping into my apartment, filling the place, enveloping me in a dense and suffocating cloud.

К этому времени в мою квартиру начал просачиваться слезоточивый газ, заполняя пространство, окружая меня густым, удушающим облаком.

en-ru

My heart thumps and fear hammers my chest.

Моё сердце подскакивает, страх бьётся в моей груди.

en-ru

I am not going to cry, I repeat to myself, exhausted but defiant. I am not going to cry.

Я не заплачу, — повторяю я себе, истощённая, но не желающая сдаваться. — Я не заплачу.

en-ru

I stumble around the dark apartment.

Я спотыкаюсь в тёмной квартире.

en-ru

Another blast goes off.

Ещё один взрыв.

en-ru

It’s almost 11pm, the end of an especially strained and difficult day.

Почти 11 вечера, конец особенно напряжённого и сложного дня.

en-ru

I'd gone to bed less than an hour earlier, overwhelmed at the news of brutal repression and horrific beatings of civilians by police.

Я легла спать меньше чем час назад, потрясённая новостями о жестоких репрессиях и ужасающих избиениях гражданских лиц полицией.

en-ru

Fatigued by the helpless frustration of being held hostage in this country.

Утомлённая беспомощным разочарованием тем фактом, что я заложник в собственной стране.

en-ru

I make my way carefully now, with outstretched hands, listening to the metallic sound of pots banging, the rhythmic clack of tear gas guns discharging.

Я аккуратно пробираюсь по квартире с вытянутыми вперёд руками, прислушиваясь к металлическим звукам стучащих кастрюль, ритмический треск разрядки слезоточивых ружей.

en-ru

In Venezuela the days don’t ever seem to come to a complete end.

В Венесуэле эти дни, судя по всему, никогда не закончатся.

en-ru

Violence remains, continues, spreads.

Насилие остаётся с нами, продолжается, распространяется.

en-ru

Normal means a collection of pains and terrors.

Нормальность — собрание боли и страхов.

en-ru

Of closed doors and a general state of suspicion.

Закрытых дверей и общего состояния подозрительности.

en-ru

We have survived this way for over a decade now.

Так мы выживаем уже больше десятилетия.

en-ru

When I peer out of the window, I see the toxic smoke spiraling up from the street.

Когда я выглядываю из окна, я вижу токсический дым, поднимающийся с улицы.

en-ru

It can’t reach far enough to seriously harm me because I live ten floors up, but I the odor clearly reaches me, a rancid sting that causes me to sneeze and gasp.

Он не может оказаться так высоко, чтобы серьёзно навредить мне, ведь я живу на десятом этаже, но запах явно достигает меня, прогорклым жалом, которое заставляет меня чихать и ловить ртом воздух.

en-ru

A group of National Guardsmen move around surreptitiously in the dark, guns held aloft, firing upwards.

Группа национальных гвардейцев крадётся в темноте, с ружьями в руках, стреляя вверх.

en-ru

I am almost unable to distinguish their figures from street lamps.

Я почти не могу отличить их силуэты от уличных фонарей.

en-ru

They form a line in the center of the plaza.

Они формируют линию в середине площади.

en-ru

They wear helmets and breastplates.

На них шлемы и бронежилеты.

en-ru

And they shoot.

И они стреляют.

en-ru

They shoot at buildings, down the deserted street.

Они стреляют по домам, вниз по пустынной улице.

en-ru

One, two, three times.

Раз, два, три.

en-ru

Frozen, I watch them with a disorienting sense of surreality and incredulity.

Застыв на месте, я смотрю на них со сбивающим с толку чувством сюрреальности и скептицизма.

en-ru

One of the blasts hits with a resounding echo and I throw myself down, hands over my head, shaking from head to foot.

Один из ударов находит цель и отзывается эхом; меня рвёт, с руками за головой я трясусь с головы до ног.

en-ru

I am not going to cry, I repeat to myself, infuriated now. I am not going to cry.

Я не заплачу, — говорю я себе, теперь с яростью. — Я не заплачу.

en-ru

Several of my neighbors lean out of windows, gesticulating and screaming at the top of their lungs.

Некоторые мои соседи выглядывают из окон, жестикулируя и крича со всей силы.

en-ru

One hauls out a large casserole pan which flashes under the milky glow of the flashlight he's wielding.

Один вытаскивает большую кастрюлю, которая сверкает под молочным свечением фонарика в его руке.

en-ru

He strikes it with a clenched fist, euphoric with anger and anguish.

Он бьёт по ней кулаком, в эйфории от злости и боли.

en-ru

I see him lean out into the void of night, shouting with all his might.

Я вижу, как он наклоняется в мрак ночи, крича так громко, как может.

en-ru

The cacophony of metal and voice blend together in a single sound.

Какофония метала и голоса сливается в единый звук.

en-ru

“Damn soldiers!

«К чёрту солдат!

en-ru

Damn them all!” he screams.

К чёрту их всех!» — кричит он.

en-ru

His voice is hoarse and tired.

Голос у него хриплый и усталый.

en-ru

“Damn them!

«К чёрту их!

en-ru

There are families here!”

Здесь семьи!»

en-ru

Someone else joins in.

К нему присоединяется другой мужчина.

en-ru

He also screams, unleashing slogans, insults, vulgarities.

Он тоже кричит, извергая лозунги, оскорбления, пошлости.

en-ru

Voices rise from everywhere in a discordant uproar.

Отовсюду поднимаются голоса нестройным шумом.

en-ru

The only answers from below are blasts.

Снизу отвечают только взрывы.

en-ru

Once more, and again.

Ещё один, ещё один.

en-ru

Tear gas thickens and smothers.

Слезоточивый газ становится гуще, всё больше душит.

en-ru

A bright white wall running the length of the street obscures the full view.

Яркая белая стена длиной во всю улицу закрывает обзор.

en-ru

The image is tinged with something ghostly, brutal.

Вид оттеняется чем-то призрачным, жестоким.

en-ru

An unthinkable images of the streets, the everyday landscape of a place I have seen every day for over twenty years.

Немыслимые виды улиц, повседневный пейзаж места, которое я вижу каждый день на протяжении двадцати лет.

en-ru

It hurts to breathe.

Больно дышать.

en-ru

I rub my eyes and cough.

Я тру глаза и кашляю.

en-ru

My neighbor beckons to me from her window.

Моя соседка зовёт меня из своего окна.

en-ru

"Come over to the door," she shouts.

«Иди к двери», — кричит она.

en-ru

I can barely make her words out over the clattering pans and screaming around us.

Я еле слышу её голос через грохочущие сковороды и крики вокруг.

en-ru

There's a new blast.

Новый взрыв.

en-ru

"Murderers!"

«Убийцы!»

en-ru

The scream multiplies, elevates, rocks, trembles and flows outward.

Крик множится, поднимается, катится, грохочет и течёт.

en-ru

In the street, the national guardsmen advance and spread.

На улице национальные гвардейцы занимают новые позиции, продвигаясь вперёд.

en-ru

I see their figures appear and disappear in the pearly darkness.

Я вижу, как их силуэты появляются и исчезают в жемчужной темноте.

en-ru

A quick spark of light.

Быстрая вспышка света.

en-ru

And the sound of another blast embraces the world, throttles it.

И звук ещё одного взрыва поглощает, душит мир.

en-ru

My throat thickens and closes in fear.

Страх сжимает и закрывает моё горло.

en-ru

When I open the door, my neighbor slides her arm around my shoulders and places a damp cloth in my hands.

Когда я открываю дверь, моя соседка приобнимает меня за плечи и вкладывает мне в руки влажную тряпку.

en-ru

"Wash your face off with this," she whispers, "to get the gas off you, so you don't get intoxicated."

«Помой этим лицо, — шепчет она, — чтобы из тебя ушёл газ, чтобы ты не отравилась».

en-ru

She inclines her head toward mine.

Она склоняется головой к моей.

en-ru

"This is going to get worse," she adds.

«Будет хуже», — добавляет она.

en-ru

She is shaking with fear, like me.

Она трясётся от страха, как я.

en-ru

I press her hand between mine, as firmly as I'm able.

Я сжимаю её руку так крепко, как могу.

en-ru

I do not know if it seemed that way.

Я не знаю, показалось ли ей также.

en-ru

"They're throwing bombs at buildings," she tells me in a nervous whisper. "They say that by the street corner, they're trying to get some of them inside."

«Они кидают бомбы по домам, — говорит она мне нервным шёпотом. — Говорят, что на углу улицы они пытаются закинуть какие-нибудь внутрь».

en-ru

She pushes me firmly into the hall.

Она твёрдо пропихивает меня в коридор.

en-ru